Коллекционер закрытых книг - Мария Брикер

Каверин уронил голову на руки и надолго замолчал. Когда он поднял голову, глаза его были совершенно безумны.

– Это так несправедливо, что Оля стала инвалидом! Почему именно она? Красавица, умница, талант… У нее впереди была звездная карьера, безоблачная жизнь, семья, дети… Всего этого она лишилась в один миг. Почему никто из съемочной группы не остановил Олю? Почему не отговорил? Я долго думал над несправедливостью такого положения вещей и решил все исправить.

– Отомстить обидчикам?

– Да, – кивнул Каверин. – Я выяснил имена тех, кто присутствовал при несчастном случае, и составил список обреченных.

– Первой в вашем списке оказалась Светлана Сколкова?

– Не угадали, – хмыкнул Каверин. – Первой была Лиза Климова. Я сделал все возможное, чтобы жизнь ее превратилась в кошмар. У нее был влиятельный бойфренд, крутой бизнесмен…

– Вы рассказали ему об измене Климовой с режиссером «Крымских каникул»?

– Да. Я сделал так, чтобы любовник Лизы узнал об измене, – кивнул Каверин. Он был так погружен в свои воспоминания, что не обратил внимания на осведомленность следователя. – Собственно, я ведь даже не солгал. Так все и было. Эта сучка, которая отняла у Оли роль, во время съемок спала с Гольяновым. Расчет оказался верен. Любовник Климовой не простил измены, вышвырнул ее из своей жизни. Мало того, он оказался злопамятным и перекрыл Климовой дорогу в хорошие модельные агентства. Везде, куда бы ни совалась, она получала отказы. Режиссер «Крымских каникул» тоже получил по заслугам – Гольянов не снял больше ни одного фильма. С подачи любовника Климовой продюсеры внесли его в «черный список». С горя он начал бухать и допился до чертей. Сейчас в дурке фильмы снимает. Потом Климова уехала в Париж и соскочила с крючка.

– И вы переключились на следующий объект.

– Все объекты я вел параллельно. Я занялся Евгенией Полярной, как только она вернулась со съемок в Крыму. Денег у меня особых нет, но связи благодаря влиянию отца отличные, в киноиндустрии в том числе. Несколько звонков, и Женечке закрыли дорогу в большое кино. Забавно было смотреть, как она рыпается, бегает по кастингам и везде получает по носу. Дошло до того, что Полярной пришлось в кабаке выступать, петь под чужую фонограмму на потребу пьяной публики. Держать все время руку на пульсе я, само собой, не мог, поэтому Женечка проскочила в пару второсортных сериалов. Я не сильно расстроился. Как там говорила Раневская? «Сняться в плохом фильме – все равно что плюнуть в вечность». Полярная не просто плюнула – харкнула. Они ведь после съемок «Крымских каникул» все решили, что крутые звезды.

– Осечка у вас вышла, когда Полярная попала в сериал «Сплетни», который имел грандиозный успех. Насколько я знаю, за Евгению замолвила словечко Светлана Сколкова.

– Вы очень хорошо осведомлены, – улыбнулся Каверин.

Молодой человек снова замолчал и долго смотрел на Зотову, как на лабораторную лягушку. Выражение лица у него при этом было таким, словно он представлял, как будет препарировать ее тело, после того как выйдет на волю. Похоже, именно эти внезапные перемены настроения описывала Анастасия Кошкарец, когда рассказывала о женихе Сколковой. Только не наркотики тому виной, а тяжкое душевное состояние. Денис Каверин был, несомненно, болен, и болен очень тяжело.

– Да, именно с подачи Светки Полярная попала в сериал, – очнулся наконец сын депутата. – Я ничего не предпринимал. Был уверен, что фильм пройдет незамеченным. Однако просчитался. Евгения стала звездой, и мне пришлось менять тактику.

– Вы Полярную охмурили, – заключила Зотова.

– Поражаюсь вашей информированности. Браво! – хлопнул в ладоши Денис, в глазах его было искреннее восхищение.

– Рассказывайте дальше, – поторопила Елена Петровна.

– А что рассказывать? Завоевать сердце Полярной оказалось несложно, – самодовольно произнес Каверин. – На тот момент я знал о Евгении все, вот и предстал перед ней в образе ее мечты.

– Почему вы не афишировали свои отношения?

– Так хотела Женя. Полярная побаивалась моего отца и отказалась светиться рядом со мной на людях. Она вообще не любила публичности, как это ни парадоксально, и свою личную жизнь всячески оберегала от посторонних. Собственно, я не возражал. Как раз тогда, когда мы с Женей познакомились, я активно обрабатывал другой объект.

– Светлану Сколкову?

– Да. Со Светкой пришлось повозиться с самого начала. Когда я на нее вышел, то просто не знал, что с ней делать. Сколкова не принадлежала к кругу творческой элиты, со средними амбициями, бить по социальному статусу было бессмысленно. Светлану вполне устраивала ее работа девочки на побегушках и копеечная зарплата. Ниже падать некуда. Она, конечно, хотела подняться по социальной лестнице, стать директором фильма, но ничего для этого не предпринимала, только жаловалась подружкам на жизнь-злодейку и гадов-работодателей. Потом я выяснил, что у Светочки идея фикс – выйти замуж и нарожать детишек.

– Тогда вы сделали все возможное, чтобы девушка влюбилась в вас без памяти, намереваясь растоптать ее чувства.

– Да, пришлось с ней спать, – горестно доложил Каверин. – Света должна была в полной мере ощутить душевную боль, которую испытала Оля. И она все получила сполна. Со стороны наш союз выглядел вполне мирно. Я называл Свету своей невестой, мы вместе проводили время, хотя наша пара смотрелась нелепо. Света, мягко говоря, не отличалась совершенством. Сколкова жила со мной, как в аду. И я каждый день подбрасывал в тот адов огонь поленья. То осыпал ее комплиментами, то гладил против шерстки, то дразнил обещаниями, то изводил упреками. Я славно над ней поиздевался, показал, каково это – быть зависимой. Света мучилась от неопределенности моих выходок, но терпела. Очень уж ей хотелось замуж.

– Почему вы столько времени со Светланой встречались?

– Пришлось, хотя я не планировал так надолго зависнуть в компании Сколковой. Светка вращалась в богемном кругу и была прекрасным осведомителем. Благодаря ей я знал, как обстоят дела в личной жизни Климовой и Полярной. О чем они мечтают, какие планы строят на будущее.

– Это вы Сколкову на кокаин посадили?

– Чего не было, того не было, – развел руками Каверин. – Сама идиотка подсела. Я даже не сразу заметил. А когда понял, постарался Свету отучить. Мне было неприятно даже прикасаться к наркоманке. Я это дело не уважаю, сам наркотики не употребляю, не курю и не пью. Всякая дурь не просто вредна, это неправильно с точки зрения религии. Душа – сосуд, который нельзя осквернять. Но Сколкова при каждом удобном случае бежала за коксом, а потом клялась, что бросит, – заявил Каверин.

Елену Петровну слегка передернуло. Не то что бы она возражала против трезвенников. В них ничего плохого нет, но из уст бездушного садиста и морального урода Каверина слышать о праведном образе жизни, о душе было мерзко. Сколько через нее всяческих мерзавцев прошло, не пересчитать, но Денис Каверин выделялся среди всех ярким пятном.