Рабыня страсти - Бертрис Смолл

Он быстро разоблачился, кафтан его соскользнул на пол, туда,где уже лежала ее одежда. Затем отступил на шаг, предоставляя ей в свою очередьвозможность рассмотреть его тело.

— Можешь глядеть на меня. Женщина должна знать телогосподина так же хорошо, как и свое собственное.

Она изучала его с серьезным выражением лица. Да, первоевпечатление не было обманчивым. Он не строен, как Карим, напротив, коренаст. Ивсе же рельефная мускулатура не заплыла жирком. Она знала, что калифу запятьдесят. Но это тело словно противоречило здравому смыслу… Он привлекателен икрепок. Кожа светлая, без всяких следов растительности. Торс короток, а сильныеноги стройны и длинны. Мужской орган хороших размеров и приятен глазу. Зейнабвновь взглянула в глаза калифу.

— Ты красив, мой повелитель… — сделала она ему комплимент всвою очередь.

— Мужские тела, — сказал он, вполне довольный услышанным, —лишены изысканной красоты, присущей женским, прекрасная моя. И все же когда онисливаются, то получается то, что нужно… — он заключил ее в объятия и принялсяпылко ласкать нежные груди, словно мальчик, впервые в жизни коснувшийсязапретных плодов.

Зейнаб на мгновение закрыла глаза. Не так, совсем не таккасался ее тела Карим… Мысль эта, вместо того чтобы опечалить девушку,отрезвила ее. Да, их преступная взаимная любовь — величайшее несчастье, но ведьоба они знали, что добром это не кончится… И она не опозорит Учителя в глазахвладыки. Она должна стяжать ему славу — ведь это он научил ее страстноотдаваться мужчине. Ради них обоих она должна быть выше всяких похвал. Ведь онане какая-нибудь девственная дурочка, мечтающая о чистой и вечной любви…

Она сосредоточилась всецело на прикосновениях его рук ксвоему телу. Возможно, они чересчур пылки, но тем не менее нежны. Губы егонашли ее рот — страстный и чувственный поцелуй заставил ее содрогнуться. Онаинстинктивно ответила на лобзанье — что ж, хоть он и чужой для нее, носумел-таки распалить ее чувства! А она было подумала, что это невозможно…Похоже, кое-чему Карим все-таки ее не обучил — ничего, она сама до этогодойдет…

Она запрокинула голову — губы калифа заскользили по еешелковистой шейке. Она чувствовала нежные касания горячего и жадного языка.Довольная, она тихонько замурлыкала, когда губы прильнули к ее юной груди. Онцеловал и касался языком душистой кожи, теряя голову от аромата гардений ибезумного желания… Губы его сомкнулись вокруг кораллового соска и принялисьнежно сосать. Тело девушки выгнулось в его могучих объятиях. Он слегка прикусилнапряженный сосок — Зейнаб тихонько вскрикнула, уже пылая ответным огнем,всецело захваченная ласками…

— Открой глаза, — властно скомандовал он. Глаза его страстноустремились на нее. Пальцы его скользнули по полуоткрытым ее губам — и один изних проник в рот. Зейнаб принялась нежно его посасывать, лаская его проворнымязычком, нежно прижимаясь к гладкой и мощной груди властелина.

— Глаза у тебя — словно два аквамарина… — нежно сказал он. —Мужчина за такие глаза способен отдать жизнь… — Вынув палец изо рта Зейнаб, онпровел им по ложбинке между ее грудей. Потом положил руки ей на плечи изаставил ее встать на колени.

