Пусть об этом знают все - Рита Навьер

Алена придирчиво оглядела брюнеточку. Славная, но не более. Больше на мальчишку похожа, а Максим любил округлости, сам признавался. Хотя Алену-то ведь тоже пышкой не назовешь. Это сейчас у нее живот, а вообще такая же субтильная. И все равно в этой брюнетке ничего особенного.

Алена осмотрела себя. А в ней самой-то что особенного? Во всяком случае, сейчас. Неуклюжая, неповоротливая, бледная, неухоженная. Никакой красоты не осталось. Теперь еще и унылая все время. Конечно же, ему с ней стало просто неинтересно.

С того дня – вот уже неделю – она больше не позволяла себе ходить растрепанной и абы в чем. Но если бы это хоть что-нибудь изменило! Увы…

И все равно не верилось до конца. Ведь пять лет они вместе, два года женаты. Столько всего было – хорошего, разного, бесценного! На ум приходили самые яркие моменты их счастья. Последнее время она зачем-то постоянно их мысленно прокручивала.

Вспоминалось, как Максим – еще в начале их отношений, когда они жили в доме отца, – приходил к ней ночами и под утро сбегал, чтобы не ставить ее в неловкое положение. Как спустя пару месяцев они сняли, не выдержав, квартиру и жили, уже не скрываясь, вместе. Как Максим поддерживал ее, когда судили Дениса Яковлева. Того поймали почти сразу, взяли у родителей. Алена же проходила по делу свидетелем. Такой был резонанс поначалу – весь университет гудел, на нее косились, чуть ли пальцем не показывали. Максим всегда был рядом, еще и шутил: «Я хоть погреюсь в лучах твоей славы». Но это с ней он шутил, а особо бестактных одергивал по-хамски, не церемонясь.

Вспоминалось, как переезжали в этот дом, обустраивались, вместе ходили по магазинам, покупая всякие уютные мелочи. Как гуляли на свадьбе у Артема – тот их неожиданно опередил на год, женившись на девушке из очень влиятельной семьи. Как потом веселились на собственной свадьбе, скромной, по отцовским меркам. Как вдвоем ездили на первое УЗИ… Как мирили отца с Жанной Валерьевной. Тот случайно узнал про ее роман с художником и такой разнос устроил, что все изумились. Думали тогда – развод неминуем. Но нет, он побушевал и успокоился, даже наоборот, их отношения стали лучше.

Разве все это можно просто вычеркнуть? Может, Максим и правда много работает? А у Алены просто гормоны расшалились. В ее положении это обычное дело.

* * *

Максим приехал в половине одиннадцатого. Скользнул по ней потухшим взглядом, вымучил улыбку – и сразу в душ. Затем молча поужинал и отправился спать. Вот и весь семейный вечер.

Он спал, а она плакала. И не понимала, что делать. Умирая от стыда, все-таки уткнулась носом в его рубашку – нет, никаких чужих запахов не почувствовала. Но это утешало мало.

Утром чувствовала себя совсем больной. Но все равно встала. Пока Максим собирался на работу, готовила завтрак. Он это очень ценил, а ей нравилось его баловать. Раньше нравилось. Сейчас все эти привычные действия самой казались жестами отчаяния. Мол, смотри, как я для тебя стараюсь…

Утром Максим ей казался ближе, почти такой же, как раньше. И наверное, благодаря вот этим утренним часам в ней еще теплилась надежда, что не все потеряно. Вот и сейчас он вошел в кухню свежий, благоухающий парфюмом, в чистой отглаженной рубашке. Приобнял на мгновение, шепнул какую-то нежность.

Алена наблюдала, как он ест, изящно орудуя ножом и вилкой, и терзалась: спросить – не спросить? Глупо, конечно, но сил уже не было.

– Максим, – решилась наконец. – У тебя другая?

Он перестал жевать, посмотрел на нее удивленно. Затем снова принялся за еду, не поднимая глаз от тарелки:

– Нет. Конечно, нет. С чего ты это взяла?

– Но ты так редко дома бываешь…

– Я же работаю. Сейчас просто завал.

И что тут скажешь? Нечего сказать. Совсем отчаявшись, Алена выпалила:

– А меня ты любишь?

Он отложил приборы, поднялся из-за стола, подошел к ней.

– Ну конечно, люблю, – ответил, обняв.

– Не меньше, чем раньше?

– Даже больше.

Потом поцеловал в лоб и ушел. Уехал на свою проклятую работу. Она мыла посуду, глотая слезы.

А вечером мир ее окончательно рухнул, разбился вдребезги…

Началось с того, что около семи Алене позвонила институтская подружка Юлька Аксенова. Единственная, в общем-то, ее подруга. Последние полгода они почти не встречались – в город беременной не наездишься. Но время от времени списывались в мессенджере. Она тоже остепенилась, насколько в принципе могла остепениться. Грозилась нагрянуть в гости с мужем, но угрозы свои упорно забывала. И вот позвонила вдруг.

Алена даже подумала: неужто наконец приедет, как обещала? И даже успела порадоваться, но та спросила неожиданное:

– Вот скажи, ты из тех, кто предпочитает жить в счастливом неведении, или из тех, кому важна правда, пусть даже горькая?

– Почему ты спрашиваешь? – внутри тотчас все заледенело.

– Не почему. Просто интересно. Разные же все. Вот я, например, предпочла бы знать правду, а ты?

– И я, – упавшим голосом промолвила Алена.

Аксенова замолчала, видимо, слова подбирала, но Алена уже знала: то, что сейчас она скажет, разрушит ее. Наконец Юлька проскулила:

– Прости-и-и! Но я только что видела твоего Макса с какой-то выдрой.

– Где? С кем? – на автомате спросила Алена.

– В KFC, ну тут, в торговом центре. На Советской. С какой-то телкой. Посидели, потом вместе на его крузаке уехали. Может, конечно, это просто так. Типа приятели, не знаю… В принципе, они просто ели. За руку он ее не держал, ну или еще чего-то такого не было. Но если вдруг что, ведь надо же знать, я считаю, да? Надо же быть начеку?

Алена молчала, не дышала даже. Дышать было больно, нестерпимо. В голове стучала единственная мысль: это конец.

– Ален, ты как там? Давай я приеду?

– А как она выглядела? – с трудом выдавила из себя.

Хотя зачем ей это? Разве оно имеет какое-нибудь значение?

– Я не очень разглядела. Ну такая… Ростом примерно с тебя, не толстая, черненькая… А что, есть кто на примете?

– Да, – почему-то соврала Алена. – Это просто… Просто знакомая.

– То есть все норм? А-а, ну слава богу! А то я уж думала… Если честно, Макса прям убить хотелось. Но раз так, я очень рада.

Попрощавшись с подругой, Алена набрала Максима. Как же она надеялась, что он сейчас все объяснит! Скажет, что это обычный перекус с коллегой или какой-нибудь знакомой.

Максим ответил, но опять же не сразу. Даже не так. Ее звонок он пропустил, перезвонил через пару минут сам.

– Ты где? – без всякого вступления спросила Алена.

– На работе, – был ответ. – Тут это… Собрание было, короче. Скоро выезжаю.

Приехал около девяти, по последним меркам, даже рано. Притом довольный такой, все ее норовил обнять, приласкать. Видимо, время провел отлично…