Наследство Найтингейлов - Кэтрин Коултер

Нет, думал Норт, он сумел избежать воздействия отца и страшного наследия, потому что не мог вынести горечи и пустоты подобного существования. Отец напыщенно утверждал, что Божье правосудие существует, раз его мать, чертова потаскуха, отправилась на тот свет. Норт вспоминал теперь, что в детстве не понимал смысла проклятий, но с тех пор вырос и поражался разнообразию слов, которыми мужчина может охарактеризовать обманувшую его женщину.

Руки Норта вцепились в поводья жеребца. Слава Богу, десять лет назад у него хватило здравого смысла уехать, как только он понял, что сможет найти собственный путь. Конечно, ему тяжело пришлось, но любая судьба лучше, чем оставаться в Маунт Хок с отцом. У Норта не было ни малейшего Сомнения, что, останься он в Корнуолле, отец разве что в глотку бы ему не вбил этот омерзительный дневник и продолжал бы вдалбливать сыну, что его обязанность — подарить роду Найтингейлов очередного наследника от любой мало-мальски приличной женщины. А потом вышвырнуть жену, начать собственный дневник и утешаться жалобами на непостоянство слабого пола, и жен в особенности. И все-таки, хотя Норт успел прочесть лишь несколько строк из записей отца, яд проник в кровь, и теперь он ненавидел себя за это. Норт совсем не похож ни на прадеда, ни на деда, ни на отца, и наследие Найтингейлов, передаваемое от одного мужчины к другому, умрет вместе с ним.

Подъезжая к тому месту, где стояла Кэролайн, он не мог не спрашивать себя, о чем она думает. Только не о Бенджамене Трите! Этого просто не может быть. А Кэролайн думала с том, как красивы эта роща, окружающие ее холмы и древняя каменная ограда, сложенная рукой неведомых строителей так тщательно, что всего несколько камней выпало за прошедшие века. Интересно, кто так старательно обтесал эти камни? Кто приказал сделать ограду? А эти курганы, для чего они?

Кэролайн еще раз окинула взглядом окружающий пейзаж, увидела Норта и, вскрикнув от радости, бросилась к мужу. Юбка амазонки оказалась слишком узкой, и Кэролайн, споткнувшись несколько раз, просто подобрала ее до колен, не замедлив шага. Норт остановил Тритопа и, спрыгнув на землю, чтобы схватить жену в объятия, поднял ее над головой и закружил.

— Здравствуй, — прошептал он, медленно опуская Кэролайн на землю, приникая к ее губам и стискивая изо всех сил. — Я скучал по тебе. Чертовски много времени ушло на то, чтобы тебя отыскать.

Кэролайн не могла насытиться его ласками и, отвечая на поцелуи, пробормотала:

— Кстати, как ты сумел меня отыскать?

— Кто-то передал мне записку, что ты назначила тут свидание своему любовнику.

Кэролайн уставилась на мужа с таким изумлением, что едва не забыла в очередной раз подставить губы, но тут же отдалась ощущениям знакомых запахов и вкуса его кожи. Прошло еще немало времени, прежде чем она отстранилась и, немного задыхаясь, покачала головой:

— Ты, конечно, шутишь?

Норт поставил ее на ноги и вручил записку. Кэролайн расправила смятый клочок и прочла его раз, потом другой.

— Матерь Божья! — пробормотала она, поднимая наконец глаза. — Просто поразительно.

— Я тоже так думаю.

— Какая скотина написала это? Но не успел Норт что-то ответить, как она расхохоталась Сначала Норт отстранился, не понимая причины такого веселья: та часть его души, которая, как он думал, перестала существовать и где свили гнездо ядовитые мысли, посеянные яростью и горечью отца, внезапно вернулась к жизни, и теперь терзала непрошеными вопросами. Почему она смеется? Почему так весела? Неужели пытается нагло все отрицать и сейчас начнет выкручиваться и лгать? Кэролайн вытерла глаза рукой и помахала запиской.

— Этот идиот просто понятия не имеет, какой ты невероятный любовник, Норт. Не пойму, откуда у меня могут взяться силы еще на кого-то, особенно после всех этих безумных ночей? И, кроме того, кого я могу захотеть, если получила в мужья самого восхитительного мужчину на земле? Конечно, они не знают, что ты позволил мне сделать с собой. И, уж конечно, ни один человек не поверит, что мне придет в голову привязать мужа к кроватным столбикам.

