Роковое сокровище - Джулия Гарвуд

— Большинство, — согласилась Джиллиан. — Но Бродик оказался прав, когда заставил меня заглянуть в свое сердце. И к тому же я не смогла ему солгать.

— И тогда он объявил, что ты станешь его женой. Ужасно романтично… но слишком опасно.

— Почему?

— Потому что он Бьюкенен. Могу я задать тебе нескромный вопрос? Очень нескромный… не отвечай, если не захочешь, — нерешительно начала Бриджид.

— Да не тяни! — воскликнула Джиллиан. — Что ты хотела знать?

— Бродик тебя целовал?

— Да.

— И как это было?

Щеки Джиллиан загорелись.

— Чудесно! — прошептала она. — Знаешь, я трепещу при одном взгляде на этого человека.

Бриджид с завистью вздохнула.

— Меня целовали только раз в жизни, и, уж конечно, я даже не вздрогнула. Интересно, каково это, когда тебя целует возлюбленный?

— Ноги подгибаются, сердце колотится, и воздуха не хватает. И знаешь что еще?

— Что?

— Хочется, чтобы поцелуй никогда не кончался. Обе дружно вздохнули, но тут же рассмеялись. Бриджид поспешила заговорить о другом.

— Никогда не понимала, каким образом Бродик и Рамзи могли так подружиться. Оли совсем разные.

— А мне кажется, у них много общего.

— Вовсе нет. Рамзи великодушен до безобразия, добр и щедр…

— Как и Бродик, — возразила Джиллиан. — Просто ворчит громче, хотя великодушен до безобразия, добр и щедр… А, вот и мужчина моей мечты! — добавила она со смехом.

Бродик и Рамзи, пересекавшие двор, заметили девушек и застыли на месте.

— Неужели мы так ужасно выглядим? — охнула Джиллиан, поспешно поправляя волосы.

— Еще хуже, чем ты думаешь, — усмехнулась Бриджид, безуспешно пытаясь натянуть рукав на ее плечо, но тот мгновенно снова сполз к локтю.

— Что с тобой стряслось? — зарычал Бродик. Бриджид испуганно съежилась.

— Немедленно объясни, Бриджид! — скомандовал Рамзи. Джиллиан наклонилась к ней и прошептала:

— Может, столкнуть их с холма?

Бриджид прикусила губу, чтобы удержаться от смеха, и последовала за подругой.

— Я задал тебе вопрос! Что произошло, Джиллиан? — повторил Бродик.

Девушка остановилась в нескольких шагах от мужчин и, окончательно оставив все попытки привести себя в порядок, скромно сложила руки. Бриджид смело встала рядом.

— А почему ты считаешь, будто что-то произошло? — с невинным видом осведомилась она.

Рамзи внимательно осмотрел ее и пожал плечами. Смешной вопрос! Судя по виду, девицы побывали в переделке. Однако Бродику было не до веселья. Он грозно надвинулся на Джиллиан.

— Платье порвано, лицо в грязи, а в волосах трава и листья.

Пятно на ее носу сводило его с ума. Бродик протянул руку, стер его и хотел сказать что-то, но блеск ее глаз заставил забыть обо всем. Злость куда-то улетучилась, и он, уже куда мягче, поинтересовался, что с ней было.

— Дилан сказал, что ты упоминала о каких-то мужчинах на холме. Кто они и что делали?

— С нами не было никаких мужчин. И прежде чем он снова стал допытываться, она положила руки ему на грудь, привстала на носочки и прошептала:

— Я прекрасно провела время, вот и все. Но скучала по тебе. А ты?

— У меня много дел, — проворчал Бродик, пытаясь не обращать внимания на исходивший от нее чудесный аромат. От ее руки шло уютное тепло, и Бродик обнаружил, что ему нравится столь открытое проявление привязанности. Сам он рано научился не обнаруживать свои чувства, и скрытность стала для него второй натурой. Джиллиан же была полной его противоположностью. Стоило взглянуть на нее, чтобы понять, о чем она думает и что ощущает. Ничего показного, расчетливого, ни капельки хитрости. По сравнению с остальными женщинами она была великолепно честна, упряма и бесстрашна.

