Купленная невеста, или Ледяной принц - Катерина Полянская

– И ты, только-только набравшись сил, взяла одеяло и перебралась на диван, чтобы не лежать в постели с другим? – По коже на виске скользнули теплые сухие губы. – Спасибо, Сели, я оценил.

Самомнение иногда вещь полезная. Неужели он действительно думает, будто все кругом денно и нощно пекутся о его интересах? Бред бредовый! Только мне все равно захотелось в срочном порядке провалиться сквозь землю.

Злосчастье рыжее! Ну вот как с ним, а? Чудо, что он вообще до сих пор жив с таким характером!

От надобности как-то реагировать на заявление ледяного меня спасла, сама того не подозревая, Роза.

– Есть еще кое-что. – Ее тон был серьезный, в голосе чувствовалось напряжение.

Савира тут же покинуло романтическое настроение, все его внимание сконцентрировалось на говорившей.

– Слушаю тебя.

Тонкие пальцы выстукивали по обивке дивана меленькую дробь.

– Когда мне рассказали подробности всего, что произошло с Селиссой, я сочла нужным отправить нескольких гвардейцев к месту нападения. Они тщательнейшим образом осмотрели тела…

– Тела?! – перебил княжич. – Только не говорите мне, что Селисса справилась с несколькими мужчинами. Как? Ты что, тоже полузверь?

Ой. Вот как чувствовала, что не стоит обманывать. Не совсем же он дурак! К какой-нибудь мелочи да прицепится.

Уже в общем-то прицепился.

– Богиня оказала милость нашей девочке, – совершенно невозмутимо отмахнулась Роза. – Не отвлекайся, Савир!

К моему удивлению, мужчина покаянно склонил голову.

– Простите, бабушка-княгиня. – Из-под длинной красной челки хитро сверкнули синие с золотом глаза.

– Так вот, – вернула разговор в нужную колею льера. – Странно уже то, что воины маскировались под нищих. Про желание убить твою невесту и говорить нечего.

– Думаешь, козни мачехи? – от нахлынувшей злости княжич едва не выпустил меня из объятий.

Но Роза удивила:

– И хотела бы обвинить ее, да не могу. На одежде убитых были знаки Стражей.

Следующие три дня прошли однообразно.

Мне всем семейным советом, исключая разве что Алишту и ее детей, прописали постельный режим. И не ленились следить за исполнением приказа! Старая княгиня просто поражала своей интуицией: стоило мне рыпнуться и принять вертикальное положение, как ее слуга уже стучал в дверь. Ясновидящая, не иначе! Савир от бабки не отставал и почти все свободное время проводил в комнатах невесты. Таскал с кухни сладости, дразнился и шутил – в общем, его визитам я искренне радовалась. Ну и Лила, Риони и Эд постоянно находились где-то поблизости – на случай, если меня снова решат украсть. Даже собаки умерили агрессивность.

Окруженная всеобщим вниманием, я отлеживалась и набиралась сил.

Новости по большей части узнавала от жениха. В первый день обошлось без них, а вот на второй он пришел болезненно бледным. Стало известно о гибели Алексии.

Духи, как же хотелось рассказать правду! Только ответственность за жизнь Риони и заставила держать язык за зубами. Пришлось утешать себя тем, что раз в деле каким-то образом замешаны Стражи, происходящее может оказаться очередным испытанием, смысла которого я пока не понимаю. Помогло слабо.

Известие, пришедшее на третий день, меня вообще пришибло.

Савир развалился поверх одеяла и тщательно следил, чтобы я съела до крошки медовое печенье, принесенное им. А пока болтал о разном, о позитивном и не очень.

– Ты еще и недели не живешь в Цитадели, а поклонниц у меня почти не осталось, – с широченной улыбкой и блеском в ярких глазах заявил ледяной.

Неудивительно! Вряд ли кого-то сильно вдохновлял мой пример с испытаниями и начавшимися покушениями. Сохранность шкурки куда ценнее, нежели маячащий где-то в отдалении призрачный трон.

– Это благодарность или упрек? – уточнила настороженно.

Мужчина таинственно улыбнулся и перешел к следующему.

– А перед мачехой и братом отец все же заставил меня извиниться. – В приятном голосе раздражение мешалось с отвращением.

– За меня?

– Ну да. Адаля тогда сдали безопасникам, Алишта до сих пор не просохла от слез. Знаешь, если бы не мачеха, братца я бы пожалел.

Знала. И от этого стало совсем горько.

Наверняка и Роза вмешалась, и ожидаемое прибытие кхилского посла, которому предстояло обосноваться в стылых землях, сыграло свою роль, и гибель жриц вспомнили вместе с многослойными придворными интригами. Иначе так далеко княжеская справедливость зайти не могла!

– Но теперь-то обвинения с Адаля сняли?

– Разумеется, – досадливо поморщился Савир. Не потому, что желал брату зла, просто к нему отец никогда не был так снисходителен. – Как только выяснилось, что ты жива, сразу и сняли. Князь даже от бабушки пытался потребовать, чтобы признала свою неправоту, но она… скажем мягко, отказалась.

Могу представить себе, в каких выражениях!

– Есть еще одно. – Льер скользнул взглядом по комнате, лишний раз убеждаясь, что мы одни. – Это касается твоего похищения…

– И что с ним?

Радоваться или опасаться? К врагам он подобрался или ко мне? Неужели всплыло что-то из того, что мы с Розой задумали оставить в тайне?

– Безопасники отца еще раз все обследовали и лишний раз убедились, что в деле замешан кто-то из Стражей. Только их возможности позволяют сделать так, чтобы на тебе против твоего желания оказался амулет. И только эти психи могли полностью уничтожить все магические следы.

С диагнозом для сильнейших магов Севера я в общем-то была согласна. Но что делать с тем, что Алексия назвала себя виновницей всего?! Не настолько же ведьма чокнулась, чтобы и здесь врать!

Ответа у меня не было, как и Розы под боком, которая могла бы сгладить ситуацию, если вдруг ляпну что-то не то. Поэтому просто промолчала.

А Савир продолжал шокировать:

– Больше того, едва не произошедшее с тобой подозрительно напоминает убийства жриц. Там тоже никаких магических следов не осталось, что само по себе нереально. Даже если действовал не маг, должно быть хоть что-то!

Должно. Например, следы ауры в энергетическом поле. Вроде бы они рассеиваются только через несколько дней. Я не слишком-то в этом разбиралась. Точно знала лишь одно: в почти четкой схеме, существовавшей до сего момента в моей голове, рядом с Алексией сейчас появился огромный знак вопроса.

Бредово, но… А вдруг?