Испорченный - Пенелопа Дуглас

Не сдержавшись, я хрипло застонал.

Переместившись, поймал ртом другую грудь, начал осыпать ее глубокими, жадными поцелуями, прикусывать сладкую кожу и оттягивать ее зубами.

Тело Рики выгнулось, она запрокинула голову назад, слабо вскрикнув.

Я выпрямился, одной рукой схватил ее за волосы на затылке, а вторую запустил в трусики. Проведя языком по ее губам, заглянул в голубые глаза.

– Не так уж и холодно теперь, – поддразнил ее я; мои пальцы окутало теплом. – Здесь у тебя довольно приятно и жарко.

Она так промокла, что пальцы выскальзывали из нее.

Отпустив Рику, отступил назад и окинул взглядом ее прекрасное тело.

Одна из балеток свалилась с ее ноги, вторая вот-вот последует за ней. Ее гладкий, плоский живот и груди были выставлены напоказ, пока она стояла передо мной совершенно беспомощная.

Я опустился перед ней на одно колено, посмотрел ей прямо в глаза и запустил руку под юбку. Мой член дернулся, когда я нащупал ее розовые кружевные трусики. Бледно-розовые.

Как мило.

Подняв подол юбки, провел языком по клитору через ткань, чувствуя маленький затвердевший бугорок.

– О боже! – воскликнула Рика.

Я отодвинул кружево в сторону и замешкался лишь на мгновение, любуясь гладковыбритой киской и безупречной кожей, после чего накрыл ее своими губами, втянул клитор в рот и медленно провел языком между ее складок.

Подхватив Рику под бедра, приподнял ее ноги над землей и, припав к ней, погрузил в нее язык.

– Пожалуйста! – взмолилась она, застонав и попытавшись высвободиться из моей хватки. – Майкл, нет.

Я еще раз лизнул ее клитор и отстранился, схватил трусики и медленно стянул их вниз по ее ногам.

– Ты сказала мне «нет»? – бросил я с вызовом. – Тебе не нравится, когда мой язык в твоей киске?

Ее тело содрогнулось, дыхание стало частым и поверхностным.

Поднявшись, я швырнул трусики в сторону, после чего снял ее запястья с подсвечника.

– Да, я знаю, что нравится, – огрызнулся я. – И ты, черт побери, свое получишь.

Я сжал свой член через джинсы, ощущая, как тот изнывал и требовал разрядки, которую я до сих пор не испытал. На шее бился пульс; я схватил ее за руки, резко развернул и толкнул на землю.

– Майкл! – Она взвизгнула, приземлившись на задницу, потому что ее руки были до сих пор связаны спереди.

Встав перед ней на колени, я стянул с себя толстовку и футболку. Затем вытащил презерватив из кармана и разорвал обертку.

– Можешь сколько угодно думать, что я морочу тебе голову, – сказал я, глядя на нее сверху вниз, одновременно расстегивая ремень и джинсы, – но ты даже не представляешь, что творила со мной все эти годы.

Я опустился на Рику сверху, заставил раздвинуть ноги, поднял ее руки над головой, удерживая ее на месте одной рукой.

Натянув на себя презерватив, провел членом вверх-вниз между ее влажных складок и нашел вход в ее жаркое лоно.

И тяжело дыша, прошептал напротив ее губ:

– Ты даже не представляешь.

Качнув бедрами, я ввел свой член в ее тесную киску.

– О боже, – простонала Рика.

Я вжимался в нее всем телом, выходя и вновь погружаясь, ускоряя темп.

– Твою мать, ты такая горячая внутри, – прорычал я, а потом завладел ее губами и настойчиво, глубоко поцеловал. Язык Рики коснулся моего, отчего член пронзил разряд удовольствия.

Черт, так тесно. Я сунул руку ей под задницу, удерживая на месте, и трахал, буквально впечатывая ее в земляной пол.

– Проклятье, – надрывно выдохнул я, двигая бедрами все резче и быстрее, снова и снова.

Ее груди колыхались, когда я врезался в нее, каждый раз погружая свой член до самого основания.

Рика вскрикнула; ее стоны звучали все громче и громче. Я чувствовал, как ее стенки крепче сжимались вокруг моего члена, будто стальные оковы.

Мышцы пресса напряглись. Поток крови хлынул в область паха, и жар начал скапливаться в моем члене.

– Рика, черт, – простонал я, приближаясь к разрядке. Склонив голову к ее шее и продолжая резко входить в нее, тихо прорычал на ухо: – Ну же, маленькая шлюха. Ты так хорошо трахаешься. Раздвинь свои ноги шире для меня.

Она зажмурилась, шумно втянула воздух и запрокинула голову назад. Мои грязные слова заставили ее сорваться с обрыва.

– О, Майкл! О боже! – выкрикнула Рика и замерла, в то время как мои толчки становились все жестче и жестче.

Я сжал ее ягодицу одной ладонью и прикусил кожу на ее челюсти.

– Проклятье, Рика. Черт, как же хорошо.

Приподнявшись на руках, я смотрел на ее красивое лицо, вновь и вновь погружаясь в ее влажный жар. Румянец разлился по ее щекам. Она прикусила нижнюю губу, наслаждаясь каждым моим сантиметром.

Мой член раздулся. После очередного толчка я вышел из нее, сорвал с себя презерватив, обхватил ствол пальцами и начал водить ими вверх-вниз до тех пор, пока мое семя не пролилось на обнаженный живот и груди Рики. Я напряг мышцы пресса. Удовольствие было просто невыносимым.

Ничего сексуальнее в жизни не видел.

Все мои мышцы разогрелись, гребаный оргазм ударил в голову и пропитал каждый сантиметр моей кожи.

Я пытался отдышаться и сел на пятки, спрятав член обратно в брюки.

Однако бросив взгляд на Рику, был практически готов все повторить. Ее связанные руки до сих пор лежали у нее над головой, сиськи выглядели слишком маняще, а ее школьная юбка была задрана вверх.

Она моргнула; слабая улыбка появилась на ее лице.

– Мы можем сделать это еще раз?

Я протянул руку, подхватил свою толстовку, чтобы вытереть Рику, и тихо хохотнул.

Такой маленький монстр.

* * *

Опершись локтями на колени, я сидел в кресле возле кровати и наблюдал за ней спящей. Песня Deathbeds группы Bring Me the Horizon едва слышно доносилась из динамиков айпода, стоявшего на прикроватной тумбочке. Сжав одну руку в кулак и накрыв ее ладонью другой руки, я раз за разом проигрывал в голове события прошлой ночи.

Она отключилась в машине на обратном пути домой из катакомб. Я принес ее сюда, раздел и уложил в свою кровать.

Почему я уложил ее в свою кровать?

Ноги Рики виднелись из-под простыни, обернутой вокруг нее. Она лежала на животе, лицом ко мне. Ее волосы рассыпались по подушке и закрывали глаза. Ее обнаженное тело застыло без какого-то движения, и лишь по мерным, едва заметным движениям ее груди можно было определить, что Рика дышала.

Она вымоталась. Еще бы. Вчера ей порядком досталось.