Арчер будет молчать - Мия Шеридан

Я улыбнулся, вспомнив маленькую Клаудию.

– Она спросила, как будет «любовь», и я показал ей по буквам твое имя.

Бри издала странный звук, нечто среднее между смехом и всхлипом.

– То есть теперь она будет ходить и показывать людям «я тебя Бри»? – спросила она с легкой улыбкой.

Я кивнул.

– Ага. – Я развернулся к ней и сфокусировался на лице. – Но я готов отстаивать свою логику. Мне кажется, любовь – это образ, и у каждого человека свое слово, чтобы его выразить. Мое слово для любви – Бри.

Мы смотрели друг на друга несколько секунд. Я упивался ее красотой, ее состраданием. Я всегда знал это про нее, но никогда так ясно, как сейчас.

Наконец она спросила меня:

– Что заставило тебя решить, что пришло время возвращаться?

Я посмотрел на нее несколько секунд, обдумывая вопрос.

– Я сидел в одном маленьком кафе пару дней назад и увидел старичка, который сидел напротив меня. Он выглядел таким одиноким, таким грустным. Я тоже был один, но внезапно я понял, что есть люди, которые проходят сквозь всю жизнь, не любя и не будучи любимыми так, как я люблю тебя. Всегда будет риск, что я тебя потеряю. Никто из нас не может сделать ничего, чтобы полностью предотвратить возможность потери. Но в тот момент я решил, что мне лучше думать о той невероятной удаче, что у меня есть ты.

Ее глаза вновь наполнились слезами.

– А если бы меня тут не было, когда ты вернулся?

– Тогда бы я нашел тебя. Я бы боролся за тебя. Но разве ты не видишь, мне надо было бороться за себя. Мне надо было почувствовать, что я тебя достоин.

Она смотрела на меня секунду.

– Когда же ты успел стать таким умницей?

– Я всегда был умницей. Мне просто не хватало жизненного опыта. Мне надо было изучить жизнь, как сделал Тор.

Она хихикнула.

– Шутишь?

Я хитро улыбнулся ей, отметив про себя, что она снова стала использовать руки для разговора.

– Я никогда не шучу про Тора.

Она рассмеялась, затем молча посмотрела на меня.

Я тоже стал серьезным.

– Почему ты осталась, Бри? Скажи.

Она выдохнула и посмотрела на руки, которые держала на коленях. Потом она подняла их и сказала:

– Потому что я люблю тебя. Потому что я ждала бы тебя вечно. – Она посмотрела мне в глаза, и ее красота отняла у меня дыхание. – Отведи меня домой, Арчер, – сказала она.

Мое сердце возликовало, я завел грузовик и вернулся на дорогу. Остаток пути мы проехали в уютной тишине. Когда мы уже почти доехали, Бри взяла меня за руку, и остаток пути мы так и провели.

Я подъехал к дому, и мы вошли в калитку и пошли к входной двери, не говоря ни слова.

Когда мы зашли и она повернулась ко мне, я сказал:

– Ты убирала мой дом.

Она осмотрелась, словно вспоминая, а потом кивнула.

– Почему? – спросил я.

Она обдумала это.

– Потому что так мне казалось, что ты скорее вернешься.

Мое сердце сжалось.

– Прости меня, Бри.

Она покачала головой и посмотрела на меня широкими, больными глазами.

– Пожалуйста, не оставляй меня больше.

Я покачал головой и подошел поближе к ней.

– Больше ни за что, – сказал я и обнял ее.

Она подняла ко мне губы, и я впился в них, тихо постанывая. Я чувствовал ее вкус, водя языком по ее рту. Неконтролируемая дрожь пробежала по моему телу от вкуса персиков и Бри на моем языке. Мой член немедленно напрягся, и я прижался к ней. Она вздохнула прямо мне в рот, и он стал еще тверже, хотя это и казалось невозможным. Мне казалось, с тех пор как я был с ней, прошла вечность.

Она оторвалась от меня и сказала:

– Я так скучала по тебе, Арчер. Так сильно.

Я на секунду отпустил ее и показал руками:

– Я тоже скучал по тебе, Бри. Так сильно.

Я снова стал целовать ее, и она подняла руку к моим волосам и сказала:

– Они отросли. Придется мне снова подстричь тебя. – Она ухмыльнулась. – Может, на этот раз ты не вышвырнешь меня из дома, когда я начну к тебе приставать.

Я сдавленно засмеялся и ухмыльнулся:

– Скорее всего. А, и еще, Бри, я сейчас перестану говорить и займу руки другим делом, хорошо?

Ее глаза расширились, и она прошептала, едва раздвинув губы:

– Хорошо.

Я подхватил ее и отнес по короткому коридору в спальню и поставил рядом с кроватью.

Я скинул ботинки, развязал галстук и стал расстегивать рубашку, пока она стаскивала туфли на каблуках и повернулась ко мне спиной, чтобы я расстегнул ей платье.

Я медленно опустил молнию вниз, обнажая все больше и больше ее тела. Линии от загара уже пропали, и ее кожа была светлее и нежнее, чем в прошлый раз, когда я видел ее обнаженной. Она была такой красивой. И моей, целиком и полностью. Глубокое удовлетворение наполнило меня, и желание проникнуть в нее наполнило меня с новой силой.

Повернувшись ко мне, она позволила своему черному платью упасть к ногам. Мой член пульсировал, и она посмотрела на меня, раздвигая розовые губы.

Я стянул носки, расстегнул ремень и штаны и, позволив им упасть, откинул их ногой. Бри облизала губы и посмотрела на мою эрекцию, а потом снова на лицо. Ее расширившиеся глаза сверкали.

Я протянул руку и расстегнул ее лифчик, он упал на пол. Я почувствовал каплю предсемени на своем члене, глядя на ее груди. Потвердевшие соски так и просились ко мне в рот.

Я посмотрел за нее и кивнул на кровать, Бри опустилась, и я налег на нее, кожа к коже. Ее тепло влекло меня, посылая по позвоночнику стрелы возбуждения. Ее глаза говорили, что она меня любит. Меня любила прекрасная женщина, лежавшая подо мной, приглашавшая меня войти в нее.

Всякий раз до сих пор, когда мы занимались любовью, моя голова кричала: «Моя!» – но на этот раз это скорее была спокойная уверенность, уютная правда. Моя, моя, моя навсегда.

Я наклонил голову и взял ее сосок в рот, играя с ним языком. Бри стонала и вжималась бедрами в мое уплотнение. Боже, как это было здорово. Ее вкус, ощущение ее мягкой, теплой кожи, осознание того, что скоро я войду в ее тугое тепло… но не слишком скоро. Я хотел, чтобы это продолжалось долго.

Я целовал и лизал ее соски несколько минут. Она водила руками мне по волосам, легко дергала за них. Я инстинктивно прижался телом к ее животу, в попытке убавить жестокое биение в члене.