Дерзкий незнакомец - Хелен Диксон

– Да, это я уже и сам понял, – терзаемый угрызениями совести, отозвался Саймон, жалея, что слишком поспешил в своей оценке. Но ему было важно узнать все факты. – И после этого она виделась с ним лишь однажды, когда он приехал к вам в поисках укрытия?

– Верно. Она приказала ему убираться, не дав даже спешиться. Проклинаю тот день, когда связался с Баклоу. Я был молод и легковерен. С его помощью надеялся разбогатеть, ничего при этом не делая. Тогда только о том и думал, не представляя, чем все обернется и как затронет Кристину. Я был ей плохим братом. Попал в ситуацию, из которой не смог выпутаться. К несчастью, когда Марк устроил в нашем подземелье склад краденого, Кристина стала соучастницей поневоле. Покорно и прилежно исполняла все, что ей говорили, потому что была смертельно напугана. Марка она ненавидела. Мы оба знали, что случится, если откажемся повиноваться.

– Я должен спросить, получали ли вы когда-либо деньги за пособничество Баклоу?

Саймон не сводил с Уильяма своих холодных серых глаз, оценивая ответ, прикидывая, правду тот говорит или лжет. Уильям отрицательно качнул головой:

– Нет. В самом начале он действительно одолжил мне денег, чтобы расплатиться с карточными долгами, и я их ему не вернул. Я тогда и не подозревал, что он воспользуется этим обстоятельством, чтобы пробраться в Оукбридж. Клянусь, от краденого я ничего не получал. Вы мне верите?

– Да, верю.

Поколебавшись немного, будучи все еще напуганным властной аурой лорда Рокли и одновременно благодарный ему за доверие, Уильям добавил:

– Кристина не хотела получать какую-либо выгоду от преступлений Марка. Однако мне до сих пор с трудом верится, что деньги за награбленное он отправлял во Францию. Я в налетах не участвовал, но знал, что Марк использует подземные камеры. Вот за это меня можно осудить. Не знаю, как мне вас и благодарить, что не упомянули мое имя в связи с этим делом. Понимаю, поступая так, вы обманули своих начальников, и очень удивлен, ведь ваш долг – сообщать обо всех находках.

– С долгом мои действия не имеют ничего общего, – отрезал Саймон, резко помрачнев. – Когда попросили выследить Баклоу, я согласился по одной лишь причине: покарать негодяя за зло, причиненное моей семье. Однажды ночью он остановил карету моего брата, угрожая пистолетом. Выстрелил в мою племянницу и убил ее, а брат получил несколько ранений и с тех пор превратился в жалкую тень человека, каким был прежде. Все, что обнаруживал в процессе расследования, я передавал магистрату, за исключением вашего участия в деле. А теперь пришла пора посвятить вас в причину, по которой я так поступил.

– Я так ужасно подвел Кристину. Но постараюсь загладить свою вину.

– Думаю, я смогу вам помочь.

– Каким образом?

– Я хочу сделать ей предложение руки и сердца, и мне понадобится ваше содействие, чтобы убедить ее стать моей женой.

Уильям смотрел на него с недоверием.

– Что? Вы и Кристина? Я и понятия не имел.

– Вы были заняты другим, – резко напомнил Саймон. – Есть и еще кое-что, что вам нужно знать. Было бы лучше, если бы она сама вам сообщила, но ее здесь нет. У нее будет ребенок.

Потрясенный этой новостью, Уильям побледнел.

– Ребенок? Не понимаю. Как это возможно? Чей ребенок?

– Мой. – У Саймона отпали последние сомнения в собственном отцовстве.

Прижав ко лбу трясущуюся руку, Уильям отвернулся, сильно расстроенный.

– Простите меня, я шокирован. Все это так неожиданно. Вы видели ее?

– Да.

– И готовы на ней жениться?

– Без колебаний, – тут же ответил Саймон, умолчав, однако, об ужасных вещах, в которых обвинял ее. О том, как несправедливо с ней обошелся. Бедная девушка несколько месяцев живет точно в кошмаре, а он лишь все усугубил.

– В таком случае что сказать? Хочет ли Кристина выйти за вас замуж? Согласна ли? Хотя выбора у нее нет.

– У нее имеются некоторые сомнения на этот счет. В действительности, она наотрез отказывается. Мне бы хотелось, чтобы вы помогли уговорить ее принять мое предложение. Я очень высокого мнения о вашей сестре и буду счастлив назвать ее моей женой.

Уильям с трудом осознавал, что говорит ему лорд Рокли. Он ругал себя за то, что, с головой уйдя в собственные горести, просмотрел происходящее между Кристиной и Саймоном. Будь на месте Рокли другой мужчина, он вызвал бы его на дуэль за совращение сестры, но этому человеку он многим обязан и хочет остаться у него в милости.

– В таком случае мы с Мирандой утром же отправимся в Лондон. А пока напишу письмо тете Селии, сообщу о нашем приезде.

Саймон поскакал обратно в Лондон, понимая, что чем дольше остается вдали от Кристины, тем скорее ее боль и гнев переплавятся в ненависть к нему.