Обольщение со второго дубля - Джоанна Рок

* * *

Брок понимал, что должен держаться подальше от Ханны Райдер. Имело смысл сохранить их отношения в тайне, чтобы не привлекать лишнее внимание к своей семье за дни, возможно, часы до того, как разразится скандал. И все же он появился на съемочной площадке на следующий день после их встречи. После их сдержанного прощания Ханна не выходила у него из головы всю ночь.

Из открытых дверей конюшни выкатывали софиты. Менялся реквизит. Сено сгребали и «взбивали», используя метод, делающий его непригодным для лошадей, – клей, силиконовый спрей и наполнитель смешивали, чтобы куча выглядела больше на фоне стен. Вокруг кипела работа, пока актеры и режиссер отдыхали.

Брок пропустил утреннюю сцену с Ханной, так как был занят семейными делами. Новая подружка его брата Карсона, Эмма Лейтон, каскадерша из фильма «Завоевание Запада», поделилась сведениями, которые подтверждают связь между Макнейллами и Вентурами и которые может использовать шантажист. Мать Эммы, Джейн Лейтон, несколько лет работала горничной в семье Вентура и была посвящена во многие семейные тайны. Она и намекнула дочери на эту связь в последнем телефонном разговоре. Однако Эмма призналась, что ее мать эмоционально неустойчива, и Брок не знал, можно ли ей доверять.

Частный детектив Макнейллов не смог достаточно быстро отследить нахождение шантажиста. Отец Брока был обеспокоен состоянием своей жены, боялся, что у нее может случиться нервный срыв. К тому же она еще полностью не оправилась от комы. А Скарлетт, младшая дочь Пейдж, объявила всем бойкот, решив, что родственники бросили Пейдж, отказавшись выполнить требования шантажиста. Семья же подозревала, что шантажист работает в съемочной группе или связан с кем-то из группы, и Брок спрашивал себя, способна ли Ханна Райдер на шантаж?

Он был так поглощен своими мыслями, что не услышал, как кто-то к нему подошел, пока он придерживал открытую дверь для женщины, толкающей тележку с фруктами и выпечкой для завтрака и кофе.

– Брок.

Он повернулся и увидел Ханну. Она была еще прекраснее, чем он помнил. Ее волосы были заколоты с обеих сторон и спадали на спину. Она была одета в историческое платье кремового цвета с рисунком из крошечных цветочков. Корсет сильно утягивал талию и поднимал грудь таким образом, что внимание к ней было гарантированным. Пышная юбка, вероятно, доходила до пола, но сейчас подол был подоткнут за пояс, чтобы не пачкался между съемками.

Брок поборол искушение прикоснуться к Ханне. Поприветствовать ее поцелуем или прошептать ей, насколько она хороша. Вместо этого он решил сразу перейти к делу и выяснить, почему его фамилия так расстроила актрису с Западного побережья, которую совсем не должна волновать его личность.

– Привет, Ханна. – Его кивок был таким же сдержанным, как и его тон. – Мы можем отойти куда-нибудь поговорить наедине?

– Моя сцена скоро начнется. – Ханна казалась другой. Настороженной.

– Я должен спросить про прошлую ночь. – Броку, несмотря ни на что, не хотелось отпускать ее от себя, поэтому он просто понизил голос и отвел ее в темный угол конюшни. – Меня удивила твоя реакция, когда ты услышала мою фамилию.

По тому, как она едва заметно вздрогнула, как затрепетали ее ноздри, Брок понял: эта женщина хранит множество секретов.

– Я не понимаю, о чем ты. – Однако Брок по многим признакам понял, что она лжет, и отступать не собирался.

– Нет, понимаешь. Жизнь моей семьи превратилась ад, и если ты что-то об этом знаешь – об угрозах в адрес Макнейллов…

– Я понятия не имею, о чем ты говоришь. – Она покачала головой, ее лицо побледнело. – Какие угрозы?

Из-за шума съемочной группы Брок опасался, что она его не услышит, поэтому наклонился к ней.

– Кто-то угрожает моей семье. И у меня мало времени, чтобы понять, кто стоит за этими угрозами. Нас шантажируют…

Брок не договорил – что-то тяжелое ударило его по затылку. Он понял, что падает, и успел увидеть панику на прекрасном лице Ханны, прежде чем…

Мир погрузился во тьму.

* * *

– Брок.

Ханна пришла в ужас, когда крупный сильный мужчина рухнул на землю. Она не сразу сообразила, что один из софитов выпал из крепления и упал Броку на голову. Вокруг уже суетились осветители, спеша убрать осколки и освободить площадку.

– Брок? – Ханна опустилась на колени и осторожно дотронулась до его плеча. От страха она вся заледенела. – Как ты?

Брок дышал, но на ее голос не отреагировал. Неожиданно рядом появились два ассистента режиссера. Они склонились над Броком и велели не трогать его.

О господи! Ханна нежно сжала его пальцы, стараясь не сдвинуть его руку.

– Звоните 911! – закричала она и с облегчением увидела, как говорившая по телефону одна из помощниц костюмера подняла большой палец.

Минуты тянулись бесконечно, пока они ждали прибытия скорой. Второй режиссер вопил на производственный персонал, кто-то подметал битое стекло. Ханна прикидывала, как связаться с семьей Брока, чтобы сообщить о случившемся.

До того как упал софит, Брок рассказывал, что кто-то угрожает его семье. Шантажирует их. Когда он говорил об этом, у него странным образом изменилось лицо. Неужели он подозревал ее в шантаже?

Эта мысль ошарашила Ханну.

Рассказал ли он о ней своей семье? Об их ночи вдвоем и о том, как она отреагировала, когда он назвал свою фамилию? Что, если они обвинят ее в произошедшем? Но она не может допустить, чтобы ее втянули в скандал, к которому не имеет никакого отношения. Брок может подозревать ее в чем угодно, но она-то знает, что никого не шантажирует. Ей всего лишь нужны доказательства против Антонио Вентуры. Только она не сможет поделиться своими тайными планами с его семьей даже ради того, чтобы обелить свое имя, если потребуется.

Вдали раздался вой сирены. Ханна облегченно вздохнула: помощь уже в пути. Она предупредила одну из помощниц режиссера, что поедет в больницу. Как бы странно ни развивались между ними отношения, Брок остается тем мужчиной, который безумно целовал ее прошлой ночью. И который публично поставил на место Антонио, поэтому она должна быть рядом с ним, пока не приедет кто-то из его семьи.

Вой сирены становился громче. Производственная группа расчистила проход к Броку, отодвинув оборудование.

Ханна тоже собиралась отойти в сторону, но тут Брок зашевелился.

– Он зашевелился! – радостно воскликнула она, сильнее сжимая его руку. – Он приходит в себя!

Брок слегка приподнялся и тут же рухнул обратно. Заморгав, он уставился на Ханну.

– Ты как? – спросила она. – Тебе не надо шевелиться.

Она внимательно изучала его лицо в поисках признаков недомогания или травмы. Брок, хмурясь, тоже изучал ее, а потом вдруг заговорил хриплым и глухим голосом.

– Кто вы? – спросил он бесстрастным тоном, не отрывая от нее своих голубых глаз. – Я вас знаю?