Триумф нежности - Джудит Макнот

Кэти вздрогнула, когда падре Грегорио назвал ее имя с алтарявслед за именем Рамона. Он огласил имена вступающих в брак — дошло до еесознания. Казалось, что каждый, кто находился в переполненной церкви, повернулсяк скамье, где Рамон и Кэти сидели между Габриэлой и ее мужем вместе с семьейРафаэля.

Но не это удивило Кэти. Конечно же, жители деревни знали,кто такой Рамон Гальварра Винсент, так как он здесь родился. Что было странным,так это их своеобразное отношение к нему. С того момента как Рамон вошел вместес ней в церковь, они глазели на него с откровенным любопытством. Некоторыекивали и улыбались ему, но как-то нерешительно и даже с трепетом.

Конечно же, до того, как началась месса, Рамон вел себя так,что это обескуражило бы любого, кто, может быть, и хотел дружески заговорить сним.

С надменной, но учтивой улыбкой он бросил единственныйвзгляд на любопытных прихожан, сел около Кэти и больше не обращал на нихникакого внимания.

Во время проповеди падре Грегорио Кэти делала вид, чтоувлеченно слушает его, но не поняла ни слова на чужом страстном языке. Онадумала о том, что, наверное, все сговорились помешать ей и Рамону остатьсянаедине хоть ненадолго. За последние семь дней не было никакой возможности«делиться друг с другом телами», как выразился Рамон. В пятницу, когда Кэтиполучала пьянящие поцелуи благодарности за свой «букет», темные облаказаволокли небо, скрывая солнце. То, что начиналось мелким дождиком, вскорепревратилось в ливень. Они провели замечательный вечер, играя в карты сГабриэлой и ее мужем, но, к сожалению, совсем не было времени для близости.

В субботу небо очистилось и люди целый день работали в доме.Теперь, когда было проведено электричество, Рамон заставлял их работать внутри,пока не наступала темнота.

Ранним вечером в субботу Эдуарде предположил, что Кэти, бытьможет, понравится поездка в Залив Света.

Кэти была поражена, что из всех знакомых именно Эдуардепредложил романтичную загородную прогулку и свою машину, чтобы поехать наюго-западный берег острова. Она не могла представить себе Эдуарде в роли Купидона,потому что знала, насколько неодобрительно он к ней относится. Загадка быларазрешена, когда Рамон посовещался с Кэти и она с готовностью согласилась напутешествие.

— Тогда решено, — сказал Эдуарде, — Мы с Габриэлой оченьрады, что вы присоединяетесь к нам.

Это помешало им остаться наедине в доме. По лицу Рамона Кэтипоняла, что он был очень раздражен поведением своего друга.

Несмотря на это, вечер оказался неожиданно удачным. В началепятидесятимильного пути по прекрасным дорогам острова Рамон хранил молчание,сидя рядом с Кэти на заднем сиденье. Как только Кэти поняла, что Эдуардеявляется причиной его мрачного настроения, она ослепительно улыбнулась, ивскоре Рамон смеялся вместе с ней, пытаясь ответить на ее нескончаемые вопросыо пробегающих мимо пейзажах.

Залив Света оказал на Кэти просто магическое действие. Те жетяжелые облака, которые заставили уехать из залива большинство туристов, скрылии луну. Габриэла и Эдуарде расположились на носу взятой напрокат моторнойлодки, а Кэти с Рамоном — сзади. Кэти то поднимала лицо к Рамону, чтобыполучить томительный воровской поцелуй, то вертелась на сиденье, разглядываямерцающие зеленые огоньки, которые поднимались в кильватере за лодкой. Посовету Рамона она перегнулась через борт и опустила руку в воду. Когда она еевытащила, вуаль из мерцающих огоньков покрывала ее пальцы. Даже рыбы, которыевыскакивали из воды, оставляли за собой светящийся шлейф.

Рамон казался снисходительным уроженцем этих мест, которыйублажал трех туристов. Если и было что-то, что доставляло ему большеудовольствия, чем смотреть на Кэти сейчас, так это мысль, что ему удалосьрасстроить планы Эдуарде романтически уединиться с женой на корме лодки. Каждыйраз, когда Эдуарде предлагал Рамону с Кэти пересесть, Рамон отказывался сдобродушной улыбкой:

— Спасибо, Эдуарде, но мы прекрасно здесь устроились.

К концу вечера уже Эдуарде выглядел раздраженным, а Рамонулыбался с удовлетворением.

Прогремел гром, прокатившийся эхом по темной церкви,очередная вспышка молнии осветила окна с прекрасными витражами. Кэти грустноулыбнулась, понимая, что природа гонит их в помещение. Это скорее всего будуточередные день и вечер, когда они с Рамоном не смогут даже поговорить наедине.

— Сегодня замечательный день для покупок, — объявилаГабриэла в половине девятого следующего утра. Она принесла свой утренний кофе вспальню Кэти. — Солнца нет, — весело добавила она, садясь на постель.

Она прихлебывала кофе, наблюдая за Кэти, котораяподготавливалась к встрече с падре Грегорио.

— Как ты думаешь, я выгляжу достаточно скромно? — спросилаКэти, расправляя золотой пояс на талии оранжево-белого платья.

— Ты выглядишь великолепно, — улыбнулась Габриэла. — Каквсегда великолепно!

Кэти округлила глаза, смеясь приняла комплимент и, покидаядом, обещала Габриэле вернуться сразу же после встречи с падре Грегорио.

Пятнадцать минут спустя ей уже было не до смеха. Она былапригвождена к стулу, краснея под пронзительным, испытующим взглядом падреГрегорио.

— Я спросил, — угрожающе повторил тот, — знает ли Рамон, чтовы используете свои деньги и кредитные карточки для уплаты за мебель в доме?

— Нет, — полная тревоги, ответила Кэти. — Но как вы об этомузнали?

— Мы перейдем к этому через минуту, — сказал он низкимяростным голосом. — Прежде всего я хочу понять, осознаете ли вы, что Рамонвернулся в эту деревню после отсутствия в течение нескольких лет? Что он уехалотсюда много лет назад, чтобы найти что-нибудь получше?