Любовь до белого каления - Арина Ларина

– Неправильный совет. Разговаривать я не хочу, но должна же я знать, когда он одумается и начнет искать, – пробормотала Света, отбирая у тети трубку.

– Ну, как? – Новгородская с аппетитом чавкала и прихлебывала. – Звонил?

– Нет. Вот гад.

– Гад. А сама как?

– Хорошо.

– Угу, ясно. До какой степени хорошо?

– До обморока. А у тебя как?

– Не знаю. Как человек он мне симпатичен…

– Кто? Какой человек? – не поняла Светлана.

– Я думала, тебя интересует результат моего свидания, – немедленно попыталась обидеться Ирка.

– А-а-а, ну да, интересует.

– Заметно. Прям-таки в глаза бросается твоя искренняя заинтересованность.

– Ладно тебе, у меня вся жизнь вдребезги, а ты к словам придираешься. Чего звонишь-то? Ты же кавалера на ночь хотела оставить? – с некоторым злорадством напомнила Светочка. Приятно было, что за бортом она плещется не одна.

– Он пошел за вином, но я в окно видела, как он в аптеку заруливает.

– Намекаешь, что больной? – невпопад спросила подруга, чтобы только не молчать и сказать хоть что-нибудь. – Или у него на тебя аллергия?

– В аптеке еще продаются презервативы, – напомнила Ирка.

– Даже так! Какие у вас темпы, однако.

– Нормальные темпы. Мы уже два раза в кино ходили и один раз в кафе.

– И что, все за один вечер?

– Ты дура или прикидываешься? – обозлилась Ирка. – Просто я тебе не рассказывала, сглазить боялась!

– И как он вообще? Нормальный?

– Ты про ориентацию? Да я после твоего Крыжовникова уже ни в чем не уверена. Хотя лучше хоть что-то, чем ничего. Знаешь, Шурик такой классный, только такой, ну, типа меня…

– Не поняла. Типа тебя – это как? Такой же вредный?

– Не груби. Он внешне немного не очень. Но это даже хорошо. Вот твой…

– Ой, я тебя умоляю. Не надо про моего, а то меня сейчас стошнит, – простонала Светлана.

– Ты рекламу смотришь?

– Он что – модель? – ахнула Света, представив себе небритого мачо из ролика про мужской дезодорант рядом с Новгородской. Лягушка на «Феррари», огурец в шоколаде, бриллиант в сухарях. Устыдившись собственных крамольных мыслей, Светлана покраснела и виновато уточнила: – Ты про какую рекламу?

– Рекламу шампуня смотрела? – вздохнула Ирка. – Про перхоть.

– Ну, вроде бы. Там во всех мальчики ничего, приятные. В чем проблема?

– Я про мужика, который изображает перхоть. Вылитый Шурик, а я все никак понять не могла, какого артиста он мне напоминает. Представляешь, романтика, сидим концерт смотрим, а тут реклама. Я чуть с дивана не упала.

– М-да, – протянула Света, не придумав, чем утешить подругу.

– Вот и я о том же. Кому красавчик на новой иномарке, кому веселый молочник, кому бобер с зубной пастой, а мне – перхоть. И так – всю жизнь. Так что неизвестно, кому хуже. Я тебя подбодрила?

– Не очень. Может, ты ему двери не откроешь?

– Чего это? Очень даже открою. Что я – с приветом? Я тоже хочу кусочек счастья, пусть даже не с красавцем, зато наверняка. С другой стороны, кто их, мужиков, разберет? Что с ними наверняка, а что – на время. Ой, что-то на меня твой отрицательный опыт разлагающе действует.

– Ладно, иди, разлагайся, – вздохнула Света. – Кстати, закинь на работе удочку, секретарь вам не нужен?

– Ну, ты спросила. У нас уже есть секретарь, это я! Нам нужен менеджер по продажам с медицинским образованием.

– Нету у меня образования медицинского.

– Я в курсе. Это я так, обрисовать картинку. Но если что, я про тебя помню. Завтра позвони, резюме составим и разошлем.

Света грустно посмотрела на звезды за запотевшим от ее дыхания стеклом. Хоть бы одна упала, тогда можно загадать желание… Она даже знала какое. Чтобы все вернулось и было как прежде. Сеня, дети и дом. Больше всего людям обычно хочется невозможного. Только всем известно: невозможное невозможно, даже если очень хочется.

Утром проблемы начали расти, как поганки после хорошего ливня. Тетя Вера убежала на работу, а Светочка оказалась один на один с детьми, которых было абсолютно некуда деть. А на своей работе ее ждала Новгородская, чтобы составлять резюме. А еще следовало найти няню. Светочка растерянно посчитала деньги и попыталась разделить их на кучки. Последние пять лет она жила, не омрачая сознание материальными проблемами – их решал Сеня. Теперь Сеню следовало вычеркнуть из условия задачи, а без него она никак не решалась. Слишком много было неизвестных: сколько запросит няня, какую ей дадут зарплату, сколько будет уходить в месяц на продукты и масса прочих иксов и игреков, которые складывались в Пизанскую башню и грозили обвалиться Светлане на голову.

Непонятно было, где и как искать няню. Фантазии хватило только на набор номера городской справочной службы. Слушая рекламные песнопения и зазывные рассказы различной направленности, она параллельно носилась по квартире за детьми, которые осваивали новую жилплощадь с упорством носорогов, запущенных в магазин богемского хрусталя.

Минут через двадцать, когда Светочкино ухо, прижимавшее трубку, распухло от ожидания и обилия ненужной информации, любезная девушка надиктовала ей телефоны агентств, предоставляющих нянь. Следующие полдня были потрачены на обзвон и сбор неутешительной информации. Няни стоили запредельных денег. Пересортировав денежные кучки, Света запечалилась – все оказалось намного сложнее и дороже, чем она рассчитывала. Времени на поиск работы оставалось еще меньше.

– Не надо делать из этого проблему. Твой Семен еще должен платить алименты. Так что не куксись, – приободрила ее Новгородская. – Кстати, ко мне Шурик переезжает жить. Я теперь буду жить с перхотью. Ха-ха. В общем, организуешься с няней, приезжай, а то я не могу долго занимать телефон. Или напиши резюме сама, а вечером перезвонишь и задиктуешь. Чего время-то терять. Крыжовников звонил?

– Нет. Не звонил. И черт с ним. Хорошо, что не звонил. Даже не представляю, как с ним теперь разговаривать.

– Но поговорить в любом случае придется. Надо же как-то определиться с деньгами и квартирой. Сколько ты будешь жить на шее у тети Веры?

– Лучше я буду с ним разговаривать с позиции силы, чем как дура-жена, которой не на что кормить детей. Вот устроюсь, организуюсь, а потом и посмотрим, кто на пузе поползет.