Три маленьких секрета - Лиз Карлайл

– Да, ты его не знал, – отрезала Мэдлин. – А теперь, будь любезен, уходи из моего дома, Меррик. У меня своя жизнь. У меня ребенок, который нездоров и которому я нужна.

Меррик залпом выпил половину бокала.

– Какое совпадение! – сказал он. – И у меня такой же ребенок.

– Нет, – прошептала Мэдлин, с нарастающим ужасом глядя на него. – Нет, Меррик. Нет. Ты не можешь этого сделать. Я… я уеду отсюда, слышишь? Уеду далеко, где никто меня не найдет.

– Прекрасная идея, – холодно сказал Меррик. – Именно об этом я и хотел поговорить. Тебе лучше упаковать вещи, дорогая. Мы с Джеффом уезжаем завтра в десять.

– Уезжаете?! – выпалила она. – Господи, ты действительно сумасшедший! Мальчик и шагу не сделает с тобой из этого дома.

– Ну-ну, Мэдлин! – насмешливо сказал Меррик. – Разве я не объяснял тебе, что это мой дом?

– Убирайся к дьяволу, самонадеянный осел!

– Если ты не веришь мне, милая, посоветуйся с хорошим юристом, – пожал плечами Меррик. – И умоляю, не забудь упомянуть досадную мелочь, что мы муж и жена. И если юрист не даром ест свой хлеб и знает свое дело, он сообщит тебе неприятные новости. А именно: твои долги – мои, твой дом – мой, твой ребенок – мой. Короче говоря, Мэдлин, ты – моя, хотя это меня глубоко огорчает. И если ты будешь умницей, дорогуша, я не стану просить суд карать тебя.

Мэдлин, бросившись к нему, звучно хлестнула по щеке. Она слепо молотила его, пока Меррик не схватил ее за запястье, дернув к себе.

– А ты все еще дикая кошка, Мэдлин, несмотря на все светские манеры, – сказал он. – Пожалуй, я не стану поднимать вопрос о двоемужии и буду только настаивать на супружеских правах, полагающихся мне по закону.

Хватая ртом воздух, Мэдлин пыталась ударить Меррика коленом, но он держал ее на расстоянии и лишь насмешливо поднял бровь.

– Надеюсь, дорогая, всякий раз, пытаясь нанести удар, ты отираешься о меня совершенно неумышленно, – пророкотал он. – Но я не стану требовать, чтобы ты приготовила мне постель. Наоборот, я окажу тебе любезность и уйду – на время. Завтра в десять я приду за мальчиком. Ты вольна ехать с нами или остаться.

– Значит, молва не лжет! Ты действительно очень жестокий, Меррик! – сквозь слезы воскликнула Мэдлин. – Меррик! Подумай о Джеффе! Что с ним станет?!

– Именно о нем я и думаю, – отчеканил Меррик, притянув Мэдлин к себе, так что они оказались лицом к лицу. – Мальчик в тяжелейшем эмоциональном состоянии. И благодарить за это надо его мать.

– Как ты смеешь обвинять меня! И куда ты собираешься его везти?

– В Шотландию, – коротко ответил Меррик. – Туда, где о нем должным образом позаботятся родственники. Кровные родственники, Мэдлин. Думаешь, только твой ребенок обладает ясновидением?

– Чем? – недоверчиво посмотрела на него Мэдлин.

– Ясновидением, – повторил Меррик. – Это дар. Способность предвидеть то, что произойдет. Называй это как хочешь.

– Ты действительно сумасшедший, – прошептала Мэдлин, пытаясь отстраниться. – Ты сам не понимаешь, что говоришь. На дворе девятнадцатый век, а не мрачное Средневековье.

– Мэдди, мальчик не такой, как другие. Только глупец может этого не заметить, – спокойно ответил Меррик. – Собери вещи к десяти утра, и мы втроем мирно уедем. Если ты станешь действовать неразумно, в одиннадцатая вызову мирового судью. Так что выбирай.

