Тайна Дамы в сером - Ольга Строгова

Сердито смахнув слезу, Аделаида выскользнула из-под одеяла и устремилась к своей сумке, стоявшей в углу. Длинный, белый, с темным подшерстком мех грел и ласкал босые ступни. Если этодля него не дворец, подумала Аделаида, роясь в сумке, то хотела бы я увидеть его жилище…

А может, еще и увижу, сказала себе Аделаида, улыбаясь; но тут же рассердилась на себя (не время предаваться мечтам, когда ему нужна помощь!) и полностью сосредоточилась на поисках.

Ага, вот она – маленькая стеклянная баночка с мазью от ушибов. Очень хорошей мазью. Какое счастье, что она захватила ее, имея в виду свой, все еще ноющий после вчерашнего падения локоть! А ведь вполне могла забыть, собиралась-то в спешке…

Зачерпнув кончиками пальцев прохладную от ментола мазь, Аделаида провела ими по темному краю пятна. Карл не пошевелился. Сделав еще несколько осторожных движений, Аделаида осмелела и принялась втирать мазь всей ладонью, уже не беспокоясь о том, что он может проснуться.

А он, разумеется, и не думал просыпаться.

До тех пор, пока Аделаида, осмелев окончательно, не вздумала проверить на ощупь, есть там перелом или нет. Тогда он повернулся и обнял ее – бледную, решительную, с горящими глазами и пожелтевшими от мази пальцами.

– Тебе нужно в больницу, – прошептала она укоризненно, делая слабую попытку уклониться от его губ.

– …Не нужно, – возразил он, когда она некоторое время спустя тихо и упрямо повторила те же слова, – ребра целы. И потом, разве в больнице за мной будут так ухаживать? – Он поцеловал ее испачканную ладонь, рывком отбросил одеяло и встал.

Аделаида, стыдливая, как юная девушка, потупила глаза.

– Я хочу есть, – заявил Карл, направляясь в ванную. – Собирайся. Едем ужинать.

* * *

Сидя перед туалетным столиком, в черном вечернем платье с глубоким, прикрытым кружевом вырезом, Аделаида неторопливо расчесывала волосы и размышляла о том, как отрадно ни о чем не думать, ни о чем не беспокоиться, не принимать никаких решений и ни за что не нести ответственности. Какое это редкое, труднодоступное счастье для современной женщины – закрыть глаза и довериться чьей-то твердой руке, и чтобы не надо было самой отвечать ни на какие вопросы… ну разве что какие туфли надеть к этому платью – удобные или на каблуке?..

Какой он все-таки молодец, что сразу же лишил ее выбора! Что ни о чем ее не спрашивал, ни о чем не советовался и ни в чем не проявил ни малейшего колебания! Может, другая на ее месте и взбунтовалась бы и начала бы, из чистого упрямства и по неразумию, заявлять о своих правах, но ей, Аделаиде, подчиниться любимому – только в радость.

Она – настоящая женщина, мягкая, кроткая, чувствительная, без всей этой новомодной резкости, и вульгарности, и непременного желания настоять на своем и одержать над мужчиной верх.

Может быть, этим она и привлекает его? Чем же еще – ведь она такая обыкновенная. А он… он… Аделаида даже замерла с щеткой в руке, силясь найти достойные его слова и образы, но тут голос Карла позвал ее вниз.

Аделаида легко сбежала по лестнице, устланной мягкой, золотистой, глушащей шаги дорожкой.

Карл ждал ее на крыльце. Солнце уже село, и над лесом, над догорающей розовой полосой засветилась первая звезда – впрочем, вполне возможно, что это была планета (Аделаида не особенно разбиралась в астрономии).

Никто не встретился им по дороге, когда они выезжали из поселка, да и шоссе, ведущее в Город, было на удивление пустым. Вполне можно было бы вообразить, что они совершенно одни в этом сумеречном мире, на скупо освещенной дороге, ведущей неизвестно куда под нарождающимися звездами. Аделаиде, с детства убежденной в собственной творческой бездарности и потому даже не пытавшейся никогда писать стихи, эта мысль показалась ошеломляюще-свежей и оригинальной. Она попробовала выразить ее словами, но тут же смешалась, покраснела и замолчала, хотя Карл проявил живейший интерес и готовность выслушать все, что она скажет.

– Как ты относишься к испанской кухне? – спросил он, выждав некоторое время и убедившись, что она твердо намерена хранить молчание.

– Э… хорошо, наверное, – неуверенно отозвалась Аделаида. Испания – это бой быков, Кармен, Гойя, Пикассо… Канарские острова… А вот что они едят там, в этой Испании? Да какая разница – хоть сушеных кузнечиков… – Да, – твердо сказала Аделаида, – я оченьлюблю испанскую кухню.

Карл улыбнулся.

– Тогда мы едем в ресторан «Каравелла», – сообщил он, обгоняя неизвестно откуда взявшийся грузовик.

– Откуда ты знаешь про ресторан? – поразилась Аделаида. – Ты живешь здесь всего неделю и уже знаешь и про испанскую кухню в Городе, и про «Комарово»… и много разных других вещей. Я вот живу здесь уже… ну, в общем, много лет, но никогда не слыхала про ресторан «Каравелла».

– Да я случайно зашел на их сайт в Интернете, – объяснил Карл.

Аделаида краем уха слышала, что такое Интернет, к сожалению, всеобщая интернет-грамотность обходила ее стороной, хоть Аделаида давно пообещала себе исправить этот недочет.

– Да, – сказал Карл, – просто в Городе зашел в интернет-кафе. Заедем, это интересно. Заодно отправлю электронную почту.

Аделаида, устыдившись собственного невежества, решила больше ничего не спрашивать, а разобраться по ходу дела.

Интернет-кафе оказалось совсем не похожим на кафе. Перед выстроенными в ряд экранами сидели сплошь молодые люди и, как бешеные, барабанили по клавишам. Аделаида почувствовала себя неуютно в своем вечернем туалете и спряталась за спину Карла, но на них никто не обратил ни малейшего внимания; каждый молодой человек таращился в свой экран, отвлекаясь лишь для того, чтобы торопливо отхлебнуть пива или энергетика из стоящей рядом с клавиатурой бутылки или банки.

Карл уселся перед свободным экраном, придвинул стул для Аделаиды и тут же застучал по клавишам ничуть не хуже любого из ребят.

Аделаида некоторое время щурилась сбоку на экран, пытаясь понять, что там происходит, но потом это занятие ей прискучило, и она принялась разглядывать посетителей. При более внимательном рассмотрении оказалось, что не все являются молодыми людьми – есть и девушки, и некоторые из них пьют не пиво и энергетик, а кока-колу. Они иногда перебрасывались отрывистыми репликами, вставали, приходили и уходили когда вздумается, не обращая внимания на соседей. Аделаиде стало совсем тоскливо, словно она оказалась в каком-то музее с двигающимися и говорящими статуями. Она тихонько дернула Карла за рукав.

– Сейчас, – сказал Карл, – еще минуту.

Действительно, ровно через минуту он перестал стучать и откинулся на спинку стула.

– Все, – сказал он, – очень удобно, правда?

Аделаида кивнула, хотя лично ей этот Интернет совсем не понравился. Если он превращает обычных молодых людей в этаких «юношей бледных со взором горящим», то лучше уж писать письма по старинке, с помощью бумаги и чернил.