Влюбить за 90 секунд - Ася Лавринович

Дима

Все лето рубиться на даче с отцом – это, конечно, похвально. Но, наверное, стоило предупредить Алену о том, что у меня спортивный разряд по настольному теннису.

Проиграв третью партию подряд, Грохольская, в очередной раз нырнувшая за шариком, выглянула из-под стола:

– Капец! Димчик, сдаюсь! Кто знал, что ты такой монстр?

Я рассмеялся.

– Ну что? С тебя желание?

Алена подошла ближе и взяла из моих рук ракетку. На секунду наши пальцы столкнулись. Забавно, столько раз мы уже держались за руки, а тут Грохольская резко отдернула ладошку. Словно ее ударило током.

– Желание! – кивнула она, с подозрением поглядывая на меня. – Но чтобы никаких пошлостей!

Пошлостей? Кажется, она начала догадываться, что я вовсе не тот «чудиковище», за которого меня принимала. Что ж, это даже к лучшему.

– Конечно, никаких! – быстро проговорил я.

В моей голове уже созрел план. Хотелось провернуть то, о чем так давно мечтал. До этого никто бы не поддержал мою мальчишескую глупую идею. А одному – скучно. Но почему-то в Грохольской я не сомневался. Она такая же, как я… Ярик бы сейчас сказал: «Отбитые на всю голову!»

– Ален, подожди здесь! Мне нужно ненадолго отлучиться!

Сделав все, что задумывал, я вернулся к Алене, которая стояла на прежнем месте, выглядывая меня.

– Что так долго! – недовольно произнесла девушка. – Все в порядке?

– Ага! Поужинаем? – предложил я. – Раз уж мы тут…

Алена согласилась. Я думал, она, как все девчонки, остановит свой выбор на каком-нибудь салатике. Но после трех партий настольного тенниса у нее, видимо, здорово разыгрался аппетит.

Девушка начала загибать пальцы:

– Острые стрипсы! Молочный коктейль! О, вижу, здесь можно купить фраппучино! Тогда мне его…

В общем, за свободный столик мы уселись с полными подносами разной не самой полезной еды.

– Ужин должен быть легким! – сказала Алена, уплетая картошку фри.

– Кому и что мы должны? – спросил я.

– Тоже верно, Димчик! Один раз живем!

После «легкого» ужина я достал из пакета две запечатанные зубные щетки и два тюбика с мятной трехцветной пастой. Все это я успел купить в супермаркете на первом этаже торгового комплекса.

– Что это? – удивилась Алена, принимая из моих рук одну из щеток.

– Если захочешь почистить зубы перед сном… – глупо проговорил я.

– Ты шутишь?

– Я никогда не шучу, – серьезно сказал я, поглядев на наручные часы. – Ты просто исполняешь мое желание! И у нас не так много времени, поторопись!

Алена пожала плечами и забрала из моих рук еще и тюбик с пастой. Причем с таким невозмутимым видом, будто я предложил ей съесть конфетку, а не почистить зубы в общественном месте.

После «вечерних процедур» мы, взявшись за руки, свернули в большой мебельный магазин.

Несмотря на поздний час, народу было много. Казалось, никто не слышал громких предупреждений администратора о скором закрытии. Мы с Аленой быстрым шагом направились в отдел со шкафами.

– Будем ночевать здесь? – деловито поинтересовалась Грохольская, похлопав по одному из огромных шифоньеров.

– Не думаю, – ответил я, оглядываясь. – Здесь не очень удобно. К тому же перед закрытием охранники в первую очередь проверяют шкафы.

У Алены вытянулось лицо.

– До последнего думала, что ты меня все-таки разводишь! Так ты серьезно? Если нас арестуют, мама откажется носить мне передачки! – сердито проговорила девушка. – Потому что это глупое какое-то преступление!

– Предлагаешь ограбить ювелирку? – спросил я. – Вроде посолиднее правонарушение будет…

– Перестань паясничать, Димуся! – воинственно скрестила руки на груди Грохольская.

На горизонте замаячил охранник.

– Как тебе этот? – кивнул я на один из шкафов-купе.

– Может, лучше перейдем в отдел с диванами? – предложила Алена.

Мы миновали несколько выставочных стендов с кухнями и быстрым шагом направились к мягкой мебели.

– Серьезно, где мы тут спрячемся? – зашипела мне в ухо Грохольская.

Я молча продолжал оглядываться. По громкой связи сообщили, что через пятнадцать минут магазин закрывается. Я остановился у огромной кровати, а затем уселся на нее.

– Такая прыгучая! – удивился я.

– Ну-ка! – заинтересовалась Алена, плюхнувшись рядом. Мы как два попрыгунчика несинхронно закачались на матрасе.

– Тестируете, голубчики? – обратился к нам задорный дядечка с усами. – Дело, конечно, молодое, лихое…

– Угу, – глухо отозвался я.

Алена смутилась и тут же вскочила.

– Все, Дим! Это совсем не смешно! Пойдем отсюда? Магазин скоро закроется…

– Но ты проспорила! – возразил я.

Воспользовавшись Алениным замешательством, я сполз вниз, лег на пол и закатился под высокую кровать. Не забыв прихватить с собой бумажный пакет с толстовкой Ярика.

– Чудик! Убью тебя! – донесся сверху голос Алены. – Вылезай давай! У тебя точно детство в одном месте разыгралось…

– Брось! Это весело! – возразил я. Из-под свисающего с кровати пледа виднелись стройные щиколотки Грохольской. – Симпатичные туфельки!

– Спасибо! – недовольно буркнула девушка.

– Это тоже не кожзам?

– Отнюдь!

Ну что же, Алена не оценила мой юношеский порыв. Я уже хотел выбраться, перевернулся на живот, привстал на локти… и столкнулся лбом с Грохольской.

– Двигайся! – зашипела она. В полумраке ее зеленые глаза блестели, как у кошки. – Там охранник идет! А я стою сама с собой ругаюсь… Как городская сумасшедшая!

Теперь мы лежали на спине, упершись взглядами в деревянное дно кровати.

– Поверить не могу! – прошептала Алена. – Что мы делаем?

– Прячемся под кроватью!

– А мне ведь почти двадцать лет! – доверительно сообщила Алена.

– Мудрый возраст.

– А тебе, похоже, лет девять… – продолжила ворчать девушка.

– Ну же, Грохольская! Помоги человеку исполнить мечту всей жизни.

– Это такой детский сад, Чу!

– Чу? – переспросил я.

– Производное от «чудика», – смутилась Алена.

– А-а-а…

На некоторое время мы замолчали.