Вишневое лето - Карина Бартш

— Карле невероятно повезло, — сказал Инго, который остановился в ногах кровати.

Я слушала его, не отрывая взгляда от мамы.

— Другой водитель выехал на встречную полосу и врезался в их машину со стороны пассажира. Твою маму зажало, и пока не приехали пожарные и не разрезали машину, ею занимались парамедики.

Я с трудом могла представить то, что он описывал, и начала плакать.

— Ее проткнуло металлическим обломком, и чудо, что при этом не был задет ни один жизненно важный орган. Она потеряла много крови и находилась в состоянии шока.

Я не отводила глаз от синяков и ссадин на мамином лице.

— Какое-то время она была в критическом состоянии, — продолжил Инго, — в основном потому, что ей не смогли сразу оказать помощь. Но после того как освободили, ей немедленно помогли. Операция прошла успешно и без осложнений. Она не сразу встанет на ноги, но я уверен, что выздоровление будет полным.

Я посмотрела на Инго, он улыбался. Нет таких слов, которые могли бы передать мою благодарность тем людям, которые этой ночью боролись за жизнь моей мамы.

— Я… не знаю, что сказать, — начала я, запинаясь, но Инго меня перебил:

— Не нужно ничего говорить, Эмили.

Слова теснились у меня в груди, но я не могла их выговорить. Вместо этого я вдруг подумала про отца.

— А что с Карстеном, как у него дела?

— Водительскую сторону почти не задело, но во время столкновения он получил двойной перелом правой ноги и множественные переломы ребер. Он вне опасности, но из-за шока его пока поместили в палату интенсивной терапии. Завтра утром его переведут в обычную палату.

— А мне можно к нему?

— Будет лучше, если ты не станешь его будить, Эмили. С ним все в порядке, и, кроме того, ты сейчас нужнее здесь. Но если хочешь, я могу сходить и взглянуть на него еще раз.

— Да, пожалуйста.

— Конечно, — улыбнулся Инго. — Присядешь?

— Я не знаю…

В отличие от меня у него не было сомнений. Инго прошел в дальний угол палаты, принес мне стул и поставил его рядом с кроватью.

— Садись, я договорюсь с медсестрами, и сегодня ночью ты сможешь остаться здесь.

Я выпустила мамину руку и бросилась на шею Инго.

— Чем я вас заслужила? — всхлипнула я, имея в виду всю семью Шварц, на этот раз включая и Элиаса.

Инго, улыбаясь, отвел меня к стулу и усадил на него.

— Эмили для нас тоже член семьи, и это никогда не изменится, — сказал он и поцеловал меня в лоб. — Ты, наверное, хочешь побыть с мамой. Если тебе что-то понадобится — я в кабинете напротив. Хорошо?

Я кивнула.

— Я буду заходить раз в час, чтобы проверить состояние твоей матери, — пообещал он, тронув меня за плечо, после чего развернулся и направился к двери.

— Большое спасибо, Инго, — сказала я ему вслед.

Оставшись в одиночестве, я придвинула стул вплотную к кровати. «Мама», — прошептала я и взяла ее за руку. Она выглядела избитой и одновременно странно умиротворенной, как будто просто прилегла вздремнуть.

Я просто сидела и смотрела на нее, чувствуя, что мои нервы на пределе. Сначала кошмарная новость, потом долгие часы неизвестности, надежд и тревог, и вот теперь я рядом, и все должно быть хорошо! Хотя страх, что что-то может пойти не так, все равно оставался.

Я чувствовала себя так, будто мою голову обернули толстым слоем ваты, так что я воспринимала все окружающее словно в тумане, хотя буря эмоций в душе все еще не улеглась.

Я погладила мамино лицо кончиками пальцев и постаралась принять то, что произошло.

* * *

У меня болела спина, а в глаза бил свет. Кто-то едва ощутимо погладил меня по голове. Я моргнула и сперва увидела перед собой что-то белое. Мамино покрывало… Кажется, я уснула, уткнувшись лицом в ее постель. Я потерла лицо и только сейчас осознала, что кто-то потрогал мои волосы. Я вскочила и огляделась. Мама была в сознании и смотрела на меня. Она и правда очнулась!

— Мама, — воскликнула я, схватив ее за руку. — Как ты себя чувствуешь?

Выглядела она так же ужасно, как и прошлой ночью.

— Думаю, неплохо, — прошептала она с большим трудом. — У них тут неплохие обезболивающие…

Я всхлипнула и улыбнулась, по моим щекам катились слезы.

— С Карстеном все в порядке, не переживай, — сказала я.

— Я знаю, — ответила она. — Инго заходил минут десять назад.

Я смотрела на нее и улыбалась, все еще не в силах поверить, что моя мама жива. И даже если она не очень скоро поправится, но все равно будет здорова.

Это было главное, а остальное было не так уж важно. Моя мама по натуре боец, она может справиться с чем угодно.

Я сжала ее руку.

— Я так за тебя испугалась, мама.

— Ты же не думаешь, что я умру до того, как выдам тебя замуж? — прошептала она.

Очередная слеза скатилась по щеке и оказалась у меня на губах.

— Мама, ты невыносима.

Я поднялась и обняла ее. Она положила руки мне на спину и тихонько застонала.

— Боже мой, прости, пожалуйста, — сказала я, выпрямляясь, но она отмахнулась.

— Ничего страшного.

Но я решила, что пока воздержусь от объятий, и снова села на стул. В этот момент в палату вошел Инго. Сколько уже времени он на ногах? Слишком долго, поняла я, заметив темные круги у него под глазами.

Он подошел к кровати.

— Я только хотел попрощаться, — сказал он. — Мне нужно немного поспать, а потом я снова вернусь.

— Не нужно спать «немного», выспись по-настоящему, — попросила я.

— Это приказ начальства? — усмехнулся он.

— Самого главного начальства, — подтвердила я.

— Значит, придется подчиниться.

— Под страхом сурового наказания, — пошутила я, стукнувшись ногой обо что-то.

Я опустила взгляд и увидела, что рядом с кроватью стоит моя дорожная сумка. Я нахмурилась, пытаясь вспомнить, доставала ли ее, когда вышла из машины. Но нет, мы с Инго прямиком пошли в больницу, так что сумка должна была все еще лежать в багажнике. Как она тут оказалась, если Инго еще не был дома? Я не нашла объяснения и оглянулась вокруг. На тумбочке рядом с кроватью стоял красивый букет цветов.

— У тебя появился поклонник? — подмигнув, спросила я у мамы.

— Цветы от Элиаса, — вступил в разговор Инго. — Он заходил, прежде чем отправиться обратно в Берлин.

Элиас заходил? Наверное, после событий прошлой ночи это не должно было меня удивить, но все равно я удивилась. А еще он подумал о цветах, и при ближайшем рассмотрении этот букет не был похож на те, которые можно за пять евро купить на заправке.