Чудо любви - Николас Спаркс

Лошади, пощипывая траву, отходили от маяка все дальше. Туман сгущался, размывая границу между морем и небом. Длинноногие крачки прыгали в песке у края воды, ища мелки ракообразных.

Молчание затянулось, и Джереми подул в сложенные ладони, чтобы согреть их.

– Вы сердитесь на меня за то, что я приехал? – спросил он.

– Нет, – сказала Лекси. – Я, конечно, удивлена, но не сержусь.

Джереми улыбнулся, и она ответила ему своей очаровательнейшей улыбкой.

– Так расскажите все-таки, как вы сюда добрались? – спросила она.

Джереми кивнул в направлении Бакстона:

– Меня подвезли рыбаки. Они высадили меня на пристани.

– Запросто взяли и подвезли?

– Да, запросто взяли и подвезли.

– Что ж, вам повезло. Насколько я знаю, здешние рыбаки отличаются ужасным упрямством.

– Возможно, но ведь люди есть люди, – сказал Джереми. – Хотя я и не специалист по психологии, но у меня нет ни малейшего сомнения в том, что любой – даже совершенно незнакомый – человек может проявить отзывчивость, если поймет, насколько тебе нужна его помощь. Я в этом абсолютно уверен. – Он расправил плечи и откашлялся. – Правда, мне пришлось предложить деньги рыбакам.

Лекси засмеялась, услышав его признание.

– Могу представить, сколько они с вас содрали.

Джереми с усмешкой пожал плечами:

– Да, судя по всему, поездка на лодке – большая роскошь.

– Еще бы. Вы только представьте, какие это затраты. Одно топливо сколько стоит. И опять же нежелательно лишний раз гонять лодку – мотор изнашивается…

– Да, они мне говорили об этом.

– Ну и, конечно же, время – деньги. А завтра им нужно выйти в море до рассвета.

– И об этом они мне говорили.

Последняя лошадь скрылась за дюнами.

– И все же вы приехали.

Джереми кивнул:

– Как ни странно – да. Но они сразу заявили, что ждать меня не собираются и обратно меня никто не повезет.

Лекси приподняла бровь:

– В самом деле? Но как же вы намерены добраться обратно? Джереми лукаво посмотрел на нее:

– Поскольку я знал, что встречу здесь свою знакомую, то рассчитывал на нее – она меня подвезет обратно.

– А если я не собираюсь уезжать отсюда в ближайшее время? Или, например, скажу вам, чтобы вы добирались сами?

– Честно говоря, такой вариант я еще не обдумывал.

– А где вы собирались остановиться?

– Об этом я тоже пока не думал.

– Ну что ж, – улыбнулась она, – хорошо, что вы по крайней мере говорите честно. Но скажите, что бы вы делали, если бы меня здесь не оказалось?

– А куда еще вы могли поехать?

Она отвела взгляд, сдерживая улыбку. Ей было приятно, что Джереми запомнил ее рассказ о столь дорогом месте. Вдалеке показались огни креветочного траулера, который шел так медленно, что казалось, будто он не двигается.

– Голодны? – спросила Лекси.

– Просто умираю с голоду – я весь день ничего не ел.

– Хотите поужинать?

– Вы знаете какое-нибудь хорошее место, куда можно пойти?

– Да, у меня есть на этот счет некоторые соображения.

– Там принимают кредитные карты? – спросил Джереми. – А то все мои наличные ушли на переправу.

– Не беспокойтесь, – ответила Лекси. – Я думаю, это не проблема.

Они молча шли по песчаному берегу, у самой кромки воды, не решаясь сократить разделявшее их расстояние. Их лица раскраснелись от вечерней прохлады, и они шли вперед, как будто какая-то сила влекла их за собой.

Джереми ощутил угрызения совести, вспомнив о Нейте и Элвине. Он пропустил телефонную конференцию, поскольку во время путешествия через пролив Памлико ему, как и следовало ожидать, не удалось позвонить по мобильному. Он решил при первой же возможности связаться с Нейтом, хотя не очень этого хотел. Несомненно, Нейт, все это время с нетерпением ждавший его звонка, теперь был вне себя от ярости. Джереми собирался поговорить с ним о возможности устроить встречу с продюсерами на следующей неделе, когда он мог представить им отснятый материал и подготовленный план. Если же этого будет недостаточно, чтобы все уладить, если из-за такой ерунды, как пропущенная телефонная конференция, его карьера на телевидении могла закончиться, не успев начаться, то стоило ли вообще жалеть о потере такой работы?

Что же касается Элвина… то с ним все было проще. Попасть в Бун-Крик, чтобы встретить его, не представлялось возможным – Джереми окончательно осознал это, когда рыбаки высадили его из лодки на берег. Но ведь у Элвина был с собой телефон, так что ему можно было позвонить и все объяснить. Конечно, его вряд ли могла обрадовать перспектива работать этим вечером в одиночку, но Джереми был уверен: к завтрашнему дню он успокоится. Элвин был одним из тех редких людей, которые не могут из-за чего-то сердиться дольше одного дня. Впрочем, все это мало волновало Джереми в данный момент. Важнее всего для него было то, что он шел вместе с Лекси по тихому безлюдному берегу и, когда очередной порыв соленого ветра ударил им в лицо, она наконец молча взяла его под руку.

Лекси поднялась по ветхим ступенькам старого деревянного дома и повесила куртку на вешалку у двери. Последовав ее примеру, Джереми оставил свою куртку и сумку там же. Она прошла в гостиную, и он, проводив ее взглядом, в который раз мысленно восхитился ее красотой.

– Вы любите макароны по-итальянски? – спросила она.

– Еще бы! Ведь моя мама итальянка. Это ее коронное блюдо.

– Вот и отлично, – сказала Лекси. – В таком случае я приготовлю макароны.

– Мы будем ужинать здесь?

– Думаю, у нас нет другого выхода, – усмехнулась она, взглянув на него. – У вас ведь нет наличных – вы об этом забыли?

Кухня была маленькая, оклеенная цветастыми обоями, облезавшими по углам. Мебель в ней оказалась старая, а перед окном стоял маленький обшарпанный стол. Из одного из лежавших на стойке пакетов Лекси достала коробку кукурузных хлопьев и буханку хлеба. Стоя возле раковины, Джереми увидел полоску ее кожи, показавшуюся из-под блузки, когда она встала на мысочки и подняла руки, чтобы положить в шкаф продукты.

– Вам помочь? – спросил он.

– Нет, спасибо, я сама, – ответила Лекси, поворачиваясь. Одернув блузку, она взяла другой пакет и достала две луковицы и две большие банки помидоров «Сан-Марцано».

– Ну что ж, может, вы хотите чего-нибудь выпить, пока я готовлю? У меня в холодильнике коробка пива.

Джереми округлил глаза, притворно ужаснувшись: