Приданое Эсмеральды - Нора Робертс

– Какая мощная сексуальная энергия, – прокомментировала она.

– Я бы уточнил – мощные ее выбросы. С тобой такое раньше случалось?

– Нет, в первый раз.

– Со мной тоже, – признался Эли и улыбнулся. – Я отмечу этот день в календаре.

Она рассмеялась и обняла его обеими руками за шею.

– Давай оставим кровать здесь и посмотрим, удастся ли нам в следующий раз задвинуть ее обратно.

– В этом доме есть и другие кровати. Можем поэкспериментировать. Я думаю… Черт, черт! Мощная сексуальная энергия. Эйбра. Кровать здесь, столики там, а презервативы в другом месте. Я не подумал, я совсем забыл…

– Все в порядке, не волнуйся. Я принимаю таблетки. И долго ты копил свою сексуальную энергию?

– Чуть больше года.

– Я примерно столько же. Все в порядке. Эти тылы, образно выражаясь, прикрыты. Слушай, почему бы нам сначала не поесть и не восполнить потерю жидкости, а уж потом решить, что и где мы будем двигать?

– Мне нравится ход твоих мыслей.

Эйбра, нисколько не хвасталась, когда обещала хороший суп. Суп и впрямь оказался превосходным. Эли же решил, что Эйбра всегда говорит правду и никогда не набивает себе цену.

Они сидели за кухонным столом. Он – в спортивных штанах и футболке, Эйбра – в халате Эстер. Отведав супа с замечательным хрустящим хлебом и выпив вина, они поговорили о фильмах, которые ей хотелось бы посмотреть, о книгах, которые оба читали.

– Эли рассказал о недавней находке в библиотеке.

– У меня есть подозрение, эта книга написана женщиной, скрывшейся за мужским псевдонимом.

– В твоих словах слышится некая предвзятость и сварливые нотки.

– Никоим образом, – возразил Эли. – Профессия «писатель» не имеет пола. Но меня поразил женский слог. Мое предположение подкрепляется временем написания книги. Книга получилась цветистой и определенно романтичной. Но в целом она мне понравилась, хотя ее и следует отнести к жанру художественной литературы.

– Хотелось бы убедиться самой. Можно мне ее почитать?

– Конечно. Теперь, когда в подвале появилась эта яма, думаю, есть смысл хорошенько просмотреть все книги в библиотеке, узнать, что там еще пишут о «Калипсо», Натаниэле Бруме, о моих предках, в том числе о Виолетте.

– Если хочешь, могу в этом помочь. Я давно хотела попросить у Эстер разрешения взять что-нибудь из ваших книг, но так и не осмелилась. Мне всегда нравились романы или книги на тему «помоги себе сам».

Поскольку в глазах Эли Эйбра была одной из самых умных и независимых женщин, которых он когда-либо встречал, он счел нужным спросить:

– Какая же тебе самой нужна помощь?

– Все зависит от обстоятельств. Но когда я только перебралась сюда, я чувствовала себя не вполне уверенно. Я прочла массу книг о поиске душевного равновесия после психологической травмы.

Эли накрыл ее ладонь своей.

– Не хочу вызывать у тебя неприятные воспоминания. Лучше скажи, какой срок он получил?

– Двадцать лет. Обвинитель настаивал на изнасиловании, побоях, покушении на убийство, и ему грозило пожизненное. Адвокат свел все к нападению на сексуальной почве, но поскольку в деле фигурировал нож, то ему дали по максимуму. Не думаю, что до этого дошло бы, но…

– Факт преследования, предварительный умысел, незаконное проникновение в дом, свидетельства соседей. Он должен был знать, чем рискует. Что ты думаешь по поводу этих двадцати лет?

– Меня это устроило. Я довольна. Если он получит досрочное освобождение, я приду в суд и попрошу слова. Я покажу мои фотографии, сделанные после того, как он избил меня. Пусть это мстительность с моей стороны, но…

– Это не так.

– Даже если это и так, мне все равно. Во мне все давно перегорело. Но мне легче на душе, когда я знаю, что он в тюрьме, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы он оставался там сколько надо. Пусть он будет далеко от меня и от всех, на кого посмеет поднять руку. Так я обрела душевное равновесие и теперь могу делать то, что открывает для меня новый образ мысли.

Она улыбнулась и проглотила еще одну ложку супа.

– А твое душевное равновесие, Эли? Ты достиг его?

– В данный момент у меня такое ощущение, что могу пройти колесом по натянутому канату.

Эйбра улыбнулась и поднесла к губам бокал с вином.

– Секс – лучшее изобретение человечества.

– Тут нечего спорить. Согласен.

– Может, тебе стоит вставить в книгу больше эротических сцен, добавить в нее больше секса, чтобы твой текст не посчитали слишком цветистым и женственным.

– Чувствую, ты меня подначиваешь. Бросаешь мне вызов.

– Разве ты не хочешь, чтобы в конце книги твой герой обрел душевное равновесие? – Она подалась вперед и коснулась губами его губ. – А я бы помогла тебе набрать побольше фактического материала для твоей книги.

– Было бы глупо отказываться от такого любезного предложения. – Не сводя с нее глаз, Эли провел рукой по ее бедру. – Пол кухни мне кажется очень интересным местом.

– Надо попробовать и такой вариант.

Когда Эйбра попыталась прижаться к нему, зазвонил дверной звонок.

– Черт побери! Не забыть бы о твоем предложении.

Открыв дверь, Эли увидел за порогом Винни. Нет, душевного равновесия он явно еще не достиг, потому что при виде полицейского в форме у него участился пульс.

– Привет, Винни.

– Эли, послушай. Я как раз про жал мимо и собирался было домой, потому что моя смена закончилась. Хотел зайти к тебе, потому что… Привет, Эйбра!

– Привет, Винни, – ответила она, появившись за спиной Эли. – Заходи, погреешься.

– Я не вовремя, извини. Давай завтра поговорим, Эли.

– Нет, нет. Входи, Винни. Мы как раз едим суп, который сварила Эйбра.

– Налить тебе? – предложила «автор» супа.

– Нет, спасибо, не хочу. Я всего пару часов назад ел.

– Я делаю Эли массаж. Два раза в неделю, – пояснила Эйбра. – Кроме того, слежу за тем, чтобы он вовремя питался. И еще мы занимаемся сексом. Это нечто новое в нашем расписании дел.

– Отлично. О господи, Эйбра, что ты такое говоришь?

– Почему бы тебе не зайти и не поговорить с Эли? Я сварю вам кофе.

– Не хочу вам мешать.

– Поздно отнекиваться, – ответила Эйбра и ушла в глубь дома.

Эли улыбнулся и посмотрел ей вслед:

– Она – замечательная.

– Верно. Послушай, Эли, ты мне понравился. По крайней мне понравился в тот день, и я не собираюсь менять к тебе отношения. Ты только не слишком ею увлекайся.