Птица-лира - Сесилия Ахерн

– Малиновка! – сказал вдруг сидевший поблизости полицейский. – Узнаю!

– Ты разбираешься в птицах, Дерек?

– У нас они поселились на заднем дворе. – Полицейский развернулся лицом к коллеге. – Папаша довольно-таки свиреп.

– Они охраняют свою территорию, – подтвердила из своего угла Лора.

– Вот именно. – Полицейский уронил ручку на стол. – Малиновки и нашей собаке трепку могут задать. Лютик до смерти их боится.

– Лютик всех боится, – проворчал другой полицейский, листая бумаги. – С таким-то имечком.

Общий хохот.

Этот смех пробудил в Лоре еще одно воспоминание. Снова послышалась музыка, грохот ночного клуба.

Сучка тупая! Та девушка подумала, что Лора заткнула уши, не желая с ней разговаривать, – а на самом деле ее напугал грохот фена для рук. Девушка неправильно поняла.

Мизофония. Бо однажды попыталась ей объяснить. Неприязнь к конкретным звукам, у человека с мизофонией эти звуки – триггеры – вызывают стресс, гнев, недовольство и даже, в острых случаях, неукротимый гнев. Тогда Лоре показалось, что к ней это не имеет отношения, но вдруг Бо права? Она постаралась мысленно восстановить ту сцену.

Девушки смеялись в туалете. Снимали ее на камеры мобильных. Мужская рука вокруг талии, ее куда-то ведут, успокоительное «ш-ш» прямо в ухо. Другая, добрая девушка шептала ей «ш-ш», гладила по спине, убирала волосы с лица, чтобы не испачкались.

Нет, сказала себе Лора. Не было неадекватной реакции. Она всего лишь пыталась заткнуть уши.

Повышенная чувствительность к звукам, предположила Бо в другой раз.

Тот полицейский, с семейством малиновок на заднем дворе, подкатил ближе свое кресло на колесиках, посмотрел на нее ласково и озабоченно.

– Если прошлой ночью что-то случилось, расскажите об этом нам.

Она сглотнула. Справилась с дрожью и покачала головой.

Явился на дежурство еще один полицейский и бросил на стол газету. На первой странице – фотография Лоры. Заголовок: «УПИВШАЯСЯ ПТИЦА». Она запаниковала. И тот полицейский растерялся, не ожидал, что наткнется в участке на Лирохвоста. Женщина в форме, которая привела сюда Лору, убрала газету и попыталась успокоить девушку. Но Лора почти не разбирала слов, заглушая их ревом самолета, рычанием Мосси, а вот и летучие мыши хлопают крыльями в ночи, воют сирены, жужжит камера, лирохвост натыкается на прутья клетки, щелкает ремень безопасности, сливается вода в туалете, цокают по кафелю каблуки, включился фен для рук. Все перемешалось в ее голове.

Пусть полицейские и были поначалу добры, ей следовало понимать, что ее не оставят надолго в покое. Вот уже и пресса прознала, где она. Журналисты собрались у двери, поджидают ее. Приехали Бьянка и Майкл. Майкл остался снаружи, расчищал путь от дверей до автомобиля с тонированными стеклами. Поскольку Лора не желала звонить ни Соломону, ни Бо, оставалась только Бьянка.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила встревоженно Бьянка, завидев Лору.

Лора заскулила. Так стонал перед смертью Мосси, так плакал подстреленный заяц.

– Тяжелая выдалась ночка, – сказала добрая женщина-полицейский. – Пусть отдохнет.

– Девушка будет подавать жалобу? У нас проблемы? – спросила Бьянка.

– К нам никто с жалобами не обращался, – ответила представительница полиции.

Бьянка обернулась к Лоре:

– Девушка из туалета в ночном клубе утверждает, что ты ее толкнула, напала на нее. Кертису нужно знать, как обстоит дело. Придется сделать заявление для прессы.

Лора постаралась собраться с мыслями:

– Я никого не толкала. У меня закружилась голова, я пыталась ухватиться за того, кто стоял рядом. Мне нужна была помощь. У меня будут неприятности?

– Нет, – сердито ответила полицейская. – Никаких жалоб не поступало. Доверять надо нам, а не газетам. Надеюсь, вы отвезете ее в надежное место?

Лора не могла больше сдержаться. Звуки нахлынули сами собой – в растерянности, смятении она переживала заново все случившееся, пытаясь справиться с ним.

Бьянка смотрела на нее чуть ли не с испугом. Она уже много раз слышала ее звуки, но никогда не видела Лору в таком состоянии. Это было похоже на сухие рыдания, на икоту после долгого плача.

– Лора, ты… ты в порядке? – спросила она.

То есть сами по себе эти звуки для нее – норма?

– Да, но… – Бьянка в самом деле испугалась за нее.

– Все в порядке, – сказала Лора. – Я хочу…

Домой, чуть было не сказала она. Домой. Но где теперь ее дом? Навалилась усталость.

– Ладно, найдем тебе удобное, безопасное место, не беспокойся. Там куча фотографов, – добавила Бьянка, тревожно оглядывая Лору. – Вот, надень. – Она протянула ей большие солнцезащитные очки. Лора нацепила их – и словно укрылась от всего мира. – И еще это. – Бьянка стащила с себя меховую жилетку и протянула своей подопечной. Лора не ожидала такого. Какая-то непривычная для нее Бьянка.

– Мех искусственный, – сказала Бьянка, словно Лора из-за меха переживала.

Наконец Лора решилась надеть жилетку – пусть она не лучшим образом сочеталась с клетчатой рубашкой, которую отдал ей Том, – слишком широкой и длинной, она носила ее с поясом, но, по крайней мере, жилетка прикрыла пятна. Поблагодарив полицейских, она вышла навстречу фотографам, увидела телекамеру и на миг вообразила, что это Рейчел снимает кино, а значит, рядом с ней Соломон – она огляделась в надежде увидеть его напряженное, сосредоточенное лицо, какое у него бывает, когда он прислушивается к окружающему фону, но Соломона нигде не было видно, и, пока Лора сообразила, что это новостная программа, корреспондент уже забросал ее вопросами, тыча ей в нос огромным микрофоном. Бьянка и Майкл потащили ее дальше так быстро, что все вокруг расплывалось. Потом, на фотографиях, Лора выглядела словно другой человек: волосы подвязаны высоким узлом, скрывая блевотные брызги, поверх клетчатой рубашки меховая жилетка, солнечные очки больше ее лица, обтерханные мартенсы, которые она носила с шестнадцати лет, и высоко подтянутые шерстяные носки. На следующий день модные журналы объявили ее новой иконой стиля. Мех и хлопок в клетку, мартенсы с шерстяными гольфами. Все примеряли на себя нестандартный образ Лирохвоста. Нет, она не узнавала себя на этих снимках.

Джип тронулся, Бьянка швырнула рядом с ней на сиденье газету.

– Пока только они успели напечатать. Завтра обрушится лавина.

– Зачем ты ей это показываешь? – вступился Майкл.

– Кертис велел.

Майкл вытянул губы в прямую жесткую линию. Лора покосилась на разложенную возле нее газету.

«УПИВШАЯСЯ ПТИЦА»

«У ЛИРОХВОСТА КУКУШКА СЪЕХАЛА»

«ПТИЧЬИ МОЗГИ НЕ ВЫДЕРЖАЛИ ПЬЯНКУ НОЧЬ НАПРОЛЕТ»