Список Ханны - Дебби Макомбер

— Скажи, я тебя просил когда-нибудь о чем-нибудь? — спросил Ричи, равномерно дыша и работая педалями на своем тренажере. Сегодня он почему-то не надел наушники от айпода, хотя это было в его правилах. Он хотел меня убедить присоединиться к еженедельной игре в покер.

Я сделал вид, что не слышу.

— Майкл! — Еще одна попытка.

Я посмотрел в его сторону.

— Ответ на твой вопрос: да, просил. А правда в том, что ты регулярно просишь меня сделать не одно, так другое.

— Ты же любил играть в покер.

— Был молод и глуп.

— Изменился, значит? — Он поднял густую бровь.

Я вздохнул. Ричи хотел, чтобы я заменил Билла, потому что тот недавно стал отцом двойняшек. Билл занял мое место два года назад, но сейчас, в силу семейных обстоятельств, не мог составить компанию.

Ричи был прав. Я действительно находил удовольствие в игре и в обществе друзей. Раз в неделю мы забывали все свои дела, заботы и все, что связано с пациентами, налогами, медицинскими страховками. Просто один вечер в неделю беззаботно проводили время и наслаждались игрой и обществом друг друга.

Не хочу хвастать, но я хорошо играю. Впрочем, меня больше радовал не выигрыш, а приятный вечер и нашей веселой компании, удовольствие от игры.

Может быть, я не достиг уровня мастерства для спортивных соревнований, но постоянно выигрывал и испытывал мимолетное чувство превосходства. Патрик, Стив и Ричи, конечно, говорили, что мне просто везет.

Игра и компания потеряли для меня прелесть, когда мы узнали о диагнозе Ханны. Я не считал себя вправе оставлять ее одну даже на один вечер. Поскольку болезнь не определялась, пока не достигла четвертой степени, я знал, какая тяжелая борьба нам предстоит. Ханна тоже знала, поэтому не протестовала, когда я прекратил игру в покер.

Не могу сказать, что мне было легко лишиться еженедельных встреч с друзьями за карточным столом. Это были настоящие друзья, они знали меня лучше, чем кто-либо. По-другому, не как Ханна или мои родители. Почему я не вернулся к ним? Ну, во-первых, Ричи нашел мне замену в лице Билла, и казалось несправедливым по отношению к нему явиться через год и сказать, что теперь снова буду играть я, а Билл может уходить. Но мы могли играть и впятером. Ричи неоднократно приглашал меня, но я всегда отклонял предложение. Мне не хотелось играть. После нескольких попыток Ричи прекратил меня звать. До сегодняшнего утра.

— Придешь? — спросил он. — Ты нам нужен, старик.

— Не знаю.

Прежнее равнодушие и желание, чтобы меня оставили в покое, вновь овладели мной. Толком я не смог бы объяснить даже самому себе, почему избегаю того, что когда-то доставляло мне такое удовольствие.

— Когда ты будешь знать? — настаивал Ричи.

Это напоминало разговор двух школьников.

— Скоро.

— Позвони мне до двух, иначе я найду кого-нибудь другого.

Ричи был расстроен и рассержен, это было необычное для него состояние. Он и Ханна обладали легким характером, не любили сердиться, видимо, мой отказ его удручал. Если бы я сам знал, почему так упрямо стою на своем, я бы ему сказал.

Придя в офис, я первым делом взглянул на стену, у которой обычно работала Мэйси. Она не появлялась еще после перерыва, связанного с несчастным случаем, видимо, не позволяло самочувствие. Я пару раз через Харви проверял, как она. Он говорил, что она встает и двигается по дому, но все еще испытывает боль и несчастна.

— Когда придет Мэйси? — спросила Линда.

— Откуда я знаю, — огрызнулся я.

Она широко раскрыла глаза и удивленно на меня посмотрела.

— Не вижу причин для твоей грубости. — Она недовольно поджала губы.

— Прости меня, — поспешно извинился я. Еще не хватало испортить с Линдой отношения. — Я давно ей не звонил. Но еще в первый день, когда все случилось, сказал, чтобы она не спешила приходить. Закончит, когда сможет.

— Ты имеешь в виду, что не говорил с ней с того дня, как она попала в аварию?

— Нет. По крайней мере, с субботы.

Моим источником сведений был ее сварливый сосед, которому, казалось, доставлял огромное удовольствие мой интерес к Мэйси.

— Сегодня уже среда — я думала, она придет, — пробормотала Линда и, покачав головой, подарила мне взгляд, каким смотрела моя мать в детстве, показывая, что она мной недовольна.

Я самонадеянно решил, что Мэйси сразу прибежит заканчивать работу. Я скучал без нее, хотя только сейчас признался себе в этом.

— Вернется, как только поправится, — заверил я Линду.

— Кстати, звонил доктор О'Мэлли, — сказала Линда, — оставила на твоем столе его сообщение.

— Спасибо.

В кабинете я сел за стол и взял розовый листочек с сообщением. Но в этот момент думал не о Патрике, все мои мысли устремились к Мэйси. Игнорировать этот факт было невозможно.