Дневник эгоистки, или Мужчины идут на красное - Юлия Шилова

– Ты спас мне жизнь, – всхлипнула я и посильнее прижалась кего груди.

От Феликса довольно сильно несло перегаром, но теперь это неимело значения. Мы стояли, тесно прижавшись друг к другу, и Феликс с каким-тоособым трепетом перебирал мои волосы.

– Лизка, успокойся. Все хорошо. Слышишь, все хорошо.

– Ведь меня же могли убить.

– Все обошлось…

– Как ты узнал, что мне угрожает опасность?

– Как только ты вышла на улицу, я сразу обратил внимание,что не лает Лорд.

– Я тоже сразу обратила на это внимание.

– Так вот, я же хорошо знаю свою собаку и понимаю, что Лордпо-любому должен был залаять. Если этого не произошло, значит, все намногохуже, чем можно себе представить. Я вылез через окно, притаился и вскоре увиделтень, которая двигалась прямо к тебе.

Придя немного в себя, я слегка отстранилась от Феликса ипосмотрела на охотничье ружье, которое он держал в руках.

– Я думала, ты из моего пистолета стрелял.

– Я же сказал, что замотал пистолет в тряпку и спрятал вдоме.

– А откуда у тебя охотничье ружье?

– Это ружье друга, хозяина дома. Он с ним на охоту ходит. Язнал, где оно лежит. В прошлый раз друг ходил с ним на кабана. Хорошего зверяподстрелил.

– А теперь – на человека…

Я посмотрела на лежащего на земле мужчину и чуть слышноспросила:

– Кто это?

Феликс присел на корточки рядом с незнакомцем и слегкаприподнял его голову.

– Первый раз его вижу.

Я заметно поежилась и на всякий случай огляделась посторонам.

– Я тоже, – только и смогла сказать я.

– Непонятно, это по мою или твою душу приходили.

– Ты о чем?

– Это либо тебя приходили убивать, так как ты сталаневольной свидетельницей происходящего в соседском доме, или меня вычислил отецпогибшего сына, которого я взялся оперировать. Вот и пойми теперь, откуда ветерподул.

– Ты уверен, что тебя смогли бы вычислить?

– Лиза, я в последнее время уже ни в чем не уверен.

Феликс резко встал и, не выпуская ружья из рук, направился кворотам. Мне было жутко оставаться один на один с трупом, и я все так же тихоспросила:

– Феликс, ты куда?

– К Лорду. Может, он еще жив.

Неуверенно шагнув следом за Феликсом, я услышала, что изгруди мужчины вырвался глухой стон, и сразу поняла, что Лорда больше нет. Яхорошо представляла, что значил этот «кавказец» для Феликса, потому что не такдавно тоже была хозяйкой чудесного добермана, который внезапно заболел и умер.Для меня его смерть была настоящей трагедией, ведь мы успели подружиться.

А еще я поняла главное: в отличие от мужчин, собаки непредают, потому что не умеют. Наблюдая за тем, как Феликс гладит тело мертвойсобаки, мне показалось, что сейчас нас обоих загнали в какую-то ловушку, изкоторой нет выхода наружу. Словно на нас обрушилось что-то такое, чемуневозможно противостоять.

– Что с Лордом?

– Он мертв. Его застрелили.

– Почему мы не слышали выстрелов?

– Скорее всего, стреляли из пистолета с глушителем.

Феликс сидел прямо на земле рядом с мертвой собакой исмотрел на нее обезумевшими глазами. Затем достал из кармана брюк мобильныйтелефон и принялся нажимать на кнопки. Я стояла ни жива ни мертва и молчанаблюдала за тем, что происходит.

– Алле, Стас, извини за поздний звонок. Это Феликс. Менякто-нибудь искал? Все тихо? Как там наша бабушка из пятой палаты? Она сегоднячто-нибудь ела? А какое у нее давление? Ты ей заменил тот препарат, о котороммы с тобой говорили? Сейчас аллергии нет? Ну, слава богу! Передавай ей привет.Скажи, чтобы держалась молодцом. Не за горами выписка.

Я смотрела на Феликса тоскливым взглядом и чувствовала, какпо щекам текут слезы. Такой умный мужчина, талантливый врач-хирург, вынужденскрываться от неприятностей, а может быть, даже от собственной смерти на дачесвоего друга… Где справедливость?

– А как Иван Степанович? Уже встает? Вот это радость! Пустьтолько не переусердствует. Он еще слишком слаб. Передай ему, что много ходитьнельзя. Всему свое время.

Феликс закончил разговор и сунул мобильный в карман. Необращая на меня никакого внимания, он принялся ласково трепать мертвого Лордаза ухо, и я не могла не заметить, что его руки дрожали.

– Он точно умер? – задала я вопрос, чтобы хоть как-тонапомнить о своем существовании.

– Умер. Если бы он был жив и была бы хоть какая-нибудьнадежда, я бы сделал все возможное.

Освещение было тусклым, но мне показалось, что в глазахФеликса блестят слезы.

– Мне очень жаль, – только и смогла сказать я.

– Знаешь, а ведь это все из-за тебя, – неожиданно произнесФеликс, и эти слова неожиданно для меня были сказаны им с какой-то злостью.

– Что? – Эта фраза потрясла меня настолько, что я побледнелаи беспомощно развела руками. – Что ты сказал?

– Что слышала. Лорда убили из-за тебя. Если бы ты здесь непоявилась, то ничего бы и не было. Он бы сейчас был жив.

– С чего ты взял, что это из-за меня? У тебя же у самогокрупные неприятности.

Но Феликс не обратил внимания на мой вопрос и продолжил:

– Когда со мной случилась вся эта история, я был вынужденприехать сюда, хотя очень этого не хотел. Слишком много дел осталось в клинике.Единственный, кто обрадовался моему вынужденному затворничеству, – это Лорд. Онобожал загородные дома, простор и свежий воздух. Увы, но у меня он был вынужденжить в городской квартире. С тех пор как я его сюда привез, он просто ожил! Ятак был рад, что моему любимому Лорду здесь так хорошо…

Когда Феликс умолк, я слегка прокашлялась и как-то несмелоспросила:

– А почему ты решил, что убийца проник в дом по мою душу?