Виконт, который любил меня - Джулия Куин

– И это все?!

Пенелопа закатила глаза.

– Это очень даже достаточно для Крессиды. Она убеждена, что он предложил бы ей выйти за него замуж, если б не эта её неуклюжесть.

Кэйт фыркнула, даже не стараясь выглядеть благовоспитанной.

– Эшбурн не собирается жениться в ближайшем будущем. Он почти такой же распутник и повеса, как виконт Бриджертон.

– Который, скорее всего, жениться в этом году, - напомнила ей Пенелопа.

– Это в том случае, если сплетни правдивы.

– К тому же, - насмехалась Кэйт, - Сама леди Уислдаун написала, что она не верит в его женитьбу в этом году.

– Это была несколько недель назад, - ответила Пенелопа, махнув рукой. - Леди Уислдаун все время меняет свое мнение. Кроме того, и это очевидно для всех, виконт ухаживает за твоей сестрой.

Кэйт не успела прикусить язык, и со вздохом, пробормотала:

– Ох, не напоминай мне.

Но, ее едва слышимая боль, потонула в хриплом шепоте Пенелопы.

– О, нет. Она направляется прямо сюда

Кэйт успокаивающе сжала руку подруги.

– Не волнуйся, она не лучше тебя.

Пенелопа саркастически посмотрела на Кэйт.

– Я знаю, только это не делает её от этого, менее неприятной. И она всегда находит способ уязвить меня, чтобы я знала, с кем имею дело.

– Кэйт. Пенелопа, - Крессида издала мелодичную трель, останавливаясь рядом с ними, и эффектно встряхивая своими солнечными волосами. - Какая неожиданность встретить вас здесь.

– Почему же? - спросила Кэйт.

Крессида замигала, очевидно, удивленная, что Кэйт подвергла сомнению её заявление.

– Хорошо, - произнесла она медленно, - Я полагаю, что не так уж неожиданно встретиться с вами здесь, поскольку ваша сестра в центре всеобщего внимания, и все мы знаем, что вам приходиться сопровождать её. Но присутствие здесь Пенелопы…

Она изящно пожала плечами. - Кто я такая чтобы судить? Леди Бриджертон - очень добрая женщина.

Комментарий был настолько груб, что Кэйт не могла не прозевать его. И в то время как она осуждающе уставилась на Крессиду, так продолжала издеваться.

– На тебе чудесное платье, Пенелопа, - и её улыбка была настолько сладкой, что Кэйт могла поклясться, что почувствовала сладость в воздухе. - Мне вот очень нравиться желтый цвет, - сказала она, поглаживая бледно-желтую ткань своего собственного платья. Требуется весьма специфический цвет лица, чтобы носить такой цвет, ты не думаешь?

Кэйт заскрипела зубами. Естественно, Крессида выглядела просто ослепительно в своем желтом платье. Крессида выглядела бы ослепительно и в холщовой робе.

Крессида снова улыбнулась, в этот момент, она напомнила Кэйт ядовитую змею, затем повернулась к джентльмену, пересекавшему комнату.

– О Гримстон, Гримстон! Подойдите сюда на минутку.

Кэйт посмотрела через плечо Крессиды, чтобы увидеть приближение Бэзила Гримстона, и с трудом подавила стон.

Гримстон был мужской копией Крессиды - грубый, надменный и важничающий. Почему такая чудесная леди, как виконтесса Бриджертон, пригласила сюда этого типа, Кэйт понять не могла. Возможно потому, что было приглашено чересчур много молодых леди и им не хватало кавалеров.

Гримстон скользнул взглядом по Кэйт и Пенелопе, и поднял угол рта в насмешке.

– Ваш преданный слуга, - сказал он Крессиде, после мимолетного взгляда, брошенного на Кэйт, и презрительного на Эдвину.

– Вы не находите, как очаровательно смотрится Пенелопа в своем желтом платье? - произнесла Крессида.

– Желтый - должно быть цвет Сезона, - сказал он, медленно, оскорбительно рассматривая Пенелопу с ног до головы.

Кэйт боролось с судорогой отвращения к нему, настолько сильной, что буквально почувствовала тошноту. Больше, чем когда-либо она захотела обнять Пенелопу и спасти её от этого презрительного осмотра. Но такое внимание, они могли использовать, что бы продолжать измываться и издеваться над Пенелопой.

Когда Гримстон окончил свой грубый осмотр, он повернулся к Крессиде и пожал плечами так, будто просто не может найти комплимент.

– Разве вы не должны быть где-нибудь еще? - не выдержала Кэйт.

Крессида выглядела потрясенной.

– Мисс Шеффилд, я с трудом могу вынести вашу дерзость. Мистер Гримстон и я искренне восхищаемся внешностью мисс Пенелопы. Этот оттенок желтого так подходит к цвету её лица. Я рада видеть ее такой миленькой после прошлого года.

– Действительно, я восхищен мисс Пенелопой, - медленно сказал мистер Гримстон, растягивая слова и говоря таким масленым голосом, что Кэйт себя испачканной от общения с таким типом.

Кэйт почувствовала, как Эдвина задергалась. Она надеялась, что это от гнева, а не от боли.

– Я не понимаю, что вы хотите этим сказать, - ледяным голосом сказала Кэйт.

– Ну, конечно, я думаю, вы понимаете, - сказал Гримстон, блестя глазами. Он наклонился и сказал громким шепотом так, чтобы было слышно вокруг: - Она была такой жирной в прошлом году.

Кэйт открыла рот, чтобы возразить, но её перебила Крессида.

– Какая жалость, в прошлом году было так много завидных холостяков. Впрочем, в этом году, большинство из нас не испытывает недостаток отсутствия партнера по танцу. Я часто вижу, как бедная Пенелопа сидит у стенки с компаньонками и вдовами.

– Вдовы, - прошипела Пенелопа, - часто являются единственными женщинами в комнате, у которых есть мозги.

Кэйт от радости захотелось подпрыгнуть и захлопать в ладоши.

Крессида произнесла долгий звук “О”, звучать так, как будто ее оскорбили без причины.

– Однако вам никто не может помочь,… - О! Лорд Бриджертон!

Кэйт отодвинулась, позволяя виконту присоединиться к их небольшому кругу, и заметила с отвращением, как резко изменились манеры Крессиды.

Её веки затрепетали, рот приоткрылся в соблазнительной улыбке, и она сделала изящный реверанс.

Это так неприятно поразило Кэйт, что она даже забыла о своем самочувствии рядом с виконтом.

Виконт мельком глянул на Крессиду и не произнес ничего. Вместо этого, он намеренно повернулся к Кэйт и Пенелопе и поприветствовал их, как добрых друзей.

Кэйт почти задохнулась от ликования. Он так ловко подрезал Крессиду.

– Мисс Шеффилд, - произнес он, - Надеюсь, вы извините нас, поскольку я сопровождаю мисс Физеренгтон на ужин.

– Но вы не можете сопровождать её! - не выдержав, выпалила Крессида.

Лорд Бриджертон окинул её ледяным взглядом.

– Мне жаль, но я разве с вами беседую?

Крессида сжалась от его взгляда и отодвинулась назад.