Инкогнито - Анна Яфор

Что остаётся?

Ждать весну…

Который день, который раз…

Дышать морозами в лесу,

Где снег скрипит как пенопласт.

Увидеть белки рыжий хвост,

Фонарик-сердце снегиря…

И наблюдать, как тает мост

В апрель c окраин февраля.

Что остаётся?

Потерпеть

Каких-то тысячу часов,

И, раздавая их, мудреть

На стыке лет и поясов.

Мечтать, грустить, творить дела,

И коротая долгий век,

Смотреться в зеркало с утра,

Гадая: кто ты? Человек?

Что остаётся?

Просто жить,

Не отрекаясь от зимы.

Ведь в том, что холодно любить,

Скорей всего, повинны мы.

Зима приходит, чтобы нам

Кого-то ближнего согреть,

Зажечь свечу.

Найти свой Храм.

И ни о чём не пожалеть.

Сказоч-Ник

Арина рассчитывала, что Аркадий уйдет сразу, как только выслушает ее отказ вернуться на работу, но тот почему-то задержался. Разговорился с Юлей вроде бы ни о чем. Но в этот раз его присутствие не напрягало. Она не участвовала в разговоре, но болтовня подруги и ненавязчивые шутки мужчины отвлекли от собственных невеселых мыслей.

Смотрела на тонкие лепестки, и, хотя сердце по-прежнему теснило грустью, цветы оживляли унылую обстановку. А Юлькин смех невольно вызывал улыбку. Приятно было видеть ее веселой, что бывало совсем нечасто последнее время. Подруге тоже было несладко в жизни: работа, учеба сына, дела, дела… Она почти никогда не жаловалась, но Арина нередко угадывала на ее лице тщательно замаскированные следы слез.

Сейчас же Юля как будто ожила. Не стеснялась незнакомого и очень привлекательного мужчины, подобно самой Арине, но и не кокетничала с ним. Однако в разговоре царила такая непринужденность, что женщина невольно позавидовала умению подруги общаться с людьми и сама смогла немного расслабиться.

Знала ведь, что все будет именно так, и что ее волшебная сказка не может вылиться ни во что другое. Да, в реальности это оказалось намного больнее, чем представлялось, но разве она не справится? Должна справиться. Должна…

Из комнаты доносились задорные детские голоса: Настя с Никитой явно увлеклись своей игрой. Им, как всегда, было хорошо вместе. В такие минуты Арина всегда жалела, что за недолгое время своего брака не решилась на второго ребенка. Сейчас дочке не было бы так одиноко. Да и ей самой. Ведь когда-то давно мечтала о большой семье, о шумных, веселых вечерах, которые будут проводить все вместе: она с мужем и дети. Как минимум трое. Будут рассказывать друг другу о том, как прошел их день, что интересного пришлось пережить, станут делиться намерениями, планами, начиная от самых незначительных и банальных до глобальных намерений, тех, что могут исполниться только годы спустя.

Ей всегда нравилось готовить. С самого детства. А юная девушка мечтала о том, какие вкусности будет творить для своего любимого, тщательно выписывая в тетрадку интересные рецепты. Она и пыталась их сделать. Сначала часто, потом все реже, пока постепенно обиды и непонимание не вытеснили желание радовать того, кто находился рядом.

Сейчас, вспоминая об этом, Арина пыталась понять, в какой момент все пошло не так. Когда их пути разошлись… да и сходились ли они вообще? Любовь к мужу была, но это чувство даже отдаленно не напоминало то, что происходило в жизни теперь, и что женщина испытывала к тому, с кем так тесно общалась на протяжении последних недель и о ком не могла перестать думать. Словно до сих пор чувствовала рядом. И неизбежное расставание оказалось более тяжким, чем некогда развод.

– Ариш… – Аркадий перехватил ее взгляд, прерывая разговор. – Я на самом деле хочу, чтобы ты вернулась. Не знаю, по какой причине ты решила уйти, но готов помочь с решением любой проблемы. Дело в деньгах?

Арина покачала головой.

– Нет. Денег было вполне достаточно.

– Тогда что случилось? Тебя кто-то обидел? – мужчина задумался. – Мне трудно это представить, но если так, давай попробуем разобраться…

– Никто не обижал… – по телу неожиданно прошла волна жара, оживляя воспоминания о недавнем празднике и умопомрачительной нежности, укрывшей с головы до ног. Ее не обидели, наоборот, сделали слишком счастливой… незаслуженно счастливой… И глупое сердце хочет продолжение этого счастья, а плоть томится от желания все повторить вновь.

Аркадий не сводил с нее глаз, словно надеясь прочитать то, в чем она не решалась признаться. А Арина вдруг вспомнила его прошлый визит и попытку объясниться и явную попытку как-то сблизиться с ней. Теперь на его лице была просто теплая расположенность, но не более. Или он изменил свое настроение или слишком хорошо владел собой, но в любом случае, ей это было только на руку. Ничье внимание сейчас не могло показаться уместным, кроме одного… а дарить кому-то ложную надежду женщина не собиралась. Она снова взглянула на подругу и на откровенный интерес, читающийся в глазах той по отношению к гостю.

Если бы не это, приложила бы все старания, чтобы поскорее выпроводить мужчину. А так… пришла в голову совершенно шальная мысль.

– Аркадий… останешься на ужин с нами? Правда, не все еще готово, но если ты не спешишь…

Лицо подруги моментально озарилось такой радостью, что Арина и сама снова не смогла сдержать улыбку. Она не собиралась готовить на ужин ничего особенного, но сейчас захотелось изменить планы и устроить небольшой праздник. Без повода. Да у нее настроение совсем не веселое, и гораздо больше хочется забраться в теплую постель, уткнуться лицом в подушку, чтобы не видеть и не слышать никого. Но вести себя так – не выход, легче не станет, и не в том она возрасте, чтобы предаваться подобной жалости к себе слишком долго. Жизнь продолжается, и сейчас у нее есть прекрасный шанс подарить добрый и светлый вечер своей подруге. И замечательному мужчине, которому явно не хочется уходить.

– Останусь с удовольствием, – Аркадий улыбнулся, поднимаясь со стула и сбрасывая пиджак. – Только в таком случае позвольте мне вам помочь, – закатал рукава, обнажая сильные руки. – Терпеть не могу сидеть, как истукан, когда другие заняты чем-то.

Юля за его спиной тихо охнула, но быстро пришла в себя, и Арина с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться, уже зная, как поступит ее подруга дальше. Спрячет поглубже свое восхищение, превращаясь в уверенного распорядителя. Восхищенная девочка уступила место женщине, хорошо представляющей, каким должен быть следующий шаг. Самой Арине этого всегда не хватало – такой вот смелости в распределении нужных действий. Она бы вряд ли осмелилась начать командовать таким мужчиной, как ее начальник, а подруга сделала это с легкостью, вручив Аркадию кастрюлю и нож и предложив почистить картошку.