Двойные стандарты - Джудит Макнот

Городок Фенстер, штат Миссури, был укутан свежевыпавшим снегом, точно пушистым одеялом. На каждом перекрестке были развешаны рождественские украшения, придававшие городку необычный и несколько старомодный вид. И Ник довольно едко усмехнулся про себя – теперь понятно, откуда взялась у Лорен эта чопорность в отношении секса!

Руководствуясь указаниями очень немногословного пожилого господина, Ник без труда разыскал тихую улочку, на которой выросла Лорен. Притормозил возле скромного дома, отделанного по фасаду белыми деревянными планками, с качелями на веранде и огромным дубом во дворе, и заглушил двигатель машины, взятой напрокат в аэропорту несколько долгих часов назад.

Мучительная, рискованная езда по скользким, заметенным снегом дорогам была лишь разминкой; самым трудным ему казалась встреча лицом к лицу с Лорен.

На стук в дверь ему немедленно открыли – на пороге стоял крепкий молодой человек лет двадцати пяти. Ник почувствовал, как упало его сердце. Даже в самых неприятных вариантах развития событий, которые Ник воображал себе, пока вел машину, ему ни разу не пришло в голову, что Лорен может завести себе другого мужчину.

– Меня зовут Ник Синклер, – сказал он. – Я хотел бы повидать Лорен.

– Я ее брат, – возразил молодой человек, – а Лорен вас видеть не хочет.

Ее брат! Не успел Ник с облегчением перевести дух, как ему тут же захотелось дать молодому нахалу в зубы – как тот посмел воровать у маленькой Лорен ее карманные деньги?

– Я приехал, чтобы ее увидеть, – невозмутимо повторил Ник. – И, если для этого потребуется перешагнуть через вас, я так и сделаю.

– Боюсь, Леонард, что он не шутит, – сказал отец Лорен, входя в переднюю. В руках он держал книгу, которую только что читал, заложив страницу пальцем.

Роберт Дэннер пристально разглядывал стоящего в дверях высокого и, по-видимому, весьма упорного мужчину. Проницательный взгляд его голубых глаз отметил и напряженную позу, и волнение, сквозившее в чертах лица нежданного посетителя. Против воли на сурово сжатых губах мистера Дэннера выступила слабая улыбка.

– Леонард, – спокойно сказал он, – почему бы не позволить мистеру Синклеру поговорить с Лорен пять минут? Посмотрим, может быть, он сумеет заставить ее передумать. Она в гостиной, – добавил он, кивком указывая гостю путь туда, где стереосистема играла рождественские гимны.

– Пять минут, и не больше, – проворчал Леонард, следуя за Ником по пятам.

– Наедине, – решительно потребовал Ник, оборачиваясь к брату Лорен.

Леонард открыл было рот, чтобы возразить, однако вмешался отец:

– Наедине, Леонард!

Ник тихо притворил за собой дверь, очутившись в маленькой гостиной. Сделал пару шагов вперед и остановился, не в состоянии успокоить безумный стук собственного сердца.

Лорен стояла на лестнице-стремянке и прилаживала сверкающую мишуру на верхние ветки рождественской елки. В облегающих джинсах и ярко-зеленом свитере она казалась такой юной, что захватывало дух.

Ему мучительно захотелось стащить ее со стремянки, сжать в объятиях! Отнести на диван и забыться в поцелуях и нежных ласках, которые излечат, наконец, ее боль и страдания.

Тем временем Лорен спустилась с лесенки и присела на колени, чтобы достать гирлянду из большой коробки, разложенной возле нарядно упакованных подарков под елкой. Краем глаза девушка заметила начищенные до глянцевитого блеска коричневые мужские ботинки.

– Ленни, чего ты копаешься, – воскликнула она с веселым укором. – Я уже закончила. Хорошо ли смотрится на макушке эта звезда? Или мне принести с чердака ангела?

– Оставь звезду, – ответил низкий, сочный мужской голос, так болезненно ей знакомый. – Один ангел здесь уже есть – второго не нужно.

Лорен резко обернулась. Застывшим взглядом смотрела она на высокого, мрачного мужчину, который был всего в нескольких футах от нее. Кровь отхлынула от ее лица. Она узнавала эти решительные черты, темные сдвинутые брови, смелые линии скул и подбородка. Все в этом человеке говорило о богатстве и властной силе. Он обладал особым магнетизмом, которому она пыталась сопротивляться, от которого так часто бежала во снах…

Черты его лица навсегда запечатлелись в ее памяти. Разве могла она его забыть? А еще Лорен помнила тот последний раз, когда видела Ника. Тогда она тоже стояла на коленях – и рыдала у его ног. Слишком хорошо помнилось ей это унижение! Девушка в ярости вскочила на ноги.

– Убирайся отсюда! – крикнула Лорен, в гневном ослеплении не видя ни мучительного сожаления, ни печали, которая туманила взгляд его серых глаз.

Но Ник не ушел. Напротив, двинулся ей навстречу.

Лорен было попятилась, но сумела почувствовать себя хозяйкой положения. Ее просто трясло от злости! Ник протянул к ней руку, но она увернулась и залепила ему крепкую пощечину.

– Я сказала – убирайся, – прошипела Лорен. Но Ник не двинулся с места, и она угрожающе подняла руку. – Будь ты проклят! Убирайся!

Ник внимательно посмотрел на ее раскрытую ладонь.

– Давай, бей, – мягко предложил он.

Дрожа от гнева, Лорен обхватила себя руками и бросилась в сторону, в обход елки, намереваясь выбежать из гостиной.

– Лорен, подожди. – Преградив ей путь, Ник попытался схватить девушку.