Мышьяк за ваше здоровье - Елена Арсеньева

Петр пытался всмотреться в густую, хоть глаз выколи,темноту, но ничего не видел, ничегошеньки. Главное, именно сегодня взял да изакрыл окна ставнями, чего давно не делал. Но последние ночи странное возникалоощущение: будто проснется – и вдруг увидит прижатое к стеклу бледное, восковое,с зажмуренными глазами лицо. Черт бы его подрал, этого Кольку Лукьянова, чтоэто его разобрало – начал вдруг шататься по ночам, бродить по деревне, в окназаглядывать, а ведь от кладбища, где он зарыт, до Заманихи путь не такой ужблизкий, неужто не болит голова, пробитая тридцатью ударами молотка? Но Колька– он и по жизни был приставучий, довольно вредный, вечно донимал друзей своимивнезапными появлениями в полночь – за полночь, а такие, говорят, и после смертито к родне, то к друзьям шастают запросто. Тем паче если покойник не отпетый, акто б его отпевал, Кольку-то? Альбина, по совету старушек, хотела попа позвать,но хоронили погибшего на посту милиционера Лукьянова со всеми воинскимипочестями, начальства понаехало, какой тут мог быть поп? Да его пристрелили быеще на подступах к райотделу милиции, откуда выносили тело! Вот и осталсяНикола неотпетым, поэтому вполне может статься, что и впрямь шастает он поночам.

Петр никогда не считал себя суеверным, да и нервишки у негобыли покрепче, чем у иных-прочих, к тому же не зря дед у него слыл колдуном:Петр запомнил кое-какие обереги от шатучих мертвяков. Но у ночи свои законы,она иной раз таких страхов понаведет, что никакие дедовские заклинания непомогут. Поэтому он и запер сегодня ставни, чтобы выспаться наконец спокойно.

И вот выспался, называется! Но не Колька Лукьянов, покойник,наведался к старинному приятелю, а сунулся в его сон заклятый друг-товарищВанька Бушуев, воткнул прямо в душу свои светлые, пронырливые глаза, заскрипелсварливым голосом: «Где деньги… где?..»

Неизвестно, кто из них двоих хуже, гулящий мертвец илиоперативник Бушуев!

Слава богу, это только сон.

Петр перевернул подушку, взбил ее повыше, улегся, ощутив,что простыня влажная да и подушка там, где лежала его голова, отсырела. Провелрукой по волосам – виски потные, волосы на макушке тоже взмокли. Экий же чертэтот Бушуев – то наяву до белой горячки Манихина норовил довести, то в снах темже самым занимается… А не пора ли угомониться, дорогой товарищ?

По всем правилам, Бушуеву и впрямь пора было угомониться.После того как он в драке, в присутствии множества свидетелей, свалил ПетраМанихина на землю и того увезли в больницу без памяти, поднялся немалый шум.Конечно, Петру очень запросто могли пришить сопротивление работнику органов,который находился при исполнении служебных обязанностей. Но во-первых, оннисколько даже не сопротивлялся – только попытался наброситься на Бушуева, атот его сразу начал в тесто месить. Ну а во-вторых, никакие служебныеобязанности Бушуев в тот день не исполнял. Ордера на обыск у него не было!Выходной день, начальства ни в райотделе, ни в прокуратуре нет. А душа, видать,у Ваньки после получения подметного письма вовсю горела, нетерпение его,бедолагу, жгло, вот и ринулся очертя голову проводить обыск, рассудив, чтопобедителей не судят.

Победителей-то, может, и не судят… А вот работников милиции,превышающих свои полномочия, преступающих закон, который они обязаны защищать,избивающих ни в чем не повинных граждан на основе одних только невразумительныханонимок и не добивающихся при всем при этом никакого положительногорезультата, – их судят. И очень строго! Особенно когда в районной прокуратуреготовятся к областной проверке. И когда в милиции со дня на день ждут комиссиюаж из Москвы – по проверке методов работы с населением. И тут оперативникБушуев предъявляет общественности таки-ие методы этой самой работы…

Уже в понедельник он был временно отстранен от работы, пофакту случившегося начато служебное расследование. Может быть, этим и обошлосьбы в любое другое время, ведь начальник милиции Карпачев относился к Ивануочень хорошо, великолепно, видел в нем ценного и перспективного кадра. Но дажеи такому кадру не к лицу избивать простого, мирного гражданина на основепустого подозрения, особенно накануне прибытия комиссии…

Сохранить случившееся в тайне не удалось, причем уже кполудню понедельника версия ходила такая: избитый Манихин увел у оперативникаБушуева девку, поэтому тот его и избил. А перед этим ославил бедолагу как мог,пытаясь пришить ему – совершенно бездоказательно! – совершение тяжкогопреступления. И обыск проводил лишь для того, чтобы подбросить Манихинусфабрикованные доказательства. Что касается анонимки, то стремительнопроведенная экспертиза так и не установила, кто ее автор. Да кто угодно –анонимщик позаботился очень надежно замести следы, искусно замаскировав частныепризнаки своего почерка. Из чего, между прочим, явствует, что человек он был непростой, возможно, не понаслышке знакомый с методами работыэкспертов-криминалистов. А кто мог лучше знать эти методы, чем оперативникБушуев? Поэтому, когда кто-то выдвинул предположение, что Бушуев сам себеанонимку накатал, чтобы соломки подстелить и внешне оправдать свои безобразныедействия против Манихина, эта мысль никому не показалась бредовой. Уж оченьтщательно было состряпано письмо. И отпечатков пальцев на нем других нет –только Бушуева…

Зачем оперативнику Бушуеву рыть яму Манихину всемидоступными и недоступными средствами? Ответ на этот вопрос каждая собака знала:потому что Петька и в самом деле увел у него девушку. Нагло отбил, и теперьАнюта Калинина стала его невестой, хотя Бушуев ей по сию пору проходу не дает.А это плохо, когда личное начинает у работника органов превалировать надобщественным. Это очень плохо, дорогие товарищи…

Короче говоря, служебным расследованием не ограничились, и,как Карпачев ни силился выгородить одного из лучших своих сотрудников, какиеобходные действия в защиту друга ни предпринимал следователь прокуратуры АнтонКашин, ни к чему хорошему их старания не привели. Бушуев был уволен из органов.Поскольку он был нездешний, то сразу после увольнения собрал манатки и уехал.Кто говорил, что подался на родину – в Нижний Новгород. Но Антон Кашинобмолвился кому-то, что Иван решил податься к своему старинному дружку вКазахстан. Они когда-то вместе служили во внутренних войсках, переписывались,ну, тот беспрестанно звал к себе Бушуева, обещал хорошую, денежную работу, ивот наконец Иван решил принять его предложение.