Как укротить сердцеедку - Тара Пэмми

Потом Мия услышала за спиной, как разорвалась шелестящая упаковка и подобно змейке презерватив обволок тугую плоть Никандроса. Внутри Мии, словно воздушный шар, разрасталось предвкушение, а затем она почувствовала, как Никандрос пристроился сзади.

Его сильные пальцы вызвали волну огня от ее затылка до пупка.

– Я постараюсь доставить тебе удовольствие. Ты веришь мне?

Тяжело сглотнув, Мия молча кивнула.

– Скажи это вслух, радость моя.

– Никандрос, я верю тебе. Больше, чем кому-либо другому.

Он вошел в нее одним толчком, отчего внутри у нее все словно вспыхнуло.

– Бог мой, ты такая тугая. – Никандрос задрожал, а мышцы его тела сильно напряглись, словно он сдерживался, чтобы не двигаться дальше. – Мия, мне продолжать? Ты в порядке?

Сначала она испытала боль, от которой чуть не подогнулись ее ноги. Мие казалось, что в этой позе не осталось ни одной части ее тела, которой бы не коснулся Никандрос.

– Ник, мне… немного не по себе, но я чувствую себя наполненной до краев.

Никандрос склонился над ней и поцеловал ее влажную от пота кожу, нашептывая ласковые слова, отчего слезы навернулись на глаза Мии.

Нет, Мия не ждала, что Никандрос будет нежничать с ней, словно она была какой-то хрупкой вещью, которой он не смог бы воспользоваться так, как ему нравилось. Ей хотелось быть женщиной под стать ему.

Медленно Мия качнула бедрами взад и вперед, а потом из стороны в сторону, готовясь к проникновению его огромного ствола. И с каждой секундой ее лоно наполнялось жгучим желанием. Дыхание Никандроса замедлилось и стало тяжелым, когда он повторил движения ее бедер, а потом оттолкнулся назад.

– Тебе нравится? – шепнула Мия в темноту ночи.

Сдавленно выругавшись, Никандрос провел пальцами по ее спине и ухватил за волосы. Он держал Мию так крепко, что боль и удовольствие смешались в одно целое. Ник почти вышел из нее, а потом сделал толчок, такой мощный, что, если бы он не держал ее, она бы отлетела на другой конец кровати.

Мия испытала настолько острое наслаждение, что чуть не потеряла сознание.

Если бы не сегодняшний вечер с Никандросом, она могла до конца жизни так никогда не узнать, что близость может доставлять такое ни с чем не сравнимое удовольствие. Стоны Мии становились громче с каждым разом, когда Ник ударялся в нее, снова и снова повторяя ее имя.

Мия не знала, как такое возможно, но ее тело жадно стремилось к очередному оргазму. Казалось, Никандрос знал его лучше ее самой, когда притягивал к себе, до боли сжав ее за талию. Он скользнул одной рукой между ее ног, а его толчки стали короткими и напряженными.

– Мия, следуй за мной, – скомандовал Никандрос, и она последовала за ним, положив руку на его пальцы, сжимавшие ее набухший клитор.

Мия закричала, переживая невероятно острое наслаждение, а Никандрос глухо зарычал, когда его рывки потеряли ритм и плавность и превратились в чисто животные движения.

Она добилась того, чего хотела. В объятиях этого потрясающего мужчины она снова обрела потерянную часть себя и хотела похитить часть его, пусть даже крошечную.

Раскаты его оргазма обрушились на Мию, словно волшебная сила, которая заново возродила ее к жизни, и она упала на кровать, зарывшись лицом в простыни, чтобы скрыть бегущие по щекам слезы.

Никандрос притянул ее к себе и заключил в объятия, и Мию переполнили слова благодарности и слова отчаяния.

Ее взор затуманился, когда она посмотрела на их переплетенные в лунном свете тела. Мия с жадностью провела глазами по лодыжке Никандроса, поднимаясь вверх к его бедру, и внутри зашевелился чувственный голод вперемешку с каким-то смутным ощущением.

Никандрос мягко убрал прядку, прилипшую к ее влажному лбу, и нежно поцеловал Мию в плечо.

– Ты в порядке?

Она лишь молча кивнула.

Глаза Никандроса поблескивали, словно и его тоже потрясла острота того, что произошло между ними. Будто он тоже был…

Нет!

Никандрос был принцем, мужчиной, который славился способностью доставить удовольствие в постели, так что женщины по всему свету охотились за ним, чтобы заполучить хотя бы одну ночь в его объятиях… Мия не могла сделать так, чтобы их близость стала чем-то большим, чем на самом деле.

Ком подкатил к ее горлу из-за слов, которые она была не в силах произнести, внезапная тяжесть стеснила ей грудь. Впервые за последние месяцы из ее сердца исчезли горечь и злость, оставив только какое-то странное ощущение себя самой.

Когда Никандрос притянул Мию к себе, тепло дыша в ее висок, она поддалась усталости, окутывавшей ее разум, тело и душу, и сладко зевнула.

Никандрос Дрэкос был мечтой, воплотившейся в реальность, и в случае с Мией он подарил ей что-то не поддающееся измерению и определению.

Но на большее рассчитывать не приходилось.