Женские игры, или Мое бурное прошлое - Юлия Шилова

Правду говорят люди: от сумы да от тюрьмы не зарекайся…Почти каждую ночь, подружка, я здесь вижу сны. Сегодня вот мама приснилась.Уложили мы с ней спать моего ребеночка и сели пить зеленый чай. А где чай, тами сплетни. Мы с ней так часто сидели. Болтали о том и о сем… Ох и счастливая жея была совсем недавно… А теперь у меня клеймо будет на всю жизнь: зэчка.Знаешь, как это страшно. Даже на свободе я буду чувствовать себя человекомвторого сорта. Нормальные люди от меня шарахаться будут. И кто только эти СИЗОпридумал? Ведь в подобных учреждениях человека не исправляют, а толькоозлобляют, заставляют его ненавидеть весь мир… А как ты думаешь, Ритка, мамаменя простит? Наверное, да. Родители всегда прощают своих детей. На то они иродители. В этой жизни любой может оступиться. Тревожит другое: простит ли менямой ребенок, когда вырастет? Сможет ли он меня понять?.. Ритка, а я тебе, междупрочим, завидую черной завистью. Ты можешь свободно ходить по улицам, дышатьсвежим воздухом, покупать мороженое, пить виски.

Это так здорово! Я бы сейчас за глоток хорошего вискиполжизни отдала… А до СИЗО, Ритусик, я очень любила одиночество. Но тут об этомприходится только мечтать. Семьдесят человек в камере – сама подумай… И еще мнестало казаться, что я деградирую. Ведь тут, как на необитаемом острове. Никакихновостей. Если бог есть, он обязательно сделает так, чтобы этот кошмар поскореезакончился. Долго я не протяну. От отчаяния хочется наложить на себя руки. Но яне сделаю этого – ведь у меня маленький ребенок. Ума не приложу, как он там безменя. Иногда я закрываю глаза и представляю, как глажу его по головке, говорюласковые слова. Мало того, что отца нет, так еще и матери лишили. Боже мой,впереди столько праздников… Новый год, Рождество, день рождения… Страшновстречать их здесь, очень страшно.

Мне еще никогда в жизни не доводилось видеть столькогрустных женских глаз… Каждая из нас переживает свою боль в одиночку. Дажесамые отпетые, а здесь таких много. Днем они издеваются над теми, кто послабее,а по ночам плачут в подушку. Я потихоньку учусь здесь быть сильной, Ритка.Стараюсь в обиду себя не давать. Драться вот и то научилась… А еще я мечтаю отом, чтобы сходить в церковь и заказать молебен за здравие мамы и дочки. Да ипросто у иконы Матери Божьей постоять. Прикоснуться к ней губами. Я эту иконуочень люблю. Могу на нее часами смотреть.

Богородица такая красивая, а самое главное – чистая…Риточка, то, что я проституткой работала, я и не пытаюсь скрывать. Думаешь, мнестыдно? Да нисколечко! Это пусть нашему государству будет стыдно, что оно такихвот, как я, несчастных матерей-одиночек, вынуждает на панель выходить, что унас детские деньги нужно с боем выколачивать, а когда их получишь, даже незнаешь, плакать или смеяться, потому что на один поход в магазин и то нехватит. А с мужа моего бывшего как с гуся вода.

Это раньше, в советские времена, мужика за неуплатуалиментов могли и в тюрьму посадить, а теперь до этого нет никому дела. У меняребенок сильно болеет, понимаешь? С рождения самого.

А сейчас лекарства таких денег стоят, что лучше вообще неболеть, а сдохнуть сразу, и чтобы не мучиться. Куда я только не устраивалась наработу, Ритусик, но везде такая зарплата… Депутатам бы такую… Если ты думаешь,Ритка, что я ищу себе оправдания, то это вовсе не так! Я того китайца и в самомделе любила. Так любила, что до сих пор в жар бросает. Любить можно когоугодно, даже китайца, поверь мне! А почему убила? Может, и вправду говорят, чтоот любви до ненависти один шаг. И еще, Ритулька, послушай доброго совета.

Береги свои чувства, не растрачивай их попусту.

И эмоции не распыляй. Грохнешь кого-нибудь в состоянииаффекта, а потом будешь жалеть всю жизнь. Пусть уж дышат кобели.

Ну вот, наверное, и все. Спасибо, что дочитала до конца.Письмо тебе отправит добрый человек.

А вообще нам писать не разрешают».

Вот ведь попала девчонка… Тяжело вздохнув, я расплатилась закофе и вышла на улицу.