Навеки не твоя - Эмили Уибберли

Я сижу в машине перед «Луна Кофе», единственной кофейне в городе, помимо «Бирнамского леса» и «Старбакса» в торговом центре. Она в более благополучной части города, на той же улице, где и салон, в котором нам с Маделайн в прошлом году делали укладки на выпускной. Я предложила Рэндаллу встретиться здесь, когда мы договаривались утром.

Можно представить, какие у меня были кошмарные выходные, если мысль о кофе с Рэндаллом не кажется мне ужасной. Я приехала заранее, но решаю, что лучше не проводить это лишнее время, сидя в машине и думая о Уилле. Я захожу и направляюсь к очереди, но останавливаюсь, увидев Рэндалла уже сидящим за столиком, робко машущим мне рукой. Наверное, не стоит удивляться, что он приехал раньше. Сегодня утром по телефону его голос был особенно полон энтузиазма.

По неизвестной причине он встает, когда я подхожу к столику. Я пытаюсь присесть, но не успеваю, потому что он склоняется вперед для неудобного одностороннего объятия.

– Ой, э-э… – запинаюсь я, обнимая его в ответ.

Мы садимся. И только тогда я замечаю, что Рэндалл выглядит… как-то лучше. Он подстриг свои отросшие кудри и, кажется, похудел на пару кило. Он не в своей обычной рубашке с коротким рукавом, а в синей футболке-поло. Правда, усы на месте.

– Спасибо, что нашла время на встречу, Меган, – говорит он, робко улыбаясь. – Я заказал твой любимый напиток. Если, конечно, он не изменился с твоего приезда прошлым летом, – он показывает на одиноко стоящий на столике капучино.

– Спасибо, – говорю я. Что бы я ни думала о Рэндалле, этого у него не отнять – он заботливый.

Я жду, пока он что-нибудь скажет. Тот, кто инициировал встречу, и должен вести разговор, не правда ли? Когда проходит несколько секунд, а он все молчит, я пробую единственный вопрос, который мне приходит в голову:

– Как долетел?

Он выглядит ошарашенным, будто не ожидал, что во время встречи за кофе мы будем разговаривать.

– Быстро. У меня была целая пачка таблиц, которые нужно было просмотреть, – говорит он, будто одно с другим хоть как-то связано.

Так как на это мне ответить нечего, я стараюсь вспомнить какую-нибудь тему, связанную с Рэндаллом, потому что беседа снова перешла в молчание. Наконец вспоминается хоть что-то:

– Как там ваши с мамой гончарные уроки? – Я понимаю, что нервно тереблю в пальцах ручку кружки.

– Великолепно, – сразу же отвечает Рэндалл. – Твоя мама почти доделала полный комплект пиал для дома.

«Моя мама – делатель пиал».

– Класс, – говорю я, потому что в прямом смысле больше не могу придумать, что сказать.

– Как дела с «Ромео и Джульеттой»? – спрашивает Рэндалл.

Я знаю, что он прикладывает усилия. Но прямо сейчас я не в настроении вспоминать, что играю Джульетту в декорациях Уилла, перед Алиссой, шепчущей у меня за спиной.

– Хорошо, – отвечаю я кратко.

Он ничего не говорит, и при мысли о том, что нужно придумать третий повод для беседы, я решаю вместо этого сымитировать звонок от папы или забытое дело. Но решаю сперва попробовать один последний вопрос.

– Почему твоя фирма тебя отправила черт-те куда в Орегон?

И тут манера Рэндалла меняется. Он ерзает на стуле, плечи его поджимаются, и он тянется за салфеткой, а потом начинает ее нервно складывать на коленях.

– Они не отправляли, – наконец говорит он. – Об этом я с тобой и хотел поговорить.

Если его фирма не отправляла его в Стиллмонт, то что он здесь делает?

– А мама знает?

– Нет, – отвечает он сбивчиво, – и я хотел бы сохранить это в секрете.

– Ладно, но ты меня пугаешь. Я не…

– Я хочу сделать твоей маме предложение, – перебивает он меня.

Моя рука стискивается на чашке с полуостывшим капучино.

– Ой. – В голове моей пусто. Я не могу обработать полученную от него информацию. – Э-э, ну ладно.

Лицо Рэндалла расплывается в улыбке.

– Ладно?

– Да, ну… Погоди, что?

Он смотрит на меня так, будто я ему только что оказала огромную услугу, но я не понимаю, в чем она.

– Мне нужно было твое разрешение. – Его улыбка меркнет, когда он понимает, что я пока не совсем дала его. – Ты самый важный человек в жизни твоей матери, и, конечно же, ты знаешь ее много дольше, чем я. Я бы чувствовал себя некомфортно, если бы попытался построить с ней семью без твоего благословения.

Слово «семья» из уст Рэндалла переворачивает меня всю и вытряхивает из моей головы все мысли, как кусочки детского конструктора. «Семья». Мама и Рэндалл. Это из тех мыслей, которые в любой другой день заставили бы меня задавать себе все те вопросы, терзающие меня не первый месяц. Если они создадут семью, как сделали папа с Роуз, как я впишусь в нее? Кем я буду, кроме препятствия на пути своих родителей к созданию тех семей, о которых они мечтали?

Но сегодня что-то иначе. Мой взгляд набредает на то место на запястье, где больше нет браслета от Уилла. Я знаю, что ни один из моих романов даже близко не стоял к тому, что было у моих родителей – года и десятилетия брака, неудачных попыток, воспоминаний горьких и сладких. Я никогда не любила никого так, как мама любила папу.

Но все же мне частично знакома ее боль. Я знаю, каково это – наблюдать за тем, как дорогие тебе люди замещают тебя кем-то другим навсегда. Я прошла через это уже восемь раз. В самые сложные минуты, когда я смотрю в лицо мамы и вижу там свое отражение, я не могу избавиться от убеждения, что у нас одинаковая судьба в любви – что мы вечные Розалины в реальной жизни. Если Рэндалл изменит это для нее, если он исцелит хотя бы долю раны, нанесенной папой… То ей стоит быть с ним, даже если это означает начать новую семью без меня.

Я поднимаю глаза обратно на Рэндалла.

– Мне кажется, что тебе точно стоит сделать маме предложение. Это сделает ее очень счастливой, – говорю я мягко, не обращая внимания на боль от этих слов.

Он облегченно вздыхает.

– Я так рад это слышать! – Он широко улыбается. – Я хочу это сделать, когда мы будем втроем. Я думал… может, когда мы приедем к тебе на представление в декабре?

Не чувствуя ничего, я заставляю себя кивнуть.

– Звучит идеально.

* * *

Когда я возвращаюсь к машине, то бездумно проверяю телефон. Сила привычки. На экране шесть непрочитанных сообщений от Уилла.

«Погоди, что??»

«Мне кажется, ты что-то услышала и неправильно поняла… Позвони мне, я объясню».

«Ты не можешь меня просто игнорировать, Меган. Давай хотя бы поговорим».

«Ладно. Ты поступаешь по-детски, но если ты так хочешь, то ради бога».

Я проматываю пару первых сообщений, потом нажимаю «удалить» на остальных, не открывая их, потому что мне хватило. Я стираю и его номер тоже, чтобы уж наверняка.