Дикарь и простушка - Джоанна Линдсей

— Наконец-то! — приветствовала ее тетушка. — А я уже хотела проверить, жива ли ты.

— Вы были на церемонии?

— Господи, конечно, нет! Мы до сих пор в себя прийти не можем. Но думаю, нам перескажут во всех подробностях. Следующие два месяца в округе ни о чем другом толковать не будут! Кстати, к тебе приехала леди. Ждет в гостиной.

Сабрина, сама не понимая почему, решила, что приехала Офелия. Вероятно, потому, что она была последней, кто посещал дом Ламбертов. Офелия? Несмотря на то что сегодня день ее свадьбы? Вполне вероятно: захотелось позлорадствовать… Но нет, Сабрина все время забывает, что Офелия готова на все, лишь бы избежать этого брака. Поверить невозможно! Любая женщина мечтает о муже, обладающем такими качествами, как Дункан. Но у мисс Рид были свои понятия о выгодной партии, а Дункан теперь явно им не соответствовал.

Наверняка она явилась, чтобы стонать и жаловаться на свою печальную участь. Ах, Сабрина все бы отдала, лишь бы оказаться на ее месте! Но на этот раз она не потерпит нытья Офелии. Не станет притворяться, будто сочувствует так называемой подруге, особенно теперь, когда узнала всю глубину ее подлости. Офелия лгала, интриговала и сделала все, чтобы лишить Сабрину даже ничтожного шанса на счастье.

Направляясь в гостиную, она решила сразу же указать Офелии на дверь. Но каково было ее разочарование, когда навстречу ей поднялась Мейвис. Сабрина даже покраснела, стыдясь своих недобрых мыслей об Офелии. Правда, ей стало немного легче, когда она увидела сконфуженное лицо гостьи. Понять причину ее смущения не составляло труда. Наверное, хотела объяснить, почему отказалась помочь Дункану. Мучается угрызениями совести? А ведь Мейвис вовсе не злая, не подлая, просто не желает лишаться единственной возможности отомстить сопернице, испортившей ей жизнь. Но какая сейчас разница? Все равно уже слишком поздно.

— Я приехала извиниться… — начала Мейвис.

— Не стоит.

— Стоит. Я ни за что не поступила бы, как грозилась. Следовало бы с самого начала так и сказать… или хотя бы оставить вас в неопределенности, чтобы не думали обо мне плохо.

— О чем вы?!

— Видите ли, я мечтала немного насладиться своей властью над Офелией. И хотела, чтобы она, пусть недолго, но поволновалась из-за того, чем может обернуться для нее моя несдержанность. Ей необходимо понять: все мерзости, которые она творит, могут обернуться против нее же, а другого способа доказать это просто не было.

— Недолго?

— Да. Я намеревалась заехать в Саммерс-Глейд по пути в Лондон и сказать Дункану, что не придется жениться на Офелии ради спасения ее репутации. Разнести сплетню о той непристойной сцене, что я наблюдала, означало бы уподобиться его так называемой невесте. Офелия не задумалась бы уничтожить любого, чтобы быть первой, лучшей, самой красивой, но если я? начну вести себя, как она, пусть уж лучше меня запрут, а ключ выбросят!

Сабрина улыбнулась и с трудом сдержала радостный Смех. Лучше Мейвис не знать, как она счастлива за Дункана.

— Значит, вы уже говорили с ним?

— Н-нет, — нерешительно призналась Мейвис. — Надеялась, что вы поедете со мной. Боюсь, он зол на меня за вчерашнее. Теперь Дункан считает, что из-за меня вынужден жениться на этой ведьме.

Сабрине показалось, что земля разверзлась и вот-вот поглотит ее. Она покачнулась и поднесла руку ко лбу.

— Вы не знали, что свадьба назначена на сегодня, верно? — произнесла она безжизненным шепотом.

Мейвис побледнела как полотно. Более определенного ответа и не требовалось.

— Не может быть! После оглашения помолвки должно пройти не меньше трех недель!

— Существуют специальные разрешения, и лорд Невилл давно получил такое. В его преклонном возрасте он торопится увидеть внука женатым. Кроме того, нужно было спешить, чтобы предотвратить скандал. Согласитесь, ведь Дункан не знал, что у вас на уме.

— Боже, если бы я только предполагала, что все случится так скоро… Признаюсь, я сначала собиралась держать Дункана в напряжении не меньше недели, но потом сочла это слишком жестоким. Однако я никак не думала, что несколько часов могут решить все, — в конце концов, он вернулся домой на рассвете и еще не вставал. Господи, я никогда не прощу этого себе!

При других обстоятельствах Сабрина попыталась бы утешить собеседницу, но сейчас у нее не было на это сил. Из-за упрямства Мейвис жизнь Дункана разрушена навсегда. Офелия скоро утешится, а Макгавишу придется страдать многие годы.

— А что, если еще не поздно? — встрепенулась Мейвис, хватаясь за соломинку.

— Они женаты. С какой стороны ни посмотреть, все кончено.

— Да, но ведь есть немало способов выйти из положения. И если новобрачные не легли в постель сразу после свадьбы, а этого наверняка не произошло, поскольку они терпеть не могут друг друга, можно добиться признания брака недействительным. Согласитесь, это куда лучше развода.

Сабрина не могла не признать правоты Мейвис:

— Недействительным? Но на каком основании? Мейвис нетерпеливо отмахнулась:

— Не все ли равно? Наверняка что-то можно придумать. Вероятно, родители Офелии еще никому не говорили, как относятся к возобновлению помолвки. Если это так, пусть объявят, что были против, а дочь вышла замуж без их позволения.

— Но ведь всему свету известно, как они мечтали об этом союзе, — скептически усмехнулась Сабрина.

— Сабрина, вы своим пессимизмом все портите, — упрекнула ее Мейвис. — Нам нужно до наступления брачной ночи хотя бы сказать им, что выбор еще есть, потом положение уже не исправить.

Нам? Сабрина что-то не припоминала, когда согласилась участвовать в этом сомнительном предприятии. Мейвис забыла, как Офелия твердила всем и каждому, будто ее родители без ума от предстоящего брака и не желают слушать никаких просьб и доводов дочери. Но Сабрине была ненавистна мысль, что Дункан отныне навек будет связан с Офелией. И все только потому, что ни он, ни Сабрина не догадались сказать Мейвис, когда состоится свадьба.