У Норта хватило сил лишь молча смотреть на нее. Неужели он столько значит для Кэролайн? И она действительно верит тому, что говорит?

— Странная загадка, не так ли? — выговорил он наконец.

— Загадка? — фыркнула Кэролайн. — Я бы назвала се чепухой и глупостью. Мы женаты меньше месяца, и, прости, твои вздорные старики из кожи вон лезут, чтобы вбить между нами клин. Уверена, что именно они подвесили это чудовище перед моим окном в брачную ночь. Представляешь, Триджигла и Кума, лежащими на крыше и спускающими проволоку, на которой подвешено чучело! Жаль, что негодяи не подхватили простуду. Кажется, я узнаю стиль Триджигла вот в этой писанине. Она снова взмахнула запиской перед его носом.

— Болваны несчастные!

Кэролайн негодующе сверкнула глазами, и Норт почувствовал, как уголки его рта невольно растягиваются в улыбке.

Но жена тут же угрожающе нахмурилась и, казалось, готова была разорвать на клочки проклятое письмо.

— Но в этом случае они здорово промахнулись и ни приняли в расчет пыл своего хозяина! Как могли предположить эти глупые старики, что я хотя бы на минуту выпущу тебя из виду? То есть я, конечно, выпустила тебя из виду сегодня, но совсем ненадолго, и ты тут же меня отыскал. Теперь я в жизни никуда не уеду без тебя, клянусь! Ну а теперь поцелуй меня. — Он с охотой подчинился, думая, что во всем Корнуолле нет женщины, подобной Кэролайн, и теперь она принадлежит ему, и со всем двуличием прошлого, предательским наследством Найтингейлов и с грузом измен покончено раз и навсегда. Да, но сегодня Кэролайн исчезла неизвестно куда.

Норт посмотрел на жену, и в этом взгляде отразились все сомнения, давно похороненные обвинения отца в адрес женщин: глаза его потемнели и стали непроницаемыми, черты лица словно заострились.

— О, Норт, таким ты бываешь, когда рассердишься? Знаешь, мне это совсем не нравится. Ты сразу становишься угрюмым и зловещим. Не будь ты моим мужем, я бы нашла это безмерно романтичным, но на самом деле предпочитаю твои шутки и смех, от них у меня ноги слабеют, а по телу бегут мурашки. Конечно, молчаливый неулыбчивый мужчина может заставить любую деву дрожать от восторга, только все эти девы глупышки. Я просто рада, что так хорошо узнала тебя, и уверена, что ты в жизни пальцем меня не тронешь, иначе испугалась бы до смерти. Ты, должно быть, наводил безумный страх на французов. Как они, наверное, воспряли духом, когда ты продал патент и вернулся в Англию!

— Что ты здесь делала?

Кэролайн лукаво улыбнулась, сцепила руки у него на шее, притянула к себе его голову, снова прильнула губами к губам, и Норт, сдавшись, начал ласкать ее, прижимая к себе так крепко, что оба вскоре задохнулись.

— Я здесь, потому что нашла заметки о короле Марке, сделанные твоим дедом. Он все время ноет и ноет насчет королевы Изольды, как она предала бедного мужа с его же племянником Тристаном, а может, и не племянником вовсе, а сыном, и что Изольда была распутницей, шлюхой и самой мерзкой тварью на земле, и монастырь был слишком хорошим местом для ей подобных; в общем, все это ужасно скучно, и твой дед все время повторяет сказанное своим отцом, но потом он немного отвлекся и рассказал, как Фаун когда-то был совершенно иным местом, а потом изменился в результате природной катастрофы — смещения пластов земной коры еще задолго до того, как викинги правили почти всей Англией. И после того как земля дрогнула и раскололась, стало очевидным, что король Марк вовсе не похоронен в южном Корнуолле. Так по крайней мере утверждал местный монах. Твой дед считал, что именно в этой дубовой роще Марк встретился с Тристаном, чтобы изгнать его и Изольду из королевства, и здесь умер, сраженный отравленной стрелой одного из союзников племянника. Тут его и похоронили, у подножия одного из этих холмов. Может, в этом есть доля правды — кто знает. Нет, не смейся, Норт. Я пытаюсь воспринимать твоих предков как можно серьезнее.