– Чтоб тебе в аду гореть! – отпрянула Мэдлин. Пожав плечами, Меррик снова налил себе бренди.

– Значит, в десять, – сказал он, направившись к двери с бокалом в руке. – Тогда до завтра.

Мэдлин приросла к полу и только моргала.

– Ты наглец, Меррик, – наконец проговорила она. – Зачем ты взял мой бокал? Это свадебный подарок!

Меррик поднял бокал в прощальном жесте.

– Самое время им воспользоваться, ты не находишь? Твое здоровье, Мэдди!

Все-таки он пьян, решила Мэдлин. Присев на край кровати, она просидела так до рассвета. Небо постепенно окрашивалось в розовые тона. Меррик пьян, протрезвев, он передумает. И явно смутится. Возможно, он даже не вспомнит, что наговорил ей, и вряд ли пожелает обременять себя ребенком.

Подумать только, в Шотландию! Меррик Маклахлан не станет делать ничего подобного. Мэдлин чуть не до рассвета обсуждала с Элизой эту возможность. Горничная навела ее на здравые мысли. Такой педант, как Меррик, не оставит свой бизнес. Он слишком любит богатство и власть.

Поэтому Мэдлин не стала упаковывать вещи. И ничего не сказала Джеффу. Она вообще ничего не сделала, даже не оделась. Мэдлин по-прежнему сидела на кровати, прислушиваясь к звукам просыпающегося дома. Скрипнула задняя дверь. Слуги вынесли золу и принесли новую порцию угля. Распахнули шторы и подняли вверх подвижные рамы.

Хлопали крышки мусорных ящиков, повозка уличного торговца прогрохотала по булыжникам. Над комнатой Мэдлин послышался шум, это поднялся мистер Фрост. Он разбудит Джеффа, и они вместе спустятся к завтраку.

Начинается обычный день. Обычный. И Меррик Маклахлан не придет, чтобы снова искалечить ей жизнь.

Мэдлин сообразила, что плачет. До сих пор она не могла прийти в себя после того, что совершила в доме Трейхернов. Но к этому добавилась новая беда. Вполне вероятно, что Меррик выполнит свою угрозу. Господи, помоги! Почему она не смирила гордыню и не посоветовалась с юристами? Но какая от этого польза? Тогда неприятности раньше обрушились бы на нее. Мэдлин так стиснула руки, что пальцы побелели.

В комнату вошла Элиза.

– Вам нужно одеться, миледи, – нахмурилась она. – Вы же не хотите, чтобы он увидел вас в таком виде, если придет. Правда, лично я в это не верю.

Мэдлин, кивнув, умылась и оделась. Вскоре она услышала, как мистер Фрост и Джефф поднимаются в мансарду, где была устроена импровизированная классная комната. Велев Кларе принести кофе, Мэдлин вернулась в гостиную, к бесплодным доселе поискам.

Ласковое солнце заливало комнату, но день не сулил никаких надежд. Усевшись за стол, Мэдлин делала вид, что просматривает бумаги, но на самом деле прислушивалась к мерному ходу часов, неумолимо отсчитывающих минуты.

Четверть десятого Мэдлин услышала стук копыт. Судя по всему, это большая дорожная карета. Вскочив, Мэдлин бросилась к окну, уже зная, что там увидит. Сердце готово было выскочить у нее из груди. Из отполированной красной кареты выходил Меррик Маклахлан. Такого большого и элегантного экипажа Мэдлин никогда не видела. Подняв трость с золотым набалдашником, Меррик громко постучал в дверь коттеджа.

Мэдлин открыла сама. Меррик был немногословен:

– Ты готова? Что-то непохоже.

– Поверить не могу, что ты говорил серьезно, – сказала она. – Ты… ты был пьян, Меррик. Наверное, мы оба наговорили, чего не следовало. Но пожалуйста, оставь Джеффа в покое.