В объятьях богини раздора - Елена Настова

– Стас! – окликнул Иван. – Скажи мне: ты… со всеми с ними?.. Никому не отказываешь?

Стас не ответил. Шагнул за порог и закрыл за собой дверь. На площадке заскрипел под его подошвами песок, потом Котов сбежал по лестнице вниз.

Благодаря Кристине он быстро вылечился от сердечной боли. Марина в белье и чулках то и дело возникала перед его глазами, и он содрогался от брезгливости и отвращения. Для кого она так одевалась? Кто её фотографировал? Откуда Стас знает, что у неё было много мужчин? Как он мог так попасться! Любовь прошла, но обида ещё долго тлела внутри крошечным огоньком; потом прошла и она.

…Кофе остыл. Иван отпил и поставил чашку на место. Да, всё так и было, только вряд ли ему это поможет… Банальная история: он думал одно, она оказалась другой, хотела – была с ним, расхотела – ушла… И, стало быть, никакого способа понять, что делать дальше, у него не появилось. Остаётся последнее средство: психолог. Он пойдёт к нему один.

Номер и имя с бумажки, которую дал ректор, Иван по своей привычке к порядку переписал в записную книжку. Теперь он достал её из портфеля и приготовился позвонить.

– Итак, Каретников Борис Михайлович…

Раздел на «К» открылся. Ивану бросилась в глаза первая запись – «Котов Стас, дом. тел.». Иван долго разглядывал строчку. Как телефон Стаса появился в его книжке, которой он пользовался года три, не больше? Наверное, он машинально перенёс его из старой книжки, а до этого – из предыдущей старой книжки… Так номер телефона добрался до этой минуты, чтобы попасться ему на глаза как раз в тот момент, когда он думал про Котова. Что ж…

Иван протянул руку к телефону. Подержал в руке и снова положил на место. Встал и начал медленно ходить по кабинету, безотчётно прислушиваясь к окружающим звукам. В приоткрытое окно доносились голоса, во дворе дети играли в мяч, взрослые праздными кучками стояли по периметру и негромко переговаривались. В глубине водопроводных труб журчала убегающая вода. На кухне урчал холодильник, у кого-то из соседей невнятно бормотал телевизор, с другой стороны еле слышно ссыпались каскады фортепианной музыки. Вернувшись в кресло, Иван взял телефон в руку. Такое происходило с ним впервые: ему очень хотелось позвонить Стасу, но он не знал зачем. Они не были близкими друзьями, не виделись без малого двадцать лет, что Иван ему скажет? Как объяснит свой звонок?..

– Я делаю всё больше глупостей, – сказал Иван. – И ещё я разговариваю сам с собой вслух.

Стас снял трубку после пятого гудка. Как только Иван назвал своё имя, Стас воскликнул:

– Сколько лет, сколько зим! Иван! – словно и не было двадцати лет, которые они не общались.

– Увидел твоё имя в записной книжке и решил позвонить, – справившись с неловкостью, пояснил Иван.

– Это ты правильно решил, – одобрил Стас. – Бери такси и приезжай! Я сегодня один, жена с детьми уехала к родителям, вернутся не скоро.

Ехать к Стасу?..

– Я просто хотел узнать, как дела у тебя… Как живёшь, где работаешь…

– Да что разговаривать по телефону? – с удивлением сказал Стас. – Приезжай! Если время есть. Хоть поговорим спокойно… Иван, я сто лет тебя не видел!

Внезапно Иван перестал сопротивляться. Его мысли то и дело возвращаются к его юношеской любви, вот и телефон Стаса выскочил словно сам по себе… В контексте ничем не оправданных случайностей, из которых в последнее время состоит его жизнь, поездка к Стасу выглядит вполне оправданной… Стас, в конце концов, – не мифическая богиня…

Он записал адрес и положил трубку.

Через сорок минут Иван стоял у единственного подъезда девятиэтажки в спальном районе города. Это был новый район, и всё в нём было относительно новое: дома, асфальт дворов и проезжей части, магазины и торговые тонары, детские площадки, даже деревья. Иван набрал номер квартиры, и голос Стаса тут же спросил:

– Это ты?

– Да.

Пропикал замок. Лифт со скрежетом поднял его на седьмой этаж. Дверь справа открылась – Стас вышел ему навстречу. За эти годы он заматерел, немного раздался, но вид имел бодрый и моложавый, несмотря на чуть обрюзгшее лицо и улыбку, в которой недоставало пары зубов. Растерянный взгляд Ивана в секунду охватил перемены, которые нанесло кумиру дворовой ребятни время. В следующую секунду Стас стиснул его в своих объятиях.

– Ух, какой ты стал!

Его квартира ничем не отличалась от других таких же «двушек». Стандартная мебель, паласы, бытовая техника. Разве что гитары – Иван насчитал их пять штук: четыре висели на стене, и одна лежала в кресле. В большой комнате рядом с диваном стоял журнальный столик. Стас постелил на него салфетку и расставил: большую сковороду с жареной картошкой, тарелки с соленьями, бутерброды с колбасой и сыром. Сбоку стоял довольно вместительный графинчик и пара стопок.

– Вот это ты стол собрал, – не удержался Иван.

– Я люблю готовить, – с готовностью отозвался хозяин. – Ну, моем руки и садимся!

– Зачем столько хлопот? – Ивану было неудобно, что он пришёл с пустыми руками. Он совсем не хотел пить.

– Давай-давай! А ты как думал? За встречу!

– У нас вчера корпоратив был, – заговорил Иван, усаживаясь. – Не надо бы мне на старые-то дрожжи…

– Ерунда, – отмахнулся Стас. – Мои вернутся только послезавтра, если что, завалишься на боковую. Ну, как ты? – Стас зазвенел стопками. Его глаза, ярко-голубые, как в юности, светились радостью. – Жена, дети?

– Жена есть, а детей нет… не получается что-то. Твоим-то сколько? – Ивану стало не по себе. И чего он поддался порыву, позвонил, приехал? Стас хлопочет…

– Десять и семь. Отличные ребята! Оба футболисты, старший гитару осваивает, учу его. – Стас кивнул на кресло. – Ну, давай!

Они выпили. Иван ткнул наугад вилкой, подцепил груздь и сунул в рот.

Стас заговорил про детей. Жалел Ивана, советовал съездить к врачам и знахарям за тридевять земель. Иван кивал, а про себя морщился. Их с Натальей больная тема, вынесенная на обсуждение чужого человека, – это было неприятно, почти больно. Он сам потянулся к графинчику с водкой:

– Между первой и второй перерывчик небольшой…

Выпили ещё, а потом ещё.

– Где ты работаешь? – поинтересовался Стас.

Иван начал рассказывать – и увидел огонёк уважения в глазах бывшего соседа. Стас расспрашивал его с таким интересом и вниманием, что он сам не заметил, как расслабился и выложил все свои сомнения по поводу реформирования Центра.

– Вот не знаю, что теперь и ждать, – закончил он. Взглянул вопросительно на собеседника.

– Какой ты молодец! – с искренним восхищением отозвался Стас.

– Ну а ты? Чем занимаешься? – спохватился Иван.

Стас работал тренером по лечебной физкультуре и массажистом в двух санаториях. Он неплохо зарабатывал, но говорил о своей работе скучно и неохотно, всё время перескакивая на истории людей, с которыми сводила его профессия. Иван сделал вывод, что Стасу не нравится дело, которым он занимается.