Рыцарь-невидимка - Вера и Марина Воробей

Они договорились встретиться возле школы в восемь часов. Наумлинская пришла даже раньше, и минут пятнадцать ей пришлось прохаживаться взад-вперед по асфальтированной дорожке в ожидании Гали.

– Представляешь, Галь, он только что прошел! Буквально минуту назад! – возбужденно затараторила Ира, выбежав навстречу Снегиревой.

– Кто? – не поняла та.

– Как кто? Володя!

– Вот и замечательно, – улыбнулась Галя. – Значит, план действий такой: пока народу мало, я под любым предлогом выманиваю Надыкто из класса, а ты тем временем…

– Да! Так и сделаем, – не дослушала Ира. Она очень волновалась и поэтому казалась какой-то взвинченной, будто бы ее кто-то за ниточку дергал все время.

– Ты знаешь что, – Галя строго взглянула на новую подругу, – прежде всего давай-ка успокойся. Так у нас ничего не получится.

– Почему это? – обиделась Ира.

– Да потому, – отрезала Галя, резко потянув на себя тяжелую школьную дверь.

…Володя раскладывал на парте тетради, когда почувствовал, что кто-то осторожно дотронулся до его плеча.

– Привет, – улыбнулся он, увидев Галю. – Что-то случилось?

– Володя, можно тебя на пару слов? – тихо обратилась она к парню.

– Можно, – пожал плечами он, продолжая при этом сидеть на месте.

– Нет, это не для посторонних ушей, – зловеще прошипела Снегирева, хотя в эту секунду даже не представляла, о чем поведет речь, когда они выйдут в коридор.

Надыкто, не скрывая удивления, все-таки вылез из-за парты и послушно поплелся за девушкой к выходу.

Наумлинская вытащила из кармана сумки сложенный вчетверо листок, оглянулась по сторонам. В классе находились трое – Фишкин, Андреева и Черепахина. К счастью, в ее сторону никто из них не смотрел. Одноклассники, сгрудившись возле парты Кати Андреевой, возбужденно обсуждали новую телевизионную программу. До Наумлинской лишь долетали обрывки фраз: «Вот увидите, эта передача продержится пару месяцев – не больше!» – убеждала товарищей Катя Андреева. «А по-моему, прикольно, – возражал Фишкин. – И ведущая очень даже ничего…»

На всякий случай Ира еще раз взглянула на одноклассников, потом на дверь и, сделав три неуверенных шага, дрожащей рукой потянулась к дневнику Надыкто. В этот миг ей показалось, что голоса одноклассников внезапно смолкли, и девушка даже ощутила устремленные на нее взгляды. Одернув руку, она резко обернулась. Нет, все было в порядке. Фишкин и Черепахина в этот момент склонились над партой Андреевой, разглядывая картинку в каком-то журнале. Так, во всяком случае, показалось Ирине. Не дав себе более времени на колебания, девушка решительно открыла дневник Надыкто и вложила между страниц листок со стихотворением. И хотя все было проделано ею с молниеносной быстротой, краем глаза Ира успела выхватить числа, написанные аккуратным почерком Надыкто. Случайно Ира открыла дневник как раз на текущей неделе. «Ну и ничего, – успокаивала себя Наумлинская. – Быстрее заметит». Девушка перевела дух. Сердце колотилось, как после стометровой пробежки. Ира чувствовала, как пульсирует в висках кровь. Кончики пальцев замерзли и даже слегка посинели. Так случалось с ней всегда – в минуты сильного волнения начинали мерзнуть руки. Наумлинская спрятала их в карманы вязаного жакета и с силой сжала кулаки.

А в это время за стеной класса, в коридоре, происходил следующий диалог:

– Володь… понимаешь… В общем, мне…

– Да говори, что случилось-то? У тебя вид такой…

Глаза Снегиревой и вправду казались ненормальными. Они горели лихорадочным блеском, взгляд метался от одного предмета к другому, будто хотел, но не мог ни на чем остановиться. Наконец девушка резко, даже, как показалось Володе, со свистом выдохнула из легких воздух и выпалила на одном дыхании:

– Володя, мне срочно нужны деньги… Я уже ко всем обращалась, но ни у кого…

– Сколько? – перебил ее Надыкто. При этом его правая рука уже шарила в заднем кармане джинсов в поисках кошелька. – Куда же я его сунул, черт, – пробубнил Володя себе под нос, после чего снова обратился к Снегиревой: – Так сколько тебе нужно, Галь?

– Триста рублей, – брякнула она первое, что пришло в голову. – Только ты не думай. Я отдам, обязательно отдам…

– Короче, слушай… – Наконец Надыкто удалось отыскать кошелек. Тот лежал во внутреннем кармане его вельветовой песочного цвета куртки. – Столько у меня при себе нет, – быстро, по-деловому заговорил парень, доставая из кошелька деньги. – Вот, возьми… Тут около ста восьмидесяти рублей. На большой перемене я смотаюсь домой и принесу остальные. Или тебе прямо сейчас нужно? – спросил он с такой готовностью, что, если бы Галя ответила «да», он тут же сорвался бы с места и понесся домой сломя голову. Но девушка горячо поблагодарила его, спрятала деньги и сказала:

– Нет, что ты! Не беспокойся… И на перемене тоже не надо… Я смогу спокойно подождать до завтра.

– Если хочешь, мы можем после уроков ко мне зайти…

– Спасибо, – повторила Галя, постаравшись вложить в это слово всю теплоту, которую ощущала сейчас в своем сердце по отношению к этому парню. – Я правда могу до завтра подождать… Честное слово.

– Ну смотри, – с недоверием покосился на нее Володя, однако больше настаивать не стал.

Через минуту оба уже сидели в классе. Каждый на своем месте. Снегирева слегка качнув головой, дала Наумлинской знать, что у нее, мол, все в порядке. В ответ Ирина прикрыла глаза, что означало: «У меня тоже».

Первым уроком у них в этот день была химия. Девушки с замиранием сердца ждали, когда химичка вызовет к доске Надыкто. Но этого не случилось. На истории Володю тоже не вызывали, зато вызвали Наумлинскую, и она схлопотала «пару», так как вчера даже не открыла учебник, поглощенная совсем другими заботами и переживаниями.

– А если его вообще сегодня не спросят? – теребила рукав Снегиревой Наумлинская, когда во время большой перемены подруги направлялись в буфет.

– Ну ничего… – попыталась успокоить ее Галя. – Дома, значит, увидит.

– Ну как ты не понимаешь, я же хотела посмотреть на его реакцию! – выкрикнула Наумлинская так громко, что две девчонки-первоклашки, чинно прогуливавшиеся по коридору, обернулись на них и даже остановились в ожидании продолжения интересного разговора. Но его не последовало, потому что Галя схватила Ирину под руку, и, резко развернувшись, одноклассницы зашагали в обратном направлении.

– Куда ты меня тащишь? Мы же в буфет собирались? – возмутилась Наумлинская, выдергивая руку.