Белая Ворона, или В меня влюблен даже бог - Юлия Шилова

Всю последующую дорогу я ехала молча. Никак не могла найтисвязь между Николаем и этим стариком. Даже если представить, что они хорошиезнакомые, то откуда старику знать, что у меня в сумке золотые часы?! В тотмомент, когда я их туда кинула, в квартире никого не было...

Получается, старик оказался в кафе не случайно... В головетворился такой сумбур, что я не знала, как с этим справиться. И все женеожиданно ко мне пришла одна светлая мысль, которая смогла дать объяснениемногочисленным мучавшим меня вопросам. Конечно, в квартире Николая былаустановлена видеокамера, которая записала и смерть Николая, и мой побег. Другихобъяснений нет.

Господи, но ведь с момента смерти Николая прошло совсем маловремени. Когда люди старикана успели взять из квартиры пленку и просмотреть? Даи на пленке изображена девушка с длинными белыми волосами. Откуда им знать, чтоэто я? Кем приходится Николай этому старику? Что теперь со мной будет? Еслипленка у него, он может мною насытиться и сдать в милицию. А значит, мне«светит» тюрьма...

Вопросы появлялись, как грибы после дождя, но я так и ненаходила на них ответов. Уже вообще ничего не понимала. Произошедшее казалосьмне дурным сном.

Мы подъехали к массивным воротам. Я смотрела на встречающихнас охранников и думала о том, что отсюда невозможно сбежать. Заехав натерриторию особняка, я стала нервно кусать губы и мять цветы орхидей. Отчувства неизвестности хотелось кричать и биться в истерике. Что сделает со мнойстарый извращенец? Надругается сам или отдаст охране? Убьет или посадит втюрьму? Какая же я идиотка! Почему не подумала о том, что в квартире может бытькамера? Зачем взяла эти проклятые часы?!

Как только машина остановилась и я вышла на улицу, охранниктолкнул меня в сторону дома и дал понять, чтобы я шла вперед. Меня завели впросторную гостиную и указали, чтобы я села в кресло. Я протянула одному изохранников смятый и раздавленный на нервной почве букет орхидей и попросилавыкинуть его в мусорное ведро.

– Аня, но цветы ведь ни при чем, – заметил Илья Петрович исел в противоположное кресло.

– Сама не знаю, как получилось, – пробурчала я иприготовилась к самому худшему.

Старик велел охране подождать за дверью. Когда мы осталисьодни, он оглядел меня с ног до головы и ехидно спросил:

– Страшно?

– Не люблю неизвестность, – уклонилась я от ответа.

– Значит, страшно.

– Илья Петрович, чего вы от меня хотите?

– Если думаешь, что меня интересует твое тело, то глубокоошибаешься.

– Правда? – не поверила я своим ушам.

– А ты что о себе возомнила? Что мне интересны твои сиськи?Дура! Ты же сама понимаешь: хотя я не молод, но с моим состоянием у моих ногвсегда будут самые лучшие сиськи, намного больше и красивее, чем у тебя.

– Тогда что вам нужно?

– Мне нужна твоя душа.

– Душа?! – От неожиданности я чуть не выронила сумочку,которую держала на коленях.

– Чему ты удивляешься? Тому, что современных мужчин интересуеттолько тело и им плевать на женскую душу? Я угадал?

– Попали прямо в точку.

– Вот такой я несовременный. Отдашь мне свою душу?

– Вы серьезно?

– А разве я похож на того, кто шутит?

– Нет. Просто странно это...

– Ничего странного. Я хочу заключить с тобой сделку. Тыотдаешь мне свою душу в обмен на мое молчание о том, что совсем недавно тыубила Николая и своровала у него часы. В его доме сейчас полно оперов, которыехотят докопаться до сути.

– Я не убивала!

– Но ведь ты заправила ядом его бокал с вином.

– Это был не яд, а клофелин.