Тайны летней ночи - Лиза Клейпас

— Блестящий ход, — объявила Лилиан, беря с туалетного столика пилку для ногтей. Неясно, была ли она на стороне Аннабел, но верность подруге пересилила все иные соображения. — И ведь Аннабел фактически не солгала! Просто повторила услышанную где-то сплетню и при этом предупредила, что это всего лишь недостоверный слух. Дело Кендалла — верить ему или не верить.

— Но Аннабел не добавила, что точно знает, правда это или нет, — возразила Эви.

Лилиан принялась сосредоточенно подпиливать ноготь.

— И все же не солгала, — подчеркнула она.

Сгорая от угрызений совести, Аннабел обернулась к Дейзи:

— А ты что думаешь?

Младшая сестра Лилиан, все это время рассеянно перекидывавшая мяч из одной руки в другую, проницательно посмотрела на Аннабел.

— Думаю, что иногда утаивание всей информации — все равно, что ложь. Ты ступила на скользкую тропинку, дорогая. Поосторожнее, не то можешь упасть.

Лилиан раздраженно фыркнула:

— О, перестань вещать, как прорицательница-шарлатанка из дешевого шоу! Главное, чтобы Аннабел добилась своего, а средства значения не имеют! Важен результат. И, Эви, при чем тут этическая казуистика?! Ты согласилась помочь нам завлечь лорда Кендалла в компрометирующую ситуацию: это, по-твоему, лучше, чем передавать лживые сплетни?

— Мы все обещали никому не причинять зла, — с большим достоинством объявила Эви, вытирая полотенцем густые потеки крема.

— Леди Констанс вовсе не причинили зла, — настаивала Лилиан. — Она не влюблена в лорда Кендалла. Очевидно, что она добивается его только потому, что он один из немногих, оставшихся холостыми в конце сезона, и нужно же этой даме выйти замуж. Как и всем прочим. Господи, Эви, ты обязана взять себя в руки и хоть немного ожесточиться. Неужели положение леди Констанс хуже нашего?! Взгляни на нас: почти старые девы, которым нечем похвастаться, кроме веснушек, укуса гадюки и унизительной сцены с лордом Уэстклифом, мистером Хантом и компанией идиоток в одних панталонах.

Аннабел, сидевшая на краю кровати, медленно повалилась назад и уставилась в полосатый балдахин. Господи, ну почему она чувствует себя такой виноватой? Почему не может, как Лилиан, верить, что цель оправдывает средства?

Она пообещала себе, что в будущем станет совершать исключительно благородные поступки.

И кроме того… как указала Лилиан, лорд Кендалл может либо верить, либо не верить слухам, это его дело. Он взрослый человек, способный самостоятельно принимать решения. Аннабел лишь посеяла семена сомнения, а уж взойдут они или нет — зависит от него.

Вечером Аннабел переоделась в розовое, с серебристым отливом, платье из бесчисленных летящих слоев прозрачного шелкового газа, перехваченное в талии жестким шелковым поясом, украшенным огромной белой розой. Юбки тихо шелестели на каждом шагу, и Аннабел взбила легкие волны, чувствуя себя настоящей принцессой. Слишком нетерпеливая, чтобы дождаться Филиппы, туалет которой занимал целую вечность, Аннабел вышла из комнаты пораньше в надежде увидеться с подругами. Если повезет, она может даже столкнуться с лордом Кендаллом и найти предлог, чтобы на несколько минут остаться с ним наедине.

Осторожно ступая на укушенную ногу, Аннабел направилась по коридору, ведущему к парадной лестнице. Какой-то непонятный порыв заставил ее остановиться у маленького салона, дверь которого была чуть приоткрыта. Она прокралась туда. Здесь было темно, но лившегося из коридора света было достаточно, чтобы очертить силуэт шахматного столика. Подступив ближе, она с удовольствием заметила, что фигуры стоят в том же положении, что и в момент прерванной игры. Почему Хант тратил на это время? Неужели ожидал, что она попросит его продолжить партию?

«Ничего не касайся», — велела она себе… но искушение было слишком велико. Она прищурилась, оценивая ситуацию свежим взглядом. Конь Ханта вот-вот возьмет ее ферзя. Значит, нужно как-то рокироваться, чтобы этого избежать. И неожиданно Аннабел увидела, как лучше защитить находившегося под угрозой ферзя. Она подвинула стоявшую рядом ладью, чтобы взять коня и тем самым вообще удалить его с доски. Довольно улыбнувшись, она отставила фигуру в сторону и вышла из комнаты. Спустилась по парадной лестнице, пересекла холл и направилась к комнатам для гостей. Толстый ковер приглушал шаги… и она неожиданно почувствовала, что кто-то идет сзади. По спине прошел неприятный озноб. Оглянувшись, она увидела лорда Ходжема, двигавшегося с удивительной быстротой для столь грузного человека. Толстые пальцы вцепились в шелковый пояс, вынуждая ее остановиться, иначе тонкая лента, несомненно, лопнула бы.

Подумать только, как обнаглел Ходжем, если преследует ее там, где их легко могут увидеть!

Возмущенно ахнув, Аннабел повернулась лицом к нему. В ноздри ударил масляный запах напомаженных волос. При виде толстого брюха, втиснутого в вечерний костюм, ее затошнило.

— Прелестное создание, — пробормотал Ходжем, дыша на нее густыми парами бренди. — Вижу, вы уже поправились, и поэтому мы можем возобновить нашу вчерашнюю беседу, так не вовремя прерванную вашей матерью.

— Вы омерзительное… — яростно прошипела Аннабел но он прервал поток слов, бесцеремонно стиснув ее челюсти на удивление цепкими пальцами.

— Я все расскажу Кендаллу, — пригрозил он, приблизив пухлые губы к ее губам. — И приведу достаточно грязных подробностей, чтобы отныне он смотрел на вас и вашу семейку с искренним отвращением!

Массивное тело прижало ее к стене, едва не придушив.

— Если только, — продолжал он, обдавая ее вонючим дыханием, — вы не согласитесь ублажать меня тем же манером, что и ваша матушка…

— Тогда идите и говорите с Кендаллом, — бросила Аннабел, глаза которой излучали ненависть. — Выложите ему все, и покончим с этим. Я лучше подохну в канаве от голода и холода, чем стану «ублажать» гнусную свинью вроде вас.

Ходжем не веря ушам уставился на нее в бессильной ярости.

— Ты еще пожалеешь, — прошипел он, брызгая слюной.

— Я так не думаю, — с холодным презрением улыбнулась девушка.

И прежде чем Ходжем отпустил ее, Аннабел краем глаза уловила какое-то движение. Повернув голову, она увидела приближавшегося мужчину… мужчину, который двигался с грацией вышедшей на охоту пантеры. Со стороны, должно быть, казалось, что она и Ходжем застыли любовном объятии.

— Немедленно отпустите, — вполголоса потребовала она, что было сил отталкивая неповоротливую массу.

Ходжем наконец отступил, дав ей возможность вдохнуть полной грудью, и послал ей исполненный злобы многообещающий взгляд, затем развернулся и ушел в противоположном от незнакомца направлении.

Доведенная до отчаяния, Аннабел уставилась в лицо Саймона Ханта. Тот, мгновенно оказавшись рядом, схватил ее за плечи и посмотрел вслед удиравшему Ходжему жестким, почти кровожадным взглядом, от которого Аннабел похолодела. Но когда он перевел глаза на нее… О, только не это!