Екатерина Медичи. Дела амурные - Наталья Павлищева

Мария де Гиз, выйдя когда-то замуж за Якова Стюарта, короля Шотландии, следом за умершей Мадлен Французской, родила за три года троих детей, но мальчики умерли, прожив по несколько месяцев, а вот девочка, названная тоже Марией, оказалась живучей. Судьбу малышки омрачали два факта – то, что ее отец умер сразу после рождения дочери, и то, что на нее положил глаз сильный сосед – английский король Генрих VIII, сосватавший кроху за своего сына Эдуарда. Генрих Тюдор умер в тот же год, что и король Франциск, но регенты маленького Эдуарда потребовали подтверждения договоренностей между государствами. Шотландский парламент подтвердил, а вот вдовствующая королева Мария де Гиз ни в какую! Мария стала регентшей при своей дочери – маленькой королеве Марии Стюарт, правда, права ее были весьма урезаны.

И вот теперь совместными усилиями де Гизы во Франции и в Шотландии решили «спасти» Марию Стюарт от английского трона! По договоренности между регентами малолетнего английского короля Эдуарда и членами парламента Шотландии девочка должна была до десяти лет воспитываться с матерью дома, а потом отправиться в Англию ради обручения с королем Эдуардом. Чтобы не допустить этого, Мария де Гиз готова была тайно отправить дочь во Францию и обручить с маленьким Франциском.

Екатерина, услышав обо всех этих хитросплетениях, откровенно рассмеялась:

– Ну почему бы действительно не выдать Марию замуж за Эдуарда? Впервые вижу, чтобы от короны, да еще такой, как английская, человека надо было спасать, увозя за море! Конечно, в интересах Франции заполучить маленькую шотландскую королеву, хотя сама Шотландия попросту бедна и доставит нам много неприятностей. Но в интересах самой маленькой королевы выйти замуж за своего английского кузена. Да и де Гизы, мне кажется, несколько просчитались…

Генрих был потрясен разумностью своей супруги, но Диана и де Гизы уже приняли решение, и он пошел у них на поводу, согласившись принять у себя маленькую шотландскую королеву Марию Стюарт и обручив ее с Франциском.

Малышу объявили, что теперь у него есть невеста! Франциск пару дней ходил надутый от гордости, но потом детские заботы взяли свое, и о невесте было просто забыто. Екатерина попросила мужа:

– Генрих, прошу только об одном: не договаривайтесь больше ни о чьей свадьбе, не поговорив предварительно со мной. Не нужно в угоду де Гизам и мадам де Брезе выдавать замуж наших дочерей, пока они не сменили пеленки на платья.

Екатерина упорно звала Диану мадам де Брезе, хотя та уже стала графиней де Валентинуа. Когда Генрих однажды обратил внимание супруги на это, королева чуть пожала плечами:

– Так привычней. Она ведь осталась мадам де Брезе?

Королева велела привести к себе маленького Франциска, чтобы поговорить с сыном. Дети чуть побаивались довольно строгой матери, которая в отличие от Дианы, старавшейся выглядеть доброй и потому позволявшей все, требовала соблюдения многих правил. Ничего, – утешала себя Екатерина, – они вырастут и все поймут. Человека нельзя только баловать, нужно и воспитывать. Интересно, что разумная в отношении остальных детей, своего любимца Эммануэля, позже ставшего королем Генрихом III, она откровенно баловала! Но до этого было еще далеко, в кабинет к матери со своей воспитательницей пришел совсем маленький Франциск, ему шел всего пятый год.

– Франциск, мальчик мой, у тебя снова плохо дышит нос?

– Да, мадам, – ответила за малыша его гувернантка, – у Его Высочества герцога Орлеанского непроходящий насморк и болело ухо.

Это было бедой Франциска, по желанию Дианы его принялись закалять сразу после рождения, но слишком неудачно. Узнав о том, каким образом мадам де Брезе, якобы проявляя заботу о здоровье мальчика, в действительности его губит, Екатерина возмутилась, но было уже поздно. Тогда она кричала на фаворитку, забыв обо всех своих намерениях не ссориться с ней:

– Родите себе сына и держите его хоть в бочке со льдом, мадам! Но моего мальчика оставьте в покое!

Генриху стоило усилий помирить любовницу с супругой, при всех они продолжали мило улыбаться, а наедине были готовы вцепиться друг дружке в волосы!

– Генрих, нам нужны еще сыновья, потому что забота вашей любовницы непременно сведет в могилу старших детей!

– Что вы говорите, Катрин?! Диана так заботится о наших малышах! Вы должны ее благодарить, а не проклинать!

– Посмотрите, посмотрите на своего сына, Генрих! Ребенок застужен с первых дней именно благодаря вашей любовнице! Пусть родит вам детей и издевается над ними!

Диана в свою очередь изображала страдания:

– Это ужасно, что Ее Величество не ценит моей заботы о принце и принцессах! Генрих, я не делаю ничего ужасного и не виновата в том, что рожденные ею дети столь слабы. Я не виновата в дурной крови Медичи, Генрих!

Фаворитке удалось убедить короля в том, что в слабости здоровья его детей виновата наследственная кровь Медичи. В этом была доля правды, но и неумная «забота» Дианы тоже сказалась, дети Екатерины действительно не отличались крепостью.

– Франциск, скоро приедет твоя невеста Мария Стюарт. Ты должен постараться подружиться с ней и ей понравиться.

– Да, мадам…

Сколько можно наступать на одни и те же грабли?! Сама столько лет старается нравиться мужу и советует сыну делать это же! – мысленно возмутилась вошедшая в кабинет Альфонсина Строцци.

Девочку привезли через несколько дней. Генрих постарался устроить будущей невестке не менее торжественный прием, чем тот, что когда-то организовал его отец Екатерине. Получилось, там было все: полторы сотни маленьких пажей, разодетых в расшитые серебром камзольчики, – свита маленькой королевы, фейерверки и празднества по всему пути следования, вся Франция от самого Нанта до предместий Парижа ликовала… Люди с радостью празднуют, если есть повод и возможность. Повод их касался мало, а возможности предоставил король, кто же откажется выпить и поесть, если угощают. А полюбоваться при этом на разодетую свиту и маленькую королеву с застывшим кукольным личиком тоже интересно.

– Сколько лет королеве?

– Какая она серьезная…

– Уж не старушка ли она?

– Какая старушка, ребенок совсем!

– Королевская шлюха тоже выглядит молодо, а давным-давно старуха!

На каждый роток не накинешь платок, толпа, крича от восторга, однако, умудрялась обсуждать неживое выражение лица королевы Шотландии.

У бедной девочки, старавшейся казаться взрослой и важной, действительно мышцы лица просто свело от этих усилий, а потому оно казалось не то детским, не то старческим.

Королевская чета приняла Марию Стюарт прекрасно. Вернее, это была не чета, а… троица! Рядом с красивым рослым королем стояли две женщины – одна невысокого роста, полноватая и довольно невзрачная, вторая – рослая красавица, уверенная в своей силе. Марию уже предупредили, что это мадам де Валентинуа, королевская фаворитка и фактическая хозяйка положения. Король послушно выполняет все пожелания Дианы, а королева этому не препятствует.