Теряя надежду - Юлия Динэра

Семидесятый день в городе N

Я вернулась к себе в комнату. В доме, слава Богу ни с кем не столкнулась, иначе бы меня сорвало. Я забралась к себе на постель, поймала Китти и прижав ее к себе, свернулась калачиком. Мысли о свадьбе не покидали меня. Интересно, когда это все решилось? До или после того, как я вдруг решила охомутать «исчадие ада»? Я думала, что вселенная повернулась ко мне лицом, но я снова вижу ее зад. Ничего не получается, и почему-то так больно, что невозможно дышать.

Дверь в комнату открывается, я боюсь, что это «исчадие ада», но это еще хуже, пришла моя мать, а значит мне сейчас, обязательно за что-то влетит.

— Это было опасно с самого начала. — Она присаживается на край кровати, я не смотрю на нее, пытаюсь сосредоточиться на Китти, которая вроде как успокаивает меня.

— Я говорила твоему отцу, что к хорошему это не приведет, но он как всегда махнул на все рукой. И что мы получаем?

И что мы получаем? Что несет эта женщина?

— Тебе, наверное, не стоило тогда возвращаться. Это моя вина, я позволила вам двоим создать эту связь. Я не знаю, что ты чувствуешь к Андрею, и поверь, я не хочу знать, потому что мое сердце и так разрывается, глядя на вас… Тебе придется забыть об этих чувствах, милая, потому что это неправильно.

Мать на удивление спокойна.

— С чего ты взяла, что я что-то чувствую к этому кретину?

Мать усмехается.

— Думаешь, я слепая? Я видела вас сегодня во дворе. Это многое подтверждает. Вы может, чего-то не замечаете, но я вижу многое. Я знаю, тебе больно, но ты обязана пройти через это. Мы все проходим через это.

Сколько раз я еще должна пройти через это? Не уверена, что моя мамаша, знает, что такое боль. Эта женщина напоминает солдата, железная леди.

— Они поженятся, и ты не станешь этому препятствовать. Я хочу ускорить этот процесс, и возможно, мне даже понадобиться твоя помощь в организации.

— Я не собираюсь ничему препятствовать, но и помогать я не стану, вы обманули меня.

— Никто тебя не обманывал, просто умолчали, твоя сестра настояла на этом. Они собирались пожениться еще до твоего приезда, а потом появилась ты, в этих… этих своих коротких футболках и со своим отвратным поведением. Андрей молодой парень, конечно, он обратит внимание на полуголую даму, бегающую каждый день перед его глазами.

— То есть, я теперь еще и совратительница. Ты хорошего обо мнения, мама.

— Я не хочу обвинять тебя в чем-то, я ставлю тебе перед фактом. Думаю, ты не глупая и сама придешь к логическим выводам. Ты должна сделать, что угодно, чтобы эта свадьба состоялась. Я не позволю Альбине страдать еще больше, чем она уже страдает.

— Будто что-то может помешать их замужеству.

— Андрей собирает вещи, говорит, что переезжает к себе домой. Я в растерянности, я не знаю, что это может значить, но это явно не хороший знак, и мне нужна твоя помощь.

— И чем я, по-твоему, могу помочь?

— Уговори его остаться. Он должен жениться на твоей сестре. Понимаешь?

Господи, моя мать чокнутая и я боюсь, что у нас это наследственное. Может, у меня тоже проблемы с головой?

— Это не в моих силах.

— Сделай это. Я позову его, скажу, что ты хочешь его видеть, а ты поговоришь с ним.

— За что ты так ненавидишь меня?

— Это не правда. Откуда такие глупости?

Она подлизывается, и мне от этого противно даже смотреть на нее.

— Плевать. Давай уже закончим это, зови сюда своего кретина.

Мать, явно довольная, мои ответом, уходит, а через десять минут в пороге моей комнаты, появляется Андрей. Я высвобождаю Китти из своих объятий и сажусь на кровати, поджав под себя ноги, «исчадие ада» медленно подходит ко мне и садится напротив. Мы молчим, но между нами ощущается такое напряжение, что кажется, будто воздух вот-вот взорвется.

— Сейчас я буду говорить вещи, которые наверное никогда бы раньше не смогла произнести вслух. Я буду просить тебя остаться.

Рука Андрея ложиться на мое лицо, но я быстро убираю ее.

— В чем дело?

— Я прошу тебя остаться..

— Я сделаю все, о чем бы ты, не попросила.

Я уже второй раз слышу от него это фразу, от этого немного колит в груди.

— Моя мать боится, что ты отменишь свадьбу. — Я усмехаюсь.

— Я уже это сделал.

— Что? Подожди..

— Я не женюсь на твоей сестре.

— Пожалуйста, не говори этого. Ты должен. Это не правильно.

— Не правильно было бы то, если бы я это сделал.

— Скажи, что ты не сказал об этом моей сестре?

— Она знала об этом с самого начала. Просто никто не произносил этого вслух.

— Господи. Вы столько лет были вместе, вы же так любили друг друга. Ты сказал, что сделаешь все, о чем я попрошу?

— Да.

— Женись, умоляю тебя. Верни все на свои места, чтобы все было так, как раньше, пожалуйста.

— Я не могу этого сделать.

— Но ты сказал..

— Проси все, что угодно, но только не это.

— Пожалуйста, будь человеком, хоть раз в жизни.

— Сейчас, я человечнее, чем когда-либо. Все это должно было закончиться очень давно, я был слишком труслив, и может это к лучшему, потому что моя трусость привела меня к тебе.

— О чем ты говоришь? Не поступай так с нами.

— Все это время, я чувствовал вину, за то, что твоя сестра оказалась в кресле. Это единственная причина, по которой я был с ней.