Филиппа - Бертрис Смолл

— Знаю, — кивнула Филиппа. — Но я сбита с толку и очень боюсь.

— Чего? — удивилась Бэнон.

— Кого. Графа, конечно. Он очень упрям.

— Не меньше, чем ты? — засмеялась Бэнон.

— Вчера после церемонии он повел меня в сад и стал целовать.

— И?..

— Ослабил шнуровку! Ласкал мои груди! Сказал, что он научит меня страсти, а через два дня я стану его женой и исполню свой долг по отношению к нему! — выпалила Филиппа. — Я убежала в дом и просидела остаток дня в своей комнате.

Бэнон покачала головой:

— Вижу, ты исполнена решимости остаться несчастной. Что это с тобой, сестрица? Граф — очаровательный мужчина. И хотя не слишком известен при дворе, те, кто его знает, хвалят его порядочность и доброту. Никто не принуждал тебя к этому браку. По-моему, ты ведешь себя как глупая, чопорная ханжа и робеющая девственница.

— Я и есть робеющая девственница, — запротестовала Филиппа.

— Но прежде всего — глупышка. Меня так и подмывает отказаться от моей собственной помолвки, чтобы помочь тебе. Для этого и существуют сестры, но будь я проклята, если пущу на ветер собственное счастье только потому, что моя сестра ведет себя, как деревенская идиотка! Не будь я влюблена в Роберта Невилла, украла бы у тебя графа и сама вышла за него! — Она раздраженно схватила кубок и двумя глотками выпила едва не половину содержимого. — Такую партию еще надо поискать!

— Благодарю, мистрис Бэнон! — воскликнул граф, подходя к столу и тепло улыбаясь будущей свояченице. — А ты, малышка, надеюсь, чувствуешь себя лучше?

Он поцеловал Филиппу в лоб и сел рядом.

— Да, милорд, — пробормотала она, опуская глаза.

— Ну вот, я уже наелась, — объявила Бэнон, вставая. — Пойду вздремну. Фрейлинам никогда не удается выспаться. Увидимся позднее.

— Я пойду с тобой, — предложила Филиппа, пытаясь встать. Но граф положил ей руку на плечо. Она вопросительно посмотрела на него.

— Не хочу, чтобы ты шла со мной, тупица! — отрезала Бэнон и выбежала из зала.

— Пора прекратить эти глупости, — заявил граф.

— Знаю, — согласилась она. — И не понимаю, что со мной творится. Раньше я никогда не была трусихой!

Она наполнила кубок графа из кувшина и, намазав маслом хлеб, подала ему.

— Мы проведем день вместе, — сказал он. — Возьмем барку Тома и уплывем подальше от города. Захватим с собой корзинку и устроим пикник. Только вдвоем, никого больше. Ни моих болтушек-сестер, ни твоей очаровательной Бэнон, ни блестящего лорда Кембриджа. Только мы. Расскажешь о своей семье и объяснишь, почему не любишь овец. А я взамен поведаю о своем детстве.

— О, какая отличная мысль! — улыбнулась Филиппа.

— Ты устала, малышка. Я это вижу. Чересчур всерьез воспринимаешь жизнь. Иногда кажется, что ты никогда не была беззаботной, — вздохнул он, проводя пальцем по ее щеке.

Я жила во Фрайарсгейте, когда была маленькой, — тихо сказала она. — Мама заботилась о нас и следила, чтобы мы были счастливы и благополучны. Отец Мата давал нам уроки, и мы учились плавать в озере. Помню, как разглядывала новорожденных ягнят, только что появившихся из чрева матерей. Овцы не очень умны и ягнятся в самые холода.

— Настоящая идиллия, — заметил граф.

— Верно, — кивнула Филиппа, вставая. — Обещаю никуда не убегать, милорд. Просто пойду на кухню и попрошу повара дать нам корзинку с едой. Скоро вернусь, а вы пока завтракайте.

Граф поймал ее руку и поцеловал.

— Не задерживайся, малышка. Я обнаружил, что твое общество мне по душе.

Филиппа расцвела от радости. Что за прекрасный комплимент! Бэнон права. Она ведет себя как дурочка. Но королева требовала от фрейлин пристойного поведения. И разве жена короля не была образцом и примером добродетели для всех женщин королевства? И хотя Филиппа время от времени видела, как король целует жену, с некоторыми придворными дамами он был знаком куда ближе! Ни для кого не секрет, что разврат, царивший при дворе, временами переходил все границы. Бедняжка окончательно запуталась и не знала, что хорошо, а что плохо и как себя вести, чтобы угодить и королеве, и будущему мужу.

Добравшись до кухни, она попросила повара наполнить корзинку хлебом, сыром, ветчиной и не забыть кувшин с вином.

— Да, и немного этих восхитительных пирожков с мясом, только что вынутых из печи, — добавила она, — и… да, я вижу раннюю землянику. Не скупитесь, мастер повар, ибо граф любит поесть.

— Когда вам нужна корзинка? — вежливо осведомился повар.

— Через час. А может, и раньше. Я пришлю Люси.

— Вас только двое?

Филиппа кивнула, чувствуя, что слегка краснеет, и поскорее убралась прочь.

К ее приходу граф уже заканчивал завтракать. Он по-прежнему был один, поскольку лорд Кембридж редко вставал раньше десяти. Сестер графа тоже не было видно.

— Подождем, пока дядя Томас проснется, — предложила Филиппа, — чтобы сказать, куда мы отправимся. Не хочешь погулять по саду? Солнышко уже светит вовсю.

— Согласен, но сначала у меня для тебя небольшой сюрприз, — объявил граф. — Сегодня твой день рождения. Верно? Я принес тебе маленький подарок в честь твоего шестнадцатилетия.

Он протянул ей бархатный мешочек.

— Как мило с твоей стороны! — воскликнула она. — Что это?

— Открой и увидишь.

Филиппа вытряхнула содержимое на ладонь и охнула, любуясь изящной золотой цепочкой с прикрепленным к ней круглым золотым кулоном, усеянным сапфировыми звездочками.

— О, какое чудо, милорд! Огромное спасибо! Никто, кроме дяди Томаса, раньше не дарил мне драгоценностей.

Она подняла руку, восхищаясь игрой солнечного света на ювелирном изделии.

— А теперь это мое право! — улыбнулся граф, взяв цепочку и повернув невесту спиной к себе, чтобы надеть украшение ей на шею. — Это принадлежало моей матушке, Филиппа, а до нее — бабке. Фамильная драгоценность, переходящая от одной графини Уиттон к другой. Один из моих предков, сражавшихся с королем Ричардом Львиное Сердце, привез это из Святой земли.

Он обнял ее за талию и поцеловал в плечо. Пальцы, поправлявшие кулон, на миг скользнули между ее грудями, словно по случайности. Но оба знали, что это не случайность.

Сердце Филиппы забилось сильнее. Однако она не упрекнула его. И не попыталась отстраниться. Завтра она станет его женой. Что бы ни твердила королева о добродетели и чистоте в браке, нет ничего дурного в невинной игре между супругами. По закону этой страны подписание брачного контракта уже сделало их мужем и женой, осталось только получить благословение церкви. Если главная цель брака — дети, она должна покориться желаниям мужа. И почему бы не поддаться зову собственных желаний? Еще осталось столько вопросов, на которые она хочет получить ответы!