Версальская история - Даниэла Стил

— Нет. — Алекс покачала головой. — Надо ещесообразить, что приготовить Купу, я обещала ему сделать завтрак в утешение.Лично я предпочитаю пиццу, но Куп, боюсь, не оценит мое предложение. Насколькоя знаю, он привык есть на завтрак яичницу с беконом или омлет.

— Ты сумеешь приготовить яичницу? — заботливоспросил Джимми. Алекс ему нравилась — от нее исходили доброта и участие, иДжимми ощущал их даже на расстоянии. Он помнил, что Алекс — детский врач, и,хотя он не знал подробностей, ему почему-то казалось, что она — хороший врач.Джимми никак не мог понять, что связывает ее с Купером Уинслоу. Они казалисьему странной парой. В конце концов он решил: верно говорят, что чужая душа —потемки. Незачем ломать голову, пытаясь объяснить себе поступки других людей, ктому же Джимми на собственном опыте убедился — даже от самых близких знакомыхможно ожидать любых непредсказуемых действий. А ведь он даже не знал Алекс какследует! И все же ему казалось странным, что она увлеклась человеком, которыйвполне годился ей в отцы. Алекс была нисколько не похожа на тех женщин, которыхпрельщают известность и внешний блеск. Возможно, думал Джимми, в Купе естькакие-то достоинства, которых он не замечал, а может быть, это он идеализируетАлекс.

Думать об этом было ему неприятно, но факт оставался фактом:он ее почти не знал и мог только гадать, основываясь на своих субъективныхвпечатлениях. Что же касалось самого Купа, то, несмотря на приятный вечер,который они провели втроем, Джимми по-прежнему относился к Купу скептически.Конечно, его обаяние бесспорно, но у Джимми были свои представления о людях,которых можно было бы охарактеризовать как личность. Куп, по мнению Джимми, непринадлежал к числу таких людей. На его взгляд, этот стареющий плейбой слишкомлюбил себя и свой комфортный мир, за пределами которого для него несуществовало ничего. Вряд ли он был способен по-настоящему глубоко чувствоватьчужую боль, сопереживать кому-то или радоваться чужим успехам. Словом, Куп былтипичным голливудским созданием.

— Может, позвонить в «Службу спасения» — пусть срочнодоставят горячий завтрак для мистера Уинслоу? — сыронизировал он, и Алексбросила на него испытующий взгляд, от которого Джимми стало не по себе.

— Извини, — быстро добавил он. — Этовырвалось случайно.

Алекс понимающе кивнула.

— Чем мне нравится Куп, — сказала она, — этотем, что юмор никогда ему не изменяет. Куп умеет посмеяться и над собой тоже.

Джимми тут же захотелось спросить, что еще ей нравится взнаменитом актере, кроме юмора и, разумеется, внешности, но сдержался.

— Ладно, мне действительно пора идти, — закончила разговорАлекс. — Боюсь только, к бассейну мы сегодня не пойдем. Куп вряд ливынесет это зрелище, а я не захватила с собой смирительную рубашку.

Джимми засмеялся, и Алекс, прощально махнув рукой Марку,вернулась в дом. Купа она застала уже в кухне, где он сражался с завтраком.Приготовленные им оладьи имели темно-коричневый цвет и хрустели на зубах. Беконна сковородке с одной стороны совершенно обуглился, желтки всех четырех яицрастеклись, а весь стол был залит апельсиновым соком, который мерно капал со столана пол.

— Да ты, оказывается, умеешь готовить! —воскликнула Алекс, и Куп настороженно посмотрел на нее, но Алекс не шутила.Вряд ли она справилась бы лучше. Алекс была куда лучшим врачом, чем хозяйкой.

— Нет, в самом деле я считаю, у тебя получилось оченьнеплохо, — добавила она.

— А мне почему-то кажется, что я чего-то неучел, — вздохнул Куп. — Кстати, где ты была? Я уже думал, этотмолодняк взял тебя в заложницы.

