На зависть всему миру - Мишель Дуглас

— Я…

Марианна потерла виски.

— Не знаю, как ты представляешь себе хорошего отца, но я — точно не так.

— И я — не так. — Райан смотрел на нее из-под опущенных век. — Но у меня был всего день на размышления. Однако по дороге сюда я подумал… — От легкого колебания в его глубоком голосе у нее затрепетало все внутри. Марианна сглотнула. — Что, если я куплю дом для тебя и ребенка и буду приезжать, как только смогу, и оставаться с вами? Я постараюсь делать это как можно чаще.

Что? Марианна схватила вилку и сунула остывшие аранчини в рот, чтобы не заорать на Райана. Взрослые люди не орут. Но ее бы многие поняли!

— Тебе не нравится?

Марианна помотала головой, усиленно пережевывая.

— Но дом будет твоим, и… — Райан осекся, видя, как она засовывает в рот второй шарик, и потер подбородок. — Что не так?

Дожевывая, сглатывая и запивая еду водой, Марианна оттягивала ответ, чтобы заставить себя говорить спокойно.

— Ты не собираешься жениться никогда.

Райан нахмурился сильнее:

— Не собираюсь.

— Но это не значит, что я не собираюсь выходить замуж.

Райан недоуменно смотрел на нее. Марианна покачала головой.

— Мать, ребенок, ее бывший любовник и ее новый муж. Все под одной крышей. Очаровательно… Или нет! — Она ткнула вилкой в его сторону. — Так не пойдет.

Он потер лицо рукой.

— Райан, я сама организую свою жизнь. Свой дом, свою мебель, свою работу. Если ты хочешь видеться с ребенком — хорошо. Я не стану тебе мешать. Но не стану и домохозяйкой в твоем доме. Можешь купить собственный дом в Монте-Каланетти, нанять домработницу и няню для помощи с ребенком, но мою жизнь я тебе менять не позволю.

— Ты собираешься когда-нибудь выйти замуж?

Все, что она сказала, — а он зацепился за это?

— Конечно, собираюсь. — И раз уж они об этом заговорили… — И собираюсь завести больше детей.

Он побледнел.

— Думаешь, твой будущий муж полюбит этого ребенка?

Что за глупый вопрос! Разве она сможет полюбить мужчину, который не будет любить ее ребенка? Но Райан выпрямился и сказал:

— Я предлагал купить дом не для того, чтобы ограничить твою свободу. Теперь я вижу, что это неудачное решение. Извини.

Он что, правда хочет сделать все как лучше для ребенка? Марианна вспомнила, как сверкнули его глаза, когда он говорил, что ребенок не будет чувствовать себя нелюбимым или нежеланным. Казалось бы, они на одной стороне…

Райан поджал губы.

— Нам придется научиться работать вместе.

— Да. — Хотя бы в этом они сходились.

— И я не стану перекладывать заботу о ребенке на няню, — добавил он, ткнув в нее пальцем.

Это принесло ему пару очков, но…

— Что ты знаешь об уходе за ребенком? Ты хоть раз помогал ему отрыгнуть после еды? Менял подгузники?

Райан отвел глаза. Марианна поперхнулась.

— Скажи мне, что ты хотя бы раз держал младенца на руках.

Он не ответил, но выражение его лица все объясняло. Зачем он приехал? Если он избегал детей так же старательно, как брака, почему до сих пор не удрал?

«Я знаю, каково быть нежеланным».

Внезапно ее сердце сжало сочувствием к мальчику, который все еще жил в душе этого мужчины. Очевидно, что в детстве ему причинили много боли, и он хотел избавить от нее своего ребенка. Это Марианна не могла не одобрять.

— Проклятье, Марианна! — Он откинулся на стуле. — Я ничего не знаю о детях. Но я научусь. И буду любить этого ребенка. Ты поможешь мне?

— Я? — выдавила она. Райан был пугающе бледен.

— Мне больше некого попросить.

До нее дошло, что подразумевало его положение волка-одиночки, и она сглотнула. Может, ребенок нужен ему больше, чем он сам понимает… Марианна переплела пальцы на коленях. Конечно, им придется научиться работать вместе ради ребенка. А если они будут делать это как взрослые рациональные люди, Анжело и Нико успокоятся на ее счет.

Но если Райан внезапно решит, что не справится… что ж, лучше выяснить это сейчас, до рождения ребенка.

«Хочешь его проверить?» Марианна сглотнула. Не это ли она делает сейчас… Но если так — кто проверит ее?

— Обед вас устраивает?

Она подняла глаза на подошедшую Даниэллу, которая беспокойно смотрела на их едва тронутые тарелки.

— Все божественно вкусно, — заверила ее Марианна.

Метрдотель недоверчиво подбоченилась:

— Попросить Рафаэля приготовить вам что-нибудь другое?

— Нет-нет, Даниэлла. Честно, все замечательно. Просто… — Марианна набрала воздуха в грудь. — Просто я беременна, и сейчас любая еда идет… с трудом.

Лицо Даниэллы озарила широкая улыбка.

— Марианна! Чудесная новость! Поздравляю! — Она наклонилась обнять подругу.

У Марианны перехватило горло.

— Я… Спасибо.

Метрдотель приложила палец к губам, подмигнула с заговорщицким видом и удалилась. Ее улыбка согрела сердце Марианны. Она заморгала, теребя салфетку на коленях. Райан опустил голову, пытаясь поймать ее взгляд.

— Ты в порядке?

— Ага, — кивнула она.

Он поднес кулак к губам.

— Ты плачешь?

На секунду Марианна прикрыла салфеткой лицо, а потом промокнула ею уголки глаз. Судя по лицу Райана, он не знал, что делать. Он ерзал на месте, но не сбежал.

— Что случилось?

Марианна помотала головой.

— Просто… Даниэлла — первая, кто меня поздравил. Это приятно. Появлению ребенка нужно радоваться.

Райан помрачнел.

— Ты говорила, что братья тебя поддерживали.

— Да, конечно, но… беременность была незапланированной, и… — Пусть не нарочно, но они заставили ее чувствовать себя неудачницей. — Они за меня волновались.

Его рука сжалась в кулак.

— А я повел себя как полный мерзавец.

В этот момент вернулась Даниэлла с огромным куском шоколадного торта с вишней, любимого торта Марианны.

— От заведения, — сказала она, красивым жестом ставя его перед ней.

Проклятье! У нее снова перехватило горло. Эмоции плясали так, что голова кружилась.

— Поблагодари кондитера за меня, — выдавила она. И немедленно отправила ложку с тортом в рот. Сразу же она зажмурилась в экстазе от вкуса, а когда открыла глаза, Райан смотрел на нее, как завороженный. В крови словно заискрило электричество.

Они отвернулись одновременно. Сердце у Марианны стучало. «Ла-адно», — мысленно протянула она. Может, они едва знают друг друга, но в страсти им не откажешь.