Искушение - Аманда Квик

— Нет, не хватит. Гидеон, вы не застрелите его, вы слышите?

Гидеон начал терять терпение. Его тело вновь горело желанием.

— Я не убью его, если это так беспокоит вас. Я не желаю быть вынужденным покинуть страну.

— Покинуть страну, — в ужасе отозвалась Гарриет. — Значит, вот что происходит, когда убиваешь кого-нибудь на дуэли?

— К сожалению, власти, готовые закрыть глаза на сам поединок, не пропустят случай убийства одного из дуэлянтов. — Гидеон поморщился. — И неважно, заслуживает ли он этого.

Гарриет села на кровати:

— Этого более чем достаточно. Я не позволю вам так рисковать.

Гидеон положил руку на ее ногу:

— Вы не хотите, чтобы я бежал из страны?

— Конечно, нет, — прошептала она.

— Гарриет, не принимайте это близко к сердцу. Я дал вам слово, что не убью Эпплгейта. Но вы должны понимать, что я не могу оставить без внимания его поступок. Если поползут слухи, что такие дьявольские игры сходят с рук, найдутся желающие выкинуть что-то в этом роде, а может быть, и похуже.

— Чепуха. Едва ли я сяду в экипаж к незнакомому мужчине, — выскользнув из кровати, Гарриет потянулась за шемизеткой.

— В поджидающем экипаже может оказаться знакомый мужчина, — спокойно возразил Гидеон. — Возможно, тот, кого вы знаете, кому доверяете.

— Исключено, я буду настороже. — Гарриет принялась расхаживать взад-вперед перед гаснущим камином. Отсветы углей ложились на тонкую ткань шемизетки, оттеняя округлые контуры ее живота и бедер. — Гидеон, пообещайте мне, пожалуйста, что не будете драться с Эпплгейтом.

— Сколько можно повторять одно и то же. Больше ничего слышать не хочу об этом деле.

Продолжая расхаживать, Гарриет сердито посмотрела на Сент-Джастина:

— Можете не рассчитывать на то, что я так просто перестану говорить об этом.

— Почему бы и нет? — кротко спросил виконт, созерцая соблазнительные очертания ее спины. Он не представлял, что когда-нибудь почувствует к женщине что-либо подобное.

— Я вполне серьезно, милорд, — объявила Гарриет. — Я не допущу никаких дуэлей из-за меня. Я отвечаю за каждое слово. Во всяком случае, в этом нет никакой необходимости. Ничего страшного не случилось, и лорд Эпплгейт не хотел причинить вреда. По-своему, он вместе с другими пытался защитить меня.

— Черт возьми, Гарриет…

— Более того, он посвятил себя исключительно изучению геологии и ископаемых. Держу пари, он совершенно ничего не смыслит в дуэлях.

— Это меня не интересует, — отозвался Гидеон.

— Это не может служить причиной.

Я уже объяснил, что послужило причиной.

Гарриет набросилась на Сент-Джастина, точно маленькая тигрица:

— Гидеон, вы сейчас же должны пообещать мне, что ни сегодня, ни завтра не бросите ему вызов.

— Я не дам вам подобного обещания, дорогуша. А теперь возвращайтесь в постель, и прекратите раздражаться из-за того, что вас не касается.

Подойдя к кровати и сложив руки на груди, Гарриет встала над ним с самым решительным видом.

— Если вы не дадите мне слова чести, сэр, — выпалила она, — я не выйду за вас замуж.

Гидеону показалось, что его сбросила лошадь, или он получил удар в живот. На миг у него перехватило дыхание.

— Неужели Эпплгейт так много значит для вас? — жестко спросил он.

— Эпплгейт ничего для меня не значит, — разъярилась она. — Для меня важны вы. Неужели это непонятно, упрямый, несговорчивый, самонадеянный мужчина? Я не позволю вам дать повод для сплетен и даже рисковать жизнью из-за инцидента, не являющегося ничем, кроме как поездкой за город.

Отбросив в сторону одеяло, Гидеон выбрался из кровати. Уперев руки в бока, он медленно пошел на Гарриет. Мисс Померой не отступила ни на шаг. Кажется, она была единственной женщиной в мире, которая не боялась его.

— Вы осмеливаетесь угрожать мне? — с подчеркнутым спокойствием спросил Гидеон.

— Да, сэр. Если вы так по-глупому упрямы, я вынуждена прибегнуть к угрозам. — Выражение ее лица смягчилось. — Будьте благоразумны, Гидеон, остановитесь.

— Я благоразумен, — проревел он. — Более чем благоразумен. Я пытаюсь предотвратить подобные происшествия в будущем.

— Нет нужды бросать вызов Эпплгейту. Он всего-навсего юноша, пытающийся сыграть роль галантного рыцаря. Неужели так трудно понять это и забыть?

— Проклятие, Гарриет. — Смущенный ее логикой, Гидеон запустил руки в свои волосы. Конечно, он понимал, что молодой Эпплгейт не представлял большой угрозы. Но это было дело принципа.

— Неужели вы в его годы не играли роль галантного рыцаря?

Гидеон снова выругался, еще более яростно, поскольку только сейчас понял, что проигрывает в сражении. Гарриет права. Как и большинство юношей, он выступал в этой глупой роли, когда был в возрасте Эпплгейта.

Бесспорно, Гарриет не влюблена в мальчишку.

Вероятно, инцидент можно замять. Гидеон понял, что не желает продолжать спор. Он полностью сосредоточился на созерцании восхитительного тела Гарриет, освещенного огнем. Он жаждал ее. Он с ума сходил от желания, кровь пела в его жилах. А Гарриет была так щедра в своей страсти.

Вероятно, существовали дела поважнее, чем необходимость преподать Эпплгейту урок.

— Хорошо, — наконец пробормотал Гидеон.

— Гидеон! — Глаза Гарриет блеснули.

— На этот раз ваша взяла. Заметьте, мне не по душе то, что Эпплгейт так легко отделается. Но раз уж никто не пострадал…

Улыбка Гарриет вспыхнула ярче, чем угли в камине.

— Благодарю вас, Гидеон.

— Можете считать это свадебным подарком, — объявил виконт.

— Отлично, милорд, это ваш свадебный подарок. Именно так я и буду это расценивать.

Он склонился к ней, схватил за талию и поднял высоко в воздух.

— А каков ваш свадебный подарок? — осведомился Сент-Джастин с усмешкой.

— Все, что вы пожелаете, милорд. — Гарриет обняла его за плечи, радостно смеясь, пока он кружил ее. — Вам остается только объявить ваше желание.

Гидеон отнес ее на постель:

— Именно этому я намерен посвятить остаток ночи. Впрочем, и все последующие наши ночи. А вы удовлетворите все мои желания…