Когда жёлтый карлик выходит на охоту  - Оксана Алексеева

– А как вы с Алиной познакомились? Ты знаешь, как божественно она готовит?

– Готовит? – Сережа с нежной улыбкой посмотрел на меня, я только кивнула. У нас тут и без меня скромников предостаточно, незачем и мне пополнять их ряды. – Не знал! А познакомились…

И осекся, снова зачем-то посмотрев на Антона. Тот к счастью, делал вид, что происходящее его не касается.

– В ночном клубе! – подхватила я, чтобы возникшая пауза не была замечена остальными. – Мы там…

– Руслан! – перебила Ольга. Ей теперь стало не до нашего глупого трепа. – Мы можем поговорить?

– О чем нам вообще разговаривать… – буркнул тот, но не слишком-то уверенно.

Антон оживился – за последние дни это был их первый шаг навстречу друг другу.

– Поговорите уже. Наедине! – он указал на свободный столик.

Ольга решительно встала. Руслана Антон просто толкнул в плечо с такой силой, что тот чуть не свалился со стула. И после этого тот был вынужден последовать "дружескому совету". Они сели друг напротив друга, но не решались начать разговор.

Мы с Антоном переглянулись, боясь слишком сильно обрадоваться нахлынувшей надежде. А уж когда Ольга начала что-то говорить, то даже шеи вытянули, хоть с нашего места и невозможно было расслышать ни слова. Синхронно наклонили головы друг к другу, не сводя глаз с этой парочки:

– Пиво им туда унести? Пусть сидят вдвоем, – предложил Антон.

– Подожди немного. А то собьешь настройку. Если они сейчас не помирятся…

– Он сегодня компьютер свой разбил.

– Она вчера завалила предзащиту.

– Ага. Знаю. Он…

Мы оба замолчали, благоговейно наблюдая за тем, как Руслан вдруг подался вперед и начал что-то тараторить, а Ольга заулыбалась, протянула руку к его лицу. Антон хмыкнул, подставил ладонь, по которой я, не глядя, хлопнула. Сергей был полностью прав – они так наскучались друг по другу, что достаточно было только увидеться, чтобы забыть обо всех экспрессионистах! Сергей?

Перевела взгляд на него, только сейчас вспомнив о его присутствии. Он пытался улыбаться, тоже оценивая результат совместной миротворческой миссии, но выходило как-то грустно.

– Это все благодаря тебе, – шепнула я и слегка коснулась его плеча. В этот момент я бы и в щеку его поцеловала, если бы физически это могла сделать при Антоне. Но он и от этого жеста улыбнулся уже увереннее.

Антон, заметив мое движение, бросил:

– Ладно, дело сделано. И раз сейчас на ковчеге каждой твари по паре, я шагну…

– Нет, – я перебила. – Не уходи пока. Возможно, потребуется твоя помощь, чтобы их домой вместе отправить.

– Тогда я к бару, – он тут же встал. Не хочет чувствовать себя лишним? Ну неужели и у Антона проблескивает тактичность?

Едва он отошел, как Сергей спросил – видимо, это грызло его слишком сильно, чтобы промолчать:

– Он твой бывший, да?

С чего это он взял такую чушь?! Приготовилась рассмеяться, но…

– Будущий. Я пиво забыл, – прозвучало со спины настолько неожиданно, что я вздрогнула, но потом замерла и заставила себя не обернуться.

Антон взял бокал и, даже не взглянув на меня, ушел. Закатила глаза к потолку. Да уж, про тактичность я сильно перегнула.

И что бы я ни говорила Сергею в ответ, как бы смешно ни отшучивалась, неловкость между нами теперь торчала непроницаемой стеклянной стеной. Вот, у нас опять нормальное свидание – мы снова наедине, но теперь это совсем перестало напоминать свидание – тянущиеся паузы, напряженное выдумывание тем, короткие ответы и постоянные взгляды то на Ольгу с Русланом, то на Антона… Я этому «будущему» устрою! И даже не за то, что вывел из равновесия Сергея, а за то, что вывел из равновесия меня!

Руслан с Ольгой о нас вообще позабыли. Держась за руки, они встали и просто ушли из кафе – Оля даже сумочку свою не потрудилась прихватить. Несмотря на спущенное в унитаз собственное свидание, я была счастлива за них. Антон подошел к нашему столику через минуту после их ухода.

– Полагаю, дальше они сами разберутся, – сделал он очевидный для всех вывод. – И мне лучше сегодня там не появляться.

Это уж точно! Хоть в квартире у Руслана и множество комнат, но сегодня – их день. Или, скорее, ночь. Посторонние там ни к чему. И это был бы не Антон Лалетин, если бы не добавил:

– Я тогда домой пойду. Не буди, если вернешься поздно. Тебя ж проводят?

Бросил на стол пятитысячную купюру и преспокойно пошагал на выход. Стоит ли говорить, что лицо у Сергея вытянулось до физиологической невозможности, что провожать он меня после этой информации не захочет и что больше никогда не позвонит? Все настолько очевидно – даже объясняться сейчас было бы глупо. Антон безо всяких оговорок прямо сказал, что мы живем вместе, хоть это и не совсем так, но любые слова теперь прозвучат, как глупые оправдания. Ничего я не смогу сказать такого, чтобы Сергей снова посмотрел на меня с такой же нежностью, как раньше! Меня разобрала такая ярость, что я ринулась вслед за Антоном.

– Твою мать, ну вот что ты за скотина! – крикнула в спину, едва вылетев на улицу.

Он обернулся, улыбаясь. Приподнял бровь, ожидая продолжения гневной тирады. Я попыталась говорить спокойнее – хотя бы для того, чтобы лишний раз его не смешить:

– Антон, зачем ты так?!

– А что я такого сделал? – он даже руками недоуменно развел, но не выдержал и рассмеялся.

Мне так сильно захотелось его ударить, что аж руки затряслись. Сжала кулаки, пытаясь сдержаться. Но переполнявшая меня злость оказалась сильнее – шагнула к нему резко и замахнулась. Он перехватил мою руку в запястье, ну хоть улыбаться перестал.

– Потому что он меня бесит! – процедил сквозь зубы. – Что за тупой индюк вообще?!

Я растерялась от неожиданной смены его настроения:

– Это не дает тебе права…

– Алина! – он придвинулся ближе, так и не выпустив мою руку. – Давай, вернись к нему, объясни, что я просто придурок, что глупо пошутил… Наври, что хочешь – он слишком тупой, он поверит!

Я попыталась вырваться, чтобы последовать его совету, но Антон не дал мне этого сделать, вопреки своим же собственным словам. Схватил свободной рукой за затылок и притянул к себе. Я чуть не задохнулась от такого напора, сама вцепилась в его плечи, отвечая на поцелуй. И вся ярость вмиг превратилась в страсть – такой силы, что просто невозможно было остановиться. Выкручивающая что-то в животе, сжимающая пальцы до судорог. Мы много раз целовались раньше, но такого между нами еще не происходило. Это было больше похоже на голод, чем на желание. И полное отсутствие рассудка. А если бы он и появился, то смог бы выдать единственную мысль: у нас обоих пока нет иных путей, кроме как друг к другу. На данном этапе бессмысленно с этим бороться – все равно в любом случае окажемся именно в этой же точке, в которой прямо сейчас вжимаемся друг в друга до боли.