Она поняла, чего он ожидает. Взяв в рот его член, онапринялась сосать… Его прерывистый вздох был свидетельством тому, что онапреуспевает. Пальцы калифа запутались в ее волосах, а член начал твердеть иувеличиваться в размерах. Зейнаб нежно стиснула в ладони мошонку, лаская этосредоточие жизни… Один пальчик скользнул вглубь, отыскал там чувствительнуюточку и нежно надавил… Калиф застонал, ощутив приступ острого желания. Апроворный язычок продолжал порхать вокруг рубиново-красной головки члена,совершенно сводя его с ума…

— Остановись! — он рывком заставил ее подняться с колен. —Ты просто убьешь меня своими ласками, Зейнаб! Что ты за маленькая колдунья?

Он сгорал от страсти, но все еще владел собою: нет, он ненакинется зверем на свою новую игрушку, он растянет удовольствие.., насколькосможет… Интересно, каков у нее темперамент? Ну а если он умрет сейчас, то, покрайней мере, от наслаждения.

— Сядь, — сказал он. Зейнаб присела на краешек постели, акалиф встал перед нею на колени. Взяв в руки ее ножку, он принялсявнимательнейшим образом ее изучать…Так, ступня мала и узка, каждый пальчиксовершенной формы, ноготки округлые и ухоженные…

Он поднес маленькую ступню к губам и поцеловал. Языкскользнул по гладкой подошве, потом принялся ласкать каждый пальчик… Потомкалиф стал покрывать медленными жаркими поцелуями внутреннюю поверхность ноги,от щиколотки до самого бедра. Другая ножка тоже не была обижена. Зейнабтрепетала от прикосновений этих искуснейших губ…

— У тебя есть «любовные шарики»? — спросил калиф. Онакивнула. — Тогда давай их сюда, моя прелестная.

Протянув руку к золотой корзиночке, примостившейся настолике у постели, Зейнаб извлекла бархатный мешочек и вручила его калифу.Дернув завязку, он позволил обоим шарикам свободно выкатиться ему на ладонь,взвесил их в руке и удовлетворенно улыбнулся.

— Как раз то, что нужно — вес подобран идеально, — отметилон. — А теперь откройся мне, Зейнаб…

Она послушно приоткрыла свои недра его жадному взору, апалец калифа втолкнул шарики один за другим глубоко внутрь… Склонившись,раздвинул двумя пальцами ее потайные губки и стал жадно пожирать глазамивлажную коралловую плоть. Язык устремился к потайной жемчужине…

— М-м-м-м-м-м… — промурлыкала она, слегка вздрагивая отупоения. Внутри у нее серебряные шарики слегка стукнулись друг о друга. Зейнабахнула — ощущение было необыкновенно острым, почти болезненным. Карим однаждыпродемонстрировал ей эту забаву. Она успела уже позабыть то ощущение сладкоймуки, которое эта игрушка может причинить женщине…

Теперь язык калифа занялся ею всерьез. Он скользил по еемягким шелковистым потаенным губкам, порхал по ее тайному сокровищу — и вотЗейнаб кажется, что сердце ее вот-вот остановится… Она уже почти рыдала, асеребряные шарики снова и снова ударялись друг о друга у нее внутри, пронизываявсе ее тело невыносимо сладостными спазмами…

И вот она уже вне себя:

— Пожалуйста!

Ни слова не говоря, он извлек орудия сладостной пытки из еенедр, раздвинул трепещущие бедра, склонился и провис горячим языком в ее нутро,извлек его, и снова проник… Зейнаб закричала от наслаждения. Она вся сочиласьлюбовными соками, и, когда калиф рывком приподнялся и Страстно поцеловал ее вгубы, она ощутила во рту свой собственный вкус… Теперь губы его блуждали повсему ее ?телу: по нежной впадинке на шее, по животу, по груди… Ее всю заливалигорячие волны страсти…

Зейнаб уже задыхалась от желания. Она прильнула кАбд-аль-Рахману всем телом. Она и не заметила, как они оба оказались на ложе —теперь калиф находился уже меж ее страстно раздвинутых бедер. Улыбаясь, онглядел на пылающую страстью девушку, которая страстно двигалась в его объятиях,лаская головку его члена прикосновениями к своей потайной жемчужине.