Отрекаются, любя, или Я подарю тебе небо в алмазах - Юлия Шилова

– Да это он так, со злости говорит. Чтоон еще может сказать, ты же его чуть не убила. Знаешь, мы с ним полночипроговорили, по-моему, он очень даже неплохой человек. Начитанный, умный,интересный. Жизнь его никогда не баловала. Ему все всегда с большим трудомдоставалось.

– Этот дом ему ни с большим трудом, ни смаленьким не достанется. Тоже нашла кого жалеть. Петьку своего жалеешь, этогогада жалеешь. Ты Петьке-то хоть звонила?

– Там в деревне телефона нет.

– И надолго он у тебя в деревне-тоостанется?

– Вряд ли. Как воздухом деревенскимнадышится, так сразу приедет.

– Значит, он у тебя здоровье поехалпоправить?

– Что-то вроде того, – ушла отответа Люська.

– А с чего у него здоровье-то расшаталось?От дивана, что ли? Оттого, что он с него свою задницу не поднимает? Может, унего пролежни?

– Тань, ну прекрати. Ты меня этим Петькойуже затюкала.

– Хорошо. Если хочешь, мы с тобой этутему больше никогда обсуждать не будем. Я вот о чем… Ворон сказал, что этогоСергея надо добить. Он мне проходу не даст. Особенно после того, как я егоранила. Он меня или в милицию сдаст или сам прикончит. Я говорю тебе, именнотак и будет. Ворон предлагает своих людей прислать…

– Зачем? – моментально побледнелаЛюська.

– Затем, чтобы они оказали определенноесодействие, вернее, помощь. Мне нужно просто открыть дверь. Просто открыть.Зайти в другую комнату, и все.

– Как это все? – Люська вытаращилаглаза.

– Так это все. Больше мы никогда об этомтоварище ничего не услышим и никогда его не увидим.

– Его что, убьют, что ли?

Люська смотрела на меня таким пристальным,осуждающим взглядом, что я просто не выдержала и отвела глаза в сторону.

– Люська, откуда я знаю?! И почему ядолжна об этом думать?! Меня это вообще не касается. Это не моего ума дело.Почему я должна вмешиваться? Что он заслужил, то и получит.

Люська прижалась к стене и чуть было несъехала по ней вниз.

– Танька, ты что такое говоришь?! Ясмотрю, эта связь с Вороном на тебя плохо действует. Она явно тебе не пошла напользу. Ты у него жестокости поднабралась. Зачем же я его выхаживала?

– А зачем он мне угрожает и постояннотвердит, что как только он встанет на ноги, то обязательно меня убьет?! Ты жесама знаешь, что он первый начал.

– А зачем ты Ворону вообще про негорассказала?

– Как это зачем? Хотя… вообще-то и самане знаю зачем?! Рассказала, и все тут…

– Только не говори мне, пожалуйста, что увас друг от друга секретов нет.

– Я этого не сказала.

Через пару минут Люська пришла в себя,повесила полотенце на батарею и вышла из ванной.

– Таня, я тебе своего пациента в обиду недам. – Она остановилась в дверном проеме, а в ее голосе появилась ещесовсем недавно потерянная уверенность.

– Какого еще пациента?

– Того, которого ты попросила менявыходить.

– Какой же он тебе пациент?

– Самый обыкновенный. У меня таких полнобыло.

– Но ведь ты же не в больнице, а в моемсобственном доме?

– А мне без разницы, где именно я должнабольного выхаживать. Так что выкини эти мысли из головы. Я с ним сама поговорю.Он очень порядочный и очень даже душевный мужчина.

Как только Люська пошла в комнату делатьсвоему так называемому пациенту укол, я слегка дернулась, крайне нервознопокачала головой и тихо сказала ей вслед:

– Дура ты, Люська. Порядочных мужиков небывает. Любой, даже самый, казалось бы, порядочный мужик ведет беспорядочныйобраз жизни, проще говоря, по бабам бегает. Так же и насчет душевных мужиков. Уних не душа, а самые настоящие потемки. Мужики-то сейчас пошли какие-томалодушные… А мужиков с широкой душой по пальцам пересчитать можно, к тому жепочти все они женаты и их душами владеют их жены.

– Сама ты дура! – парировала Люськаи ушла в комнату к своему так называемому пациенту.

Потеряв последние остатки мужества, я прошлана кухню, заварила себе кофе и тихонько всхлипнула.

– Я просто устала… – сказала я самасебе и обратила внимание на неуверенность в своем голосе. – Я простоустала, потому что я не железная, а самая обыкновенная женщина, с массой собственныхслабостей. Сначала Вадим, который за что-то хотел меня убить и погиб сам. ЗатемСергей, ворвавшийся в мой дом… Он довел меня до того, что я в него выстрелила,причем целых два раза. Ума не приложу, что мне теперь с ним делать. И почему ядолжна успокоиться и верить Люське, что Сергей не представляет для меня никакойреальной угрозы, ведь она не от мира сего и в мужчинах попросту не разбирается.Она и своего Петьку, законченного тунеядца, считает настоящим трудоголиком. Атеперь еще и Ворон, который сделал мне предложение, больше похожее на угрозу… Япросто устала… Господи, как же я устала… Это борьба за наследство высосала изменя все соки, но у меня уже нет пути назад.

Замолчав, я сделала глоток кофе и подумала отом, что мои дела плохи. Неуверенность в голосе – первый признак того, что всене так хорошо. В душе появился какой-то страх… Скорее всего, это был страх засвое будущее, страх потерпеть поражение. Именно в этот момент мне оченьзахотелось позвонить Артуру. Просто для того, чтобы послушать его голос,который за долгие годы нашего романа стал по-настоящему близким и родным,спросить, как там его жена и дети, как их здоровье. Бросившись в коридор, явзяла свою сумочку и попыталась достать мобильный телефон. Но мобильника всумочке не оказалось.

– О черт. Где же я могла его оставить?