Последняя любовь - Нора Робертс

—Будет классно. Но прежде чем мы займемся цветовой гаммой и столиками, — вмешалась Хоуп, — хочется спросить, почему ты не хвастаешься упомянутым сексом и не пересказываешь все подробности своей менее везучей подруге, у которой секса нет и не предвидится.

—Вдруг сглажу? Ты тогда расстроишься.

—Я тебя умоляю! — отмахнулась Хоуп. — Я видела Оуэна, он тоже спокойный и счастливый. Не скажу насчет самодовольства, возможно, он его искусно скрывает. Вы сегодня встречаетесь?

—Нет. У меня примерно час времени, потом нужно возвращаться в пиццерию. Я работаю. Он — да и все Монтгомери — сейчас очень занят. Они готовятся к торжественному открытию гостиницы, работают в другом здании, готовят техническую документацию на ресторан. С Нового года мы с Оуэном почти каждую ночь проводили вместе, вот я и подумала...

—Что тебе нужен перерыв? — продолжила Клэр.

—Я подумала, что мне... нам... нужно взять тайм-аут. Вы же знаете, как у меня бывает. Начинаешь отношения, считая их временными и ни к чему не обязывающими, так, для развлечения: тебе нравится парень, ты ему доверяешь, считаешь привлекательным... Но я это я, и вот я начинаю сомневаться: а вдруг это что-то серьезное? Вдруг это любовь, настоящая, с большой буквы?

—Ты любишь Оуэна? — спросила Клэр.

—У меня... Эйвери помахала рукой у груди.

—Мактавишское сердце, — кивнула Хоуп.

—Ему нельзя доверять. Дело в том, что я всегда любила Оуэна. Я люблю всех Монтгомери. Это у меня в крови. Поэтому, возможно, у меня что-то вроде ложноположительной реакции. Если вдруг я влюблюсь по-настоящему, то все испорчу.

—С чего ты взяла, что твое большое чувство не будет взаимным? — требовательно спросила Клэр.

—Не знаю, может, это тоже в крови. Думаю, в какой-то степени виноваты мои комплексы из-за матери.

—Ты не похожа на свою мать.

—И не хочу быть похожей, — сказала Эйвери, кивнув Клэр. — Она изменяла, лгала и использовала всех, кого можно. Секс для нее всегда был ни к чему не обязывающим пустяком. Наверное, та часть меня, которая боится быть похожей на мать, не хочет случайного секса, а непроизвольно стремится к чему-то большему. Вроде как противоядие. А немного погодя я даю задний ход, потому что, оказывается, это не настоящая любовь. Глупо.

—Вовсе нет, — возразила Хоуп. — Просто ты — это ты.

—Да, но теперь это я и Оуэн. Каждый раз, когда у меня завязывался роман, я добивалась серьезных отношений — из-за трепета в груди... ну, вы понимаете, о чем я. А потом трепет проходил, и я видела: нет, это не настоящая любовь. Хоть он и хороший человек — а большинство из них действительно были отличными парнями! — но не тот, единственный, если он вообще существует.

—Существует, — твердо сказала Клэр.

—Возможно. Теперь я чувствую трепет в груди из-за Оуэна, а когда прекратится...

—Да ладно тебе! — Клэр покачала головой. — Вдруг не прекратится?

—Как показывает история, это всего лишь вопрос времени. Я не хочу завязывать серьезные отношения, а потом давать задний ход. Только не с Оуэном. Он для меня значит гораздо больше, чем дурацкий трепет или комплексы из-за матери.

—Думаю, ты недооцениваешь вас обоих. Впрочем... — Клэр посмотрела на часы. — У меня сейчас нет времени вдаваться в подробности, нужно бежать домой. Но мы еще вернемся к этому разговору!

—Отлично, — кивнула Эйвери. — Мне тоже пора. Мы можем дойти вместе до гостиницы, обсудим по дороге меню для приема в честь открытия, а потом я пойду на работу.

—Давай.

Они вышли и разошлись в разные стороны: Клэр двинулась через Центральную улицу, а Эйвери с Хоуп пересекли улицу св. Павла.

—Она влюблена, — заметила Эйвери. — Такая любовь делает людей оптимистами, которые все видят в розовом цвете.

—Почему бы тебе не побыть оптимисткой?

—Ну, я и не пессимистка. Скорее, просто осторожный человек.

—Знаешь, я не влюблена и не оптимистка по жизни, но мне нравятся ваши с Оуэном отношения, вы прекрасная пара.

Хоуп отперла дверь в фойе гостиницы.

—И я понимаю, почему ты, как любой нормальный человек, хочешь взять небольшой тайм-аут. Секс, даже легкий и ни к чему не обязывающий, здорово затуманивает ум. Так что подумай денек-другой.

—Вот именно! — Эйвери про себя благословила трезвомыслящую Хоуп. — Нужно прочистить мозги.

—Я заварю чай, пока мы обсуждаем меню.

—Ты готовишь чай в гостинице, мы обсуждаем меню для дня открытия... — Эйвери уселась на табурет у кухонного «острова». — Год назад ничего этого и в помине не было. Ты вообще жила в другом городе.

—Год назад я считала, что мое будущее связано с отелем «Уикхем» и Джонатаном.

—Ты чувствовала трепет в груди?

—Нет. — Поставив чайник, Хоуп на миг задумалась. — Я полагала, что влюблена. Я доверяла ему, восхищалась им, радовалась нашему общению. Конечно, я считала, что люблю его. И он об этом знал. Знал о моих чувствах и о том, что я уверена в нашем совместном будущем.

—А почему ты не должна была верить?

—Вот именно почему? — кивнула Хоуп, уже без привкуса горечи, которую когда-то слишком часто сглатывала. — Мы разве что не жили вместе. Он говорил, что любит меня, говорил о нашем будущем.

—Мне так жаль, Хоуп! Тебе еще больно?

—Уже нет... ну, разве что совсем чуть-чуть, — призналась она, доставая чашки. — Больше пострадала гордость, а не сердце. Он меня использовал, и это обидно. Вряд ли так было задумано с самого начала, но последние месяцы он лгал, пользовался мной, а в конце концов сделал из меня дуру. Больно и обидно, когда из тебя делают дурака.

—Он сам дурак. Я бы никогда никого так не обидела.

—Ты бы и не смогла, в тебе этого нет.

Эйвери искренне надеялась, что подруга права, однако порой эта мысль мучила ее, не давая спать по ночам.

* * *

В тихой, еще закрытой пиццерии Эйвери повязала фартук и начала готовиться к открытию. Включила печи, занялась кофе. Проверила контрольно-кассовый аппарат, посмотрела, достаточно ли льда в ледогенераторе. Снуя из открытой части кухни в закрытую, выложила начинки для пиццы на подносы, отметила, что нужно заказать упаковочные коробки, открыла новую банку моцареллы.

Сунув в холодильник под стойкой несколько кастрюль с тестом, Эйвери подумала, что до обеда нужно замесить еще. Принесла сотейники с соусом, поставила на медленный огонь. Соуса «Маринара» было маловато, и Эйвери вытащила продукты, чтобы приготовить очередную порцию.

В дверь постучали, и она замерла, разглядев за стеклом Оуэна. Черт, вот и знакомый трепет в груди! Оуэн помахал ключом и, когда Эйвери согласно кивнула, отпер переднюю дверь.

—Похоже, ты занята.