— Они совершенно нормальные дети, Куп, — успокоилаего Алекс. — Так что можешь не волноваться — тебя не арестуют засодержание притона. Я просто немного поговорила с Марком и Джимми. Они оба тожетам, так что в случае чего они присмотрят за детьми… Не то чтобы в этом былабольшая нужда, — поспешно добавила она, увидев выражение лица Купа. —Уверяю тебя: все гости Джессики и Джейсона — хорошо воспитанные, вежливые ивнимательные ребята.

Брови Купа поползли наверх. Застыв у плиты с лопаточкой вруке, он удивленно таращился на нее, не обращая внимания на подгорающуюяичницу.

— Я так и знал, — пробормотал он наконец. —Боже мой!

Пришельцы тебя подменили… Ты — это не ты… Кто вы, докторМэдисон? — добавил он глухим театральным голосом.

Вся сцена настолько напомнила Алекс эпизод из плохогонаучно-фантастического фильма, что она не выдержала и расхохоталась.

— Это самая настоящая я, уверяю тебя, — сказалаона. — И я говорю совершенно серьезно: дети как дети, ничего опасного.

— Тебя так долго не было, что я решил — они забралитебя в свою летающую тарелку, — сообщил Куп. — Поэтому я решил самприготовить себе завтрак. Нам… — тут же поправился он и, брезгливо поджав губы,оглядел царящий на кухне беспорядок. — Слушай, почему бы нам непозавтракать в городе? — предложил он. — Я не уверен, что эти оладьи,гм-м… съедобны.

— Надо было заказать пиццу на дом.

— На завтрак?! — Куп с негодующим видом выпрямилсяво весь рост. — Пока я жив, этого не будет! — отчеканил он. —Твои привычки просто ужасны, Алекс. Неужели в медицинском колледже тебя неучили основам здорового питания?

Никто не ест пиццу на завтрак, это слишком тяжелая пища.

— Ты абсолютно прав. — Алекс взяла тряпку и сталавытирать со стола сок. Потом она зарядила тостер нарезанными ломтиками хлеба ивключила кофеварку.

— Я всегда знал, что это женская работа, —удовлетворенно хмыкнул Куп, внимательно следя за ее манипуляциями. — Я судовольствием выпью кофе. Кстати, в холодильнике есть еще один пакетапельсинового сока. Я специально оставил его до тебя. Надеюсь, ты сумеешьналить мне стакан, не расплескав…

Пятнадцать минут спустя Алекс вынесла на веранду поднос скофе и соком, а также яичницу с румяным беконом и тостами с сыром. Все это былоаккуратно разложено по тарелкам. Для апельсинового сока она взяла любимыебокалы Купа из граненого хрусталя, а вместо салфеток положила бумажныеполотенца.

— Превосходно, превосходно!.. — довольнопробормотал Куп, откладывая газету, которую он читал. — Знаешь, у тебянеплохо получается. Позволь только один совет: под хороший фарфор и серебронеобходима скатерть, лучше всего льняная. Когда ты это запомнишь, тебя возьмутв любой ресторан. — И он озорно улыбнулся Алекс.

— Скажи спасибо, что я не взяла вместо салфетоктуалетную бумагу, — парировала Алекс. — Мы так поступаем в больнице,когда заканчиваются бумажные полотенца. Впрочем, туалетная бумага лучшеподходит к одноразовым тарелкам, пластмассовым ложкам и полистироловымстаканам. В следующий раз я захвачу с собой несколько штук.

Купу нравилось, что Алекс не слишком привержена светскимусловностям, хотя она и была из семьи Мэдисон и получила прекрасное воспитание.Это соображение напомнило ему о вопросе, который он давно хотел задать Алекс,поэтому, когда с яичницей и беконом было покончено. Куп не стал торопиться ивставать из-за стола.