Право на одиночество - Ника Соболева

На последнем слове Королёв всё же не сдержался и немного повысил голос. Возможно, я бы рассердилась, но всю негативную энергию я скинула ещё во время визита Кати, поэтому сейчас заговорила спокойно.

— Я не подписала эти документы, Сергей Борисович, потому что, как я думаю, вы не совсем понимаете сложившуюся ситуацию.

— Что это значит?! — грохнул он кулаком по столу. Ого! Может, мне всё-таки нужен гробик? — Объяснитесь!

— Допустим, я подпишу эти документы, — я откинулась назад и сложила руки на груди, продолжая смотреть Королёву прямо в глаза. С каждым моим словом генеральный всё больше походил на большую варёную свёклу. — И эта книжка… как её там… «Магия любви» — выйдет в свет. В тот же день в издательство на всех парах прилетит Рашидов. Неужели вы думаете, я не понимаю, что он не в курсе этого вашего «решения» и «приказа»?

— Я скажу ему!

— Когда?! — я усмехнулась. — Когда вы собираетесь это сделать? Если книжка выйдет, это будет означать, что деньги на её производство уже потрачены. И даже если вы скажете Рашидову, что это было ваше решение… Я не уверена, что начальники отделов, так неосмотрительно подписавшие эти сомнительные документы, избегут справедливого наказания. Надо ведь думать головой прежде, чем подписывать бумажки! Даже если это «приказ» генерального, вы ведь не владелец издательства, Сергей Борисович. Неужели вы не понимаете очевидного? Я — просто — не хочу — связываться — с Рашидовым, — отчеканила я. — Если вы не дорожите собой, пожалуйста, запускайте этот проект. Но не вмешивайте меня!

Некоторое время Королёв просто сидел, в задумчивости постукивая по столу костяшками пальцев. Я терпеливо ждала, хотя меня жутко раздражал этот звук. Я вообще не люблю ритмичные стуки.

— Черт побери, ты, конечно, права, — наконец выдавил из себя Сергей Борисович. — Но что мне делать? Я просто не вижу выхода из этой ситуации.

— Из какой ситуации?

Он вздохнул. А потом посмотрел на меня, как нашкодивший ребёнок. От удивления я вытаращила глаза.

— Понимаешь…

Только в этот момент я заметила, что Королёв начал называть меня на «ты». Но мне было всё равно. Он и так пять лет держался, такая пигалица — и вдруг «Наталья Владимировна»!

— Понимаешь, у меня есть один… м-м-м… знакомый. Весьма специфический. Из криминальных авторитетов. Он однажды оказал мне большую услугу, практически спас жизнь. И я тогда обещал, что выполню любую его просьбу… Это было пару месяцев назад. И вот, он позвонил мне и попросил издать сборник стихов на день рождения дочери, ей через два месяца исполнится пятнадцать.

Пятнадцать! Я обомлела. Всё ещё хуже, чем я могла себе представить… Нет, пожалуй, такого позора Рашидов Королёву не простит. Издание сборника стихов такого уровня… для авторитета издательства это смерть. Вечный позор.

Если эта книжка выйдет… уверена, что лично для меня это кончится сексуальным рабством под угрозой срыва карьеры. Чем это кончится для остальных… Нет, лучше об этом не думать.

— Я не могу ему отказать, — тихо сказал Королёв, повесив голову и не глядя на меня. — Во-первых, я обещал, а во-вторых… Он меня тогда просто прибьёт. Прихлопнет, как муху, и мой труп никто и никогда не найдёт. Что мне теперь делать?

Я вздохнула.

— А почему этот ваш авторитет просто не может издать книжку своей дочери самиздатом? Нанял бы художника и верстальщика, договорился с типографией…

— Он хочет, чтобы её книга продавалась в книжных магазинах… И была издана не самиздатом, а в нормальном, престижном издательстве…

Да уж, от нашего престижа камня на камне не останется после такой книжки. Сборник стихов пятнадцатилетней девочки. «Магия любви». М-да.

— Он нас поимеет, — вздохнула я.

— Кто? — глупо спросил Королёв.

— Рашидов! Вы понимаете это, Сергей Борисович? Сначала он лишит нас всех зарплаты месяца эдак на три, затем объявит выговор, а потом уже поимеет.

Генеральный меня поразил. Он схватился руками за волосы и почти взвыл:

— Что же делать-то?!

Я закрыла глаза, стараясь сосредоточиться и придумать выход из этой ситуации. Что ж, говоря откровенно, лично у меня выход был — срочно уволиться, пока это возможно, и перейти в другое издательство, где Рашидов до меня не доберётся. Но… честно говоря, не очень хотелось менять работу.

— Может, вы расскажете ему всё, объясните ситуацию? — протянула я, открыв глаза. Королёв испуганно замотал головой.

— Рашидов меня скорее сам уроет после таких признаний. Я ведь ему обещал… — он запнулся.

— Обещали что?

Несколько секунд Сергей Борисович молчал, словно сомневаясь, стоит ли говорить. А затем махнул рукой.

— Обещал не играть в карты с криминальными авторитетами. Видишь ли, у меня страсть к картам… уже давно. И в тот раз я проиграл очень крупную сумму. Я отказался её выплачивать сразу, и на меня наехали. Тот мой… знакомый… заступился за меня, причём это стоило ему жизни двоих лучших охранников.

Я вытаращилась на Королёва. Ничего себе, поиграли в картишки!

— И если Рашидов узнает, что я не держу своё слово… Что это всё — из-за моего проигрыша в карты…

— Он вам что-нибудь оторвёт, — кивнув, подсказала добрая я. Вот влип наш генеральный.

Я опять закрыла глаза. Честно говоря, выхода из этой ситуации я не видела… Если только…

— Могу я поговорить с ним?

— С кем? — Королёв удивлённо уставился на меня. — С Рашидовым?

Меня передёрнуло.

— Нет. С этим вашим криминальным знакомым. Я могу попробовать отговорить его. Обещаю приложить все усилия…

Тут Королёв почему-то заржал. Именно заржал, а не засмеялся. Громко так, видимо, на нервной почве…

— Ну и почему вы смеётесь?

— Да ты хоть поняла, что только что сказала? «Приложить все усилия»… Он, как только тебя увидит, сразу в постель потащит. Молодая девушка, не замужем… Ты все свои усилия будешь в горизонтальном положении прилагать! Хотя… черт его знает, какие у него сексуальные пристрастия… Может, и не в горизонтальном…

— Который раз в жизни жалею, что я не мужчина, — пробурчала я, хмурясь. Да уж, жить было бы проще… И отбиваться от навязчивых поклонников тоже.

— А ведь это идея! — вдруг воскликнул Королёв. — Ты и Максим! Вдвоём! Судя по тому, что вы смогли провернуть в Болонье, вы вполне можете его отговорить… По крайней мере попытаетесь. Если же не получится, будем обращаться к Рашидову. Как бы мне этого не хотелось… но не убьёт же он меня, в конце концов?

В голосе Сергея Борисовича слышалось сомнение. Я хихикнула. Ну да, если судить по поведению нашего «биг босса», он вполне может пришибить парочку неудачливых сотрудников, причём даже не заметит этого. Но я хорошо помнила слова Рашидова насчёт того, что он никого не убивал. Правда, с тех пор прошло пять лет. Хм…