Долго и счастливо - Сара Дессен

Он закрыл дверцу и покачал головой.

– Меня всегда удивляло, как ты дожила до восемнадцати лет без цинги.

– Эй, мы почти каждый вечер заказываем салаты из кафе, – возразила я. – И если салата нет в холодильнике, это не значит, что я его не ем.

– Слава богу. – Он вздохнул и посмотрел на куриные грудки и кольца лука, лежавшие на стойке. – Но мне нужны лимоны. Они – важный ингредиент в блюде.

– Давай я съезжу и куплю несколько, – предложила я. – До магазина «У фермера Фреда» две секунды езды.

– «У фермера Фреда»? – переспросил он. – Нет, я ни за что не опущусь до такого уровня. Мы отправимся в «Специи и тимьян», а заодно прихватим немного прошутто и дыни на закуску. И, может быть, несколько бельгийских миндальных макарунов на десерт.

– А как же здоровое питание?

– Они бельгийские и органические, Луна. Так ты идешь или нет?

Пятнадцать минут спустя мы приехали на рынок деликатесов «Специи и тимьян». Как только прошли сквозь раздвижные двери, в нос тут же ударил аромат дорогого кофе. Мы, даже не сговариваясь, приостановились на мгновение, чтобы насладиться им.

– Надеюсь, небеса пахнут именно так, – сказал Уильям.

– И еще попкорном, как в кинотеатрах, – добавила я.

– Ну конечно.

Он схватил корзинку, и мы направились к прилавкам, на которых продукты были выставлены так красиво, что даже не хотелось к ним прикасаться. Пока Уильям выбирал два лимона, я рассматривала лежавший рядом артишок. Он был таким большим и идеальным, будто искусственный.

– Я сделаю из них отличный соус с греческим йогуртом и укропом, – отправляя лимоны в корзинку, сказал он мне. – Хватит еще на один вечер, раз уж мы перешли на правильное питание.

– Хорошо, – ответила я, представляя, как они протухнут в нашем холодильнике.

– Извините, вы не могли бы подсказать, где найти кумкваты? Они сейчас со скидкой, верно? – спросила у Уильяма женщина с тележкой.

В руке она сжимала список, на который смотрела сквозь очки, повисшие на кончике носа.

– Знаете, я здесь не работаю, – проворчал он.

– Простите, – покраснев, пролепетала женщина.

– Но точно знаю, что они лежат рядом с хурмой, – указав пальцем в нужную сторону, любезно добавил Уильям. – Правда, насчет скидки не уверен.

– Спасибо, – все так же смущаясь, быстро ответила она, затем развернула тележку и пошла в указанном направлении.

– Пять минут, – объявила я, как только незнакомка отошла подальше. – На это потребовалось всего пять минут.

– Но все же это лучше, чем три, – сказал Уильям, подняв дыню и постучав по ней. – К тому же у меня в руках корзинка.

Сколько себя помню, в какой бы магазин или на какой бы рынок мы с Уильямом ни отправились, его всегда принимали за сотрудника и просили подсказать, где лежит товар или находится примерочная. А еще, что мне особо нравилось, помочь с советом. Думаю, дело в том, что его окружала аура авторитетности и знания, даже когда он был не на работе. Конечно, Уильяма очень это раздражало, но лично мне подобное казалось забавным.

Мы отправились к мясному отделу, останавливаясь по пути у каждого лотка, где предлагалось попробовать товар. (Это еще один наш ритуал.) Добравшись до нужного прилавка, Уильям принялся изучать прошутто. В этот момент к нам подошел один из продавцов. Это был высокий темноволосый и очень мускулистый парень с татуировками на обеих руках и гарнитурой в одном ухе.

– Уильям! – радостно воскликнул он. – Где ты пропадал? Ты так и не пришел, чтобы рассказать, понравилась ли тебе пармская ветчина.

Я в этот момент смотрела на говяжий язык – фу, гадость – и не сразу заметила, что Уильям покраснел.

– Я, ну, был занят, – заикаясь, ответил он. – Ветчина мне понравилась. Правда, на мой вкус, слегка солоновата.

Парень облокотился на прилавок, отчего мышцы на его руках напряглись.

– Согласен. Я нарезаю его с кусочками нового голубого сыра, который нам привезли. Он из коровьего молока, поэтому приятный на вкус и немного терпкий. Называется «Меридиан», ты пробовал его?

– Нет, – ответил Уильям. – Я не… э-э-э… Нарежешь мне немного прошутто?

Парень перевел взгляд с него на меня и улыбнулся.

– Конечно. Сто или двести граммов?

– Двести.

– Отлично. Я добавлю еще немного ветчины «Черный лес», которую ты должен попробовать. У тебя дома еще остался козий сыр «Уасилла»? Сделай из них сэндвич с багетом. Это просто невероятно. Сейчас вернусь.

Когда парень открыл холодильник и, вытащив из него огромный кусок ветчины, направился к слайсеру, я многозначительно посмотрела на Уильяма. А он старательно отводил взгляд, делая вид, что изучает витрину с колбасой. Наконец я не выдержала и ткнула его пальцем.

– Что?

– Кто этот парень? – понизив голос, спросила я.

Он вновь покраснел.

– А он довольно милый, Уильям.

– Я его почти не знаю, – ответил он, покраснев еще сильнее. – Просто как-то раз разговорились о мясе и сыре перед закрытием рынка.

– Думаю, ты ему нравишься.

– Луна, перестань!

– Уильям, – перекрикивая лязг слайсера, позвал парень, – такие ломтики тебя устроят? Ты же собираешься готовить то блюдо с дыней, которое мы ели в тот раз за ужином?

Я изумленно уставилась на Уильяма.

– Д-да, – пробормотал он. – Так будет, хм, замечательно.

Я буквально чувствовала исходивший от его лица жар.

– Извините, – сказал мужчина с багетом, подойдя к нам. – Подскажите, где найти орехи?

– Вон там, у цветов, – ответил Уильям, явно в этот раз испытывая облегчение из-за того, что его отвлекли. – Прямо до конца и налево.

– Ты приглашал его на ужин? – поинтересовалась я, когда мужчина отошел от нас и тут же свернул не туда. – Когда это было?

– Тише, – шикнул Уильям, перебирая лимоны в корзинке.

– Держи, – сказал мясник, опуская на стойку две пластиковые упаковки. – Твой любимый прошутто и кусочек «Черного леса». Дойти с тобой до сыров, чтобы ты мог попробовать «Меридиан»?

– Конечно, – с улыбкой ответила я.

– Нет, – одновременно со мной выпалил Уильям. – Я, э-э-э… нам нужно идти, я готовлю, и курица уже… В следующий раз.

– Конечно. – Парень улыбнулся мне, а затем перевел взгляд на Уильяма, и его улыбка стала еще шире. – Буду с нетерпением ждать.

Уильям подхватил нарезки, бросил их в корзину и поспешил скрыться из виду, свернув за витрину с ароматным попкорном. А я вновь повернулась к парню и протянула ему руку.

– Меня зовут Луна, а вас?