И неотразима.

У него просто не было времени отгородиться от нее стеной равнодушия. Слишком быстро она завладела его сердцем.

Девушка попыталась отступить, но его ладонь легла поверх ее руки.

— Ты можешь уделить мне минуту наедине? — прошептала она.

— Зачем?

Сладостное дыхание защекотало его ухо:

— Хочу бесстыдно броситься в твои объятия и страстно целовать, пока голова у тебя не закружится.

Она чмокнула его в щеку и отступила, крайне довольная собой.

— Уверена, что сумеешь выполнить все задуманное всего за одну минуту? — ухмыльнулся Бродик.

— Совершенно.

— Что выполнить? — полюбопытствовал Рамзи.

— Она считает, что может… — лукаво начал Бродик.

— Бродик! — всполошилась Джиллиан.

— Что?

— Я поделилась только с тобой. Рамзи решил не настаивать.

— Джиллиан, все Синклеры соберутся здесь на закате.

Джиллиан с трудом старалась сосредоточиться. Взгляд Бродика лишал ее разума. В животе словно бились крылышками сотни бабочек, рождая приятное волнение. Она опять сбивается с пути истинного и совершает смертный грех, вожделея к нему!

— Прости, я отвлеклась. О чем ты?

— Все будут здесь на закате, — терпеливо повторил Рамзи.

— Мужчины и женщины?

— Да.

— Прекрасно.

— Может, тогда ты увидишь сестру, — обрадовалась Бриджид.

— Верно, — поддакнул Рамзи, улыбнувшись столь неприкрытому энтузиазму. — Джиллиан, Брисбейн и Отис подтвердили, что она живет здесь?

— Не напрямую. Отис проговорился, будто знает, что она тут, и когда я стала допытываться, он признал, что одна из семей Макферсонов действительно воспитала приемную дочь, но ничего точнее не сказал. Я даже не знаю, далеко ли отсюда земли Макферсонов.

— Недалеко, — заверил Рамзи.

— А теперь, если позволите, мы с Бриджид отправимся к озеру и умоемся. Нужно привести себя в порядок. Сумерки уже недалеко.

— Не сейчас, — пробормотал Бродик и, схватив Джиллиан за руку, буквально поволок за собой.

— Что ты делаешь? — пропыхтела она.

Бродик, не отвечая, распахнул дверь и рывком втащил Джиллиан внутрь. В просторном зале было тихо и темно, и Джиллиан едва различала его лицо. Он прижал ее к стене, оперся ладонями по обе стороны от ее головы и наклонился. От него так и ударило жаром, и она зажмурилась.

— У тебя минута, Джиллиан. Собираешься зря ее потратить или исполнишь обещание?

Девушка нерешительно помедлила, но, поборов смущение, медленно обняла его и приникла ближе. Ее уста коснулись его рта, зубы прикусили его нижнюю губу и легонько потянули. Он с шумом втянул в себя воздух, и Джиллиан поняла, что приобрела над ним некую власть. Чуть откинув голову, она встала на цыпочки и снова прижалась к его губам своими. Полураскрытыми. У Бродика подогнулись колени. Но он, привыкший нападать первым, не позволил ей взять верх. Тихо зарычав, он подхватил ее и завладел губами. Языки вели свой сладостный поединок, и когда Джиллиан довольно замурлыкала, Бродик едва не обезумел. Сильные руки гладили ее спину, восставшая мужская плоть вжималась в лоно. И когда он наконец нашел в себе силы отстраниться, оба тяжело дышали. Джиллиан льнула к нему, пряча лицо на его плече, покрывая поцелуями его шею.