Точно как на небесах - Джулия Куин

– Столько же, сколько я его боялась, – проворчала Айрис.

– Просто поразительно, – сказала Сара, – что вы родные сестры.

– Я удивляюсь этому каждый божий день, – негромко ответила Айрис.

– Итак, нам нужен фортепианный квартет. – Гонория поторопилась вмешаться до того, как Дейзи сообразит, что ее оскорбляют. – К сожалению, у нас весьма ограниченный выбор.

Никто не счел нужным высказаться.

Гонория подавила вздох. Очевидно, ей придется взять бразды правления в свои руки, иначе в квартете воцарится хаос. Хотя, возможно, хаос – это большой шаг вперед по сравнению с обычным положением дел на музыкальных выступлениях Смайт-Смитов.

Печально…

– «Фортепианный квартет Моцарта № 1» или «Фортепианный квартет Моцарта № 2», – объявила она, поднимая обе партитуры. – Может быть, у кого-нибудь есть другие соображения?

– Тот, который не играли в прошлом году, – вздохнула Сара.

Она прижалась лбом к открытой крышке фортепиано, а потом и вовсе сползла на клавиши.

– Это прозвучало как неплохой аккорд, – удивилась Дейзи.

– Это прозвучало как рыбья икота, – проворчала Сара, не поднимая головы от фортепиано.

– Чарующая метафора, – заметила Гонория.

– Я думаю, рыбы не икают, – отозвалась Дейзи, – а если бы икали, то, наверное, совсем не с таким звуком, как…

– А почему бы нам не стать первым мятежным квартетом кузин? – Сара выпрямилась. – Разве мы не можем просто сказать «нет»?

– Нет! – взвыла Дейзи.

– Нет, – подтвердила Гонория.

– Да? – робко произнесла Айрис.

Сара повернулась к Гонории:

– Тебе хочется повторить прошлогодний опыт? Не верю.

– Мне не хочется нарушать традицию.

– Хороша традиция! Кошмар, от которого я оправлюсь не раньше, чем через полгода.

– А я никогда не оправлюсь, – пожаловалась Айрис.

Судя по выражению лица Дейзи, она готова была затопать ногами и, очевидно, осуществила бы свое намерение, если бы Гонория не утихомирила ее строгим взглядом.

А Гонория между тем думала о Маркусе и одновременно пыталась не думать о нем.

– Я не хочу нарушать традицию, – повторила она. – Нам очень повезло, что мы принадлежим к большой семье, где есть свои традиции.

– О чем ты говоришь? – спросила Сара, качая головой.

– У некоторых людей нет ничего подобного, – горячо откликнулась Гонория.

Сара смерила ее пристальным взглядом и повторила:

– Прости, о чем ты говоришь?

– Я… – Гонория слышала, что почти кричит от волнения, но не могла совладать с собой и перейти в другую тональность. – Да, мне не нравится выступать на музыкальных вечерах, но я люблю наши с вами репетиции.

Кузины ошарашенно вытаращились на нее.

– Неужели вы не понимаете, какое это счастье? – воскликнула Гонория и, не получив ни малейшего отклика, объяснила: – Что мы есть друг у друга?

– А что нам мешает в том же составе собираться за карточным столом? – поинтересовалась Айрис.

– Мы – Смайт-Смиты и должны играть в квартете, – отрезала Гонория и, опередив возражения Сары, добавила: – Ты тоже. Да, у тебя другая фамилия, но твоя матушка – урожденная Смайт-Смит. Со всеми вытекающими последствиями.

Сара вздохнула – громко, протяжно и тоскливо.

– Мы возьмем в руки инструменты и сыграем Моцарта, – решительно заявила Гонория. – И на наших лицах будут улыбки.

– Я совершенно не понимаю, о чем речь, – сообщила Дейзи.

– Хорошо, я сыграю, – сказала Сара, – но улыбку не обещаю. – Она хмуро взглянула на фортепиано. – И брать в руки свой инструмент не собираюсь.

Айрис сначала хихикнула. Потом у нее загорелись глаза.

– Я могла бы помочь тебе.

– Взять в руки фортепиано?

В улыбке Айрис определенно появилось нечто дьявольское.

– Скорее, взяться за него. Окно не так уж далеко…

– Не зря я всегда любила тебя, – просияла Сара.

Пока Айрис и Сара замышляли уничтожить новое фортепиано леди Уинстед, Гонория вновь обратилась к выбору подходящего произведения.

– «Квартет № 2» мы исполняли в прошлом году, – сказала она, хотя никто, кроме Дейзи, ее не слушал, – а «Квартет № 1» вызывает у меня большие опасения.

– Почему? – спросила Дейзи.

– Он считается очень сложным.

– Почему? – не унималась Дейзи.

– Понятия не имею, – призналась Гонория. – Так говорят, и я склонна этому верить.

– А «Квартет № 3» есть?

– Боюсь, что нет.

– Значит, надо брать «№ 1», – храбро заявила Дейзи. – Кто не рискует, тот не выигрывает.

– Да, но мудрые люди здраво оценивают пределы своих возможностей.

– Кто это сказал? – поинтересовалась Дейзи.

– Я, – нетерпеливо отмахнулась Гонория, раскрывая партитуру «Квартета № 1». – Думаю, нам не удалось бы разучить его, даже если бы у нас было в три раза больше времени.

– Нет никакой необходимости разучивать его. Перед нами будут пюпитры с нотами.

Дело явно принимало дурной оборот.

– Надо брать «№ 1», я уверена, – с напором продолжила Дейзи. – Мы опозоримся, если два года подряд будем исполнять одно и то же.

Гонория не сомневалась, что они опозорятся в любом случае, однако у нее не хватило духу сообщить об этом Дейзи.

С другой стороны, если они все равно неминуемо изуродуют до неузнаваемости бедное произведение, тогда и спорить не стоит. Чем плохо сыгранный сложный квартет отличается от плохо сыгранного менее сложного?

– Действительно, почему бы и нет? – сдалась Гонория. – Сыграем «№ 1».

Она покачала головой. Сара придет в бешенство.

Партия фортепиано отличается особой сложностью.

Хотя раз Сара не соблаговолила принять участие в обсуждении репертуара, пускай пеняет на себя.

– Мудрое решение, – уверенно одобрила Дейзи. – Играем «Квартет № 1»! – бросила она через плечо.

Гонория посмотрела на Сару и Айрис, которым и в самом деле удалось на несколько футов передвинуть фортепиано.

– Что вы делаете? – возмутилась она.

– О, не беспокойся, – рассмеялась Сара. – Так уж и быть, мы не станем выкидывать его в окно.

Айрис рухнула на стул, захлебываясь от хохота.

– Не вижу ничего смешного, – сказала Гонория, хотя, конечно, видела.

Ей очень хотелось присоединиться к дурачествам кузин, но кто-то должен контролировать ситуацию и принимать серьезные решения. Если она проявит легкомыслие, тогда за дело возьмется Дейзи.