О, мой босс! - Ви Киланд

Чейз – семь лет назад

Телефон завибрировал на столе. Я взял и рявкнул, не здороваясь:

– Ты опаздываешь?

– А ты правда думал, что я приду пораньше? – поинтересовалась Пейтон. По ее голосу я слышал, что она улыбается.

Я покачал головой и улыбнулся, хотя мне и не нравилось, что она опаздывает. Снова.

– Ты где?

– Я вышла позже, чем намеревалась, и пришлось зайти кое-куда. Иди без меня. Встретимся в ресторане, а не в офисе.

Ей, как актрисе, стоило бы поработать над скрытностью.

– Куда ты направляешься, Пейтон?

– Небольшое дельце по поручению приюта.

– Небольшое дельце, говоришь? Или ты следишь за Эдди?

– А это не может быть одно и то же?

– Нет, не может. Пожалуйста, скажи, что ты не поперлась снова в лагерь бездомных.

Она затихла.

– Черт, Пейтон. Я думал, мы договорились, что больше ты этой ерундой не занимаешься.

– Нет, это ты мне велел больше этого не делать. Это не то же самое, что «договориться».

Я взъерошил волосы.

– Жди меня у кофейни на Сто пятьдесят первой улице, когда выйдешь из метро.

– Со мной все нормально.

– Пейтон…

– Ты слишком меня опекаешь! Так будет и после свадьбы? Ты ожидаешь, что я босая и беременная буду ждать тебя с тапочками у двери?

Я сделал Пейтон предложение два дня назад. Наверное, не слишком хорошая идея признаваться, что я хотел бы именно этого. Я схватил куртку из шкафа в кабинете и помчался к лифту.

– Я уже в пути, вредная ты девчонка!

С улицы я позвонил сестре, уже топая к метро, чтобы сообщить, что мы опоздаем.

– Ты опоздаешь на вечеринку по случаю собственной помолвки?

– Эта вечеринка – твоя идея, а не моя. Тебе нужен был повод устроить торжество.

– Мой братишка женится! Это грандиозное событие, а не «повод». Господь свидетель, мы все считали, что ты помрешь от какой-нибудь венерической болезни, пока не появилась Пейтон.

– Мы сейчас не об этом. Мы опоздаем, поскольку моя невеста считает себя Коломбо. Мне пора.

– Кем?

– Проехали. Скоро увидимся. И еще. Спасибо, Анна!

Когда я вышел на Сто пятьдесят первой улице, пошел дождик. Как только появился сигнал, я набрал Пейтон. Она не ответила.

– Твою мать, – проворчал я себе под нос и пошел под навес у ближайшего здания. Дождь шел наискосок, пришлось прикрывать телефон одной рукой, чтобы не промок. Я снова набрал номер и ждал, когда же Пейтон ответит. А она снова не ответила.

– Черт побери. – Я знал, что импровизированный городок бездомных недалеко, и решил, что Пейтон не стала ждать. Я открыл карту на смартфоне и нашел, где в парке эстакада. Оказалось, это всего в трех кварталах, и я потащился туда под дождем, перезванивая через каждые тридцать секунд. Беспокойство нарастало с каждым разом, когда на том конце включалась голосовая почта. В желудке возникло неприятное чувство, и после третьего неотвеченного вызова что-то заставило перейти на бег трусцой.

Еще один звонок.

Снова голосовая почта.

Я повернул за угол и увидел вдалеке эстакаду, которую описывала Пейтон.

Еще один звонок.

Голос Пейтон попросил оставить сообщение после сигнала.

Что-то не так. Я уже бежал на всех скоростях.

Когда телефон завибрировал в кармане, сердце выпрыгивало из груди. Фото Пейтон на экране должно было меня успокоить, но почему-то этого не случилось.

– Чейз, где ты? – Ее голос дрожал, я понял, что она напугана.

– А ты где?

Она не ответила.

– Пейтон? Черт побери! Ты где?!

Удар мобильного телефона о землю буквально оглушил меня. Но то, что произошло дальше, преследовало меня долгие годы после.