Все началось у алтаря - Кейт Харди

– Что ты здесь делаешь? – спросила она.

– Машина там. – Шин указал на стоявший на парковке спортивный автомобиль с открытым верхом.

– Спасибо.

– Я должен перед тобой извиниться.

Клер озадаченно нахмурилась. Шин хочет извиниться?

– За что?

– За то, что вчера вечером так некстати съязвил. Я решил, что это ты подала Эшли безрассудную мысль отпраздновать свадьбу на вершине горы и подняться на подъемнике.

– Тем более что я боюсь высоты, – сухо проговорила она.

– Но вчера вечером ты же поднялась на подъемнике.

Клер пожала плечами:

– Мы с Люком хотели развлечь Клер и решили, что это неплохой способ.

– У вас получилось.

Она подняла на него глаза. Шин попытался спрятать свои чувства, но она заметила, как в его глазах промелькнула боль. Она импульсивно положила ладонь ему на руку.

– Для тебя это тоже тяжело.

Он кивнул.

– Отец должен был вести сестру к алтарю, а не я. Но все вышло по-другому.

– Твои родители очень бы тобой гордились. Когда моя мама умерла, твоя мать очень меня поддержала. И твои родители в самом деле гордились бы тем, как трепетно ты заботишься об Эш и всегда во всем ее поддерживаешь…

– Она моя сестра. Было бы странно, если бы я вел себя иначе.

Слова Шина стали для Клер откровением. Он определенно ставил знак равенства между долгом и любовью.

– Так сколько я должна тебе за перелет?

– Нисколько. Я старался не для тебя, а для Эшли.

Кто бы сомневался! Клер вовремя удержалась, прежде чем сказать что-то язвительное.

– Шин, я прекрасно знаю, что мы с тобой не всегда находили общий язык. Но, по-моему, пока мы здесь, на Капри, нам следует постараться быть паиньками.

Он взглянул на нее с таким видом, словно сильно сомневался, что у нее это получится.

Клер аккуратно уложила коробку с платьем в багажник, достала из сумки кепочку от солнца и поглубже натянула на голову, чтобы не сдуло ветром, потом села на переднее сиденье рядом с Шином. Темные очки по-прежнему надежно защищали глаза от яркого солнца.

Шин искусно вел машину, даже несмотря на то, что они ехали по правой стороне дороги, а не по левой, как в Англии – Клер сразу это отметила. Дорога была узкой и извилистой, без разделительной линии и с бетонными ограждениями по краям и заполнена к тому же автофургонами, скутерами, микроавтобусами с туристами, и ему приходилось то и дело маневрировать между ними. С Шином Клер чувствовала себя в полной безопасности. Это было странно – полностью полагаться на человека, которого она обычно привыкла избегать.

– Тебе понадобится еще что-то к платью? – спросил Шин, когда они остановились у гостиницы.

– Только мой ручной паровой пресс, который я уже привезла в первый заход.

– Зачем пресс? – спросил он озадаченно.

– Платье третий день лежит в коробке. Я уложила его очень аккуратно, но все равно оно не могло не помяться.

– Хорошо. Все равно дай мне знать, если вдруг что-то понадобится.

– Если хочешь, можешь зайти, взглянуть на платье.

– А это разве не считается плохой приметой?

– Только если ты – жених. Но не забывай, что платье еще нужно выгладить, так что ты пока что не увидишь его во всей его красе.

Шин внимательно посмотрел на Клер. На ней был какой-то абсолютно ужасный головной убор – кепка защитного цвета с нелепым козырьком, но, наверное, на сильном полуденном солнце это разумно – без головного убора здесь можно легко заработать солнечный удар.

– Спасибо. Я буду тебе весьма признателен.

– Тогда пойдем, – сказала она.

Шин последовал за ней в номер. В нем было аккуратно прибрано. Странно, ему представлялось, что в комнате у Клер должен царить полный беспорядок, как, очевидно, и в ее жизни.

Клер положила коробку на кровать, открыла ее, развернула платье и повесила его на плечики.

Юбка из органзы помялась, но Шин и так смог оценить все великолепие платья цвета слоновой кости. Лиф без бретелек с глубоким вырезом, заканчивающимся фестоном в виде сердца, был сделан, по-видимому, из кружев ручной работы и расшит сотнями крохотных жемчужин. Можно было вообразить, что его автор – какой-нибудь всемирно известный модельер. А Клер придумала это платье для его младшей сестренки. И сшила своими руками.

Теперь Шин понял, почему она дала своему магазину такое нелепое название: она поставляла своим заказчицам именно то, чего они хотели, – роскошные платья их мечты.

Очевидно, его молчание разочаровало Клер, потому что она вызывающе скрестила руки на груди.

– Если тебе не нравится – пусть, только это именно то, чего хотела Эш.

– Конечно, оно прекрасно… Я просто немного растерялся, потому что даже предположить не мог, что оно настолько качественно сшито, – признался Шин.

Клер присела в насмешливом реверансе.

– Спасибо вам, добрый господин, за столь сомнительный комплимент.

– Может быть, я неудачно выразился… Я мало понимаю в платьях, но очевидно, что тебе пришлось изрядно потрудиться над ним.

– Так и есть. Но Эш этого стоит.

– Да. – Еще мгновение, и Шин бы шагнул к ней и обнял ее. Но это же была Клер Слушай Свое Сердце, сеющая хаос, вносящая в жизнь других беспорядок. Их миры были так далеки друг от друга. Обнять ее… нет, это неудачная мысль.

– Спасибо, что дала мне на него взглянуть, – сказал он. – А теперь не буду тебе мешать.

– Передай Эш, что платье в порядке и я зайду к ней сразу же, как только его подготовлю.

– Хорошо, – кивнул Шин.

Клер привела платье в порядок и понесла его в номер к Эш. Дверь ей открыла Сэмми.

– Медвежоночек! Ты как нельзя более кстати, – улыбнулась она. – Потерять платье! Ну и ну. Разве у портних так принято?

– Не придирайся, Сэм! – крикнула из глубины комнаты Эшли. – Я бы ее отшлепала за тебя, Клер, но мне велело сидеть смирно, пока Алена снимает бигуди.

Клер повесила платье на вешалку и крепко обнялась с Сэмми.

– И тебе привет! Как прошел полет?

– Отвратительно, – бодро заявила Сэмми. – Вот покончу с фотографиями и буду пить просекко до тех пор, пока все не забудется.

– Хочешь добавить похмелье к нарушению суточного ритма, – поддразнила ее Клер. – Но, Сэмми, как я рада тебя видеть!

– И я. Но боже мой! Это что за прелесть! Клер, на этот раз ты точно превзошла себя.

Клер признательно улыбнулась:

– Я просто рада, что нам его вернули.