От ненависти до любви... - Сюзанна Энок

Лондон с высоты пятисот футов! Далеко-далеко внизу извивалась серебристая Темза, на северо-западе виднелась густая зелень Гайд-Парка, а подальше на востоке – парк Сент-Джеймс. К северо-востоку высился над горизонтом купол собора Святого Павла, а прямо внизу – толпа возбужденных зрителей, крохотных, как мыши. Да что там – как муравьи!

Но как бы ни был прекрасен вид на город с воздуха, куда больше интересовала Оливера реакция его прелестной спутницы. Она сжимала его руку до боли, едва ли это сознавая. Взгляд ее не отрывался от величественного пейзажа внизу, а восторженная, счастливая улыбка радовала Оливера куда сильнее красот Лондона – пусть он никогда и не признал бы этого вслух.

Рядом с ним Диана всегда была настороже, всегда следила за собой. Как и он, разумеется. Ни один из них не хотел проявить слабость, обнаружив щель в своей броне и дав другому оружие против себя. Оливер даже не подозревал, насколько сдержанна и замкнута была рядом с ним Диана. Сейчас – раскрасневшаяся, смеющаяся, с горящими от восторга глазами – она словно стала другим человеком. «Что, если бы я открылся Диане раньше, рискуя получить удар-другой? – думал Оливер. – Быть может, и она поступила бы так же?» И впервые ему подумалось, что стоило рискнуть.

– Я лечу! – восклицала Диана. – Я лечу! Ой, смотри, отсюда виден мой дом!

В этом Оливер сомневался, однако решил не спорить. Охваченный тем же странным легкомысленным восторгом, он сплел ее пальцы со своими и вместе с ней любовался видом на город. Неожиданная мысль пришла ему в голову: а прав ли он был тогда, два года назад? Он не хотел, чтобы жизнь его перевернулась вверх дном. Но сейчас она все-таки перевернулась. И видит Бог, он этому только рад.

Корзина качнулась от ветра, и Диана крепче сжала его руку.

– Мы ведь не упадем?

– Такого почти никогда не случается, мисс, – отвечал аэронавт.

– Почти никогда?! – повторила она.

– Месье, вы можете называть даму «леди Камерон», – поправил его Оливер.

– Прошу прощения, миледи, – проговорил аэронавт, притронувшись к своим взбитым и напомаженным кудрям.

– Ничего страшного, – ответила Диана. – Я уверена, лорд Хейбери поднимается в воздух по три раза в неделю и каждый раз с новой спутницей!

Оливер перевел взгляд на Диану. Кажется, она снова готова к битве? Что ж, выходит, он расслабился, помечтал о какой-то ерунде, а теперь пора и честь знать.

– Кажется, полет начинает тебе надоедать? – мягко спросил Оливер. – Нет, Диана, на воздушном шаре я лечу впервые.

Восторженная улыбка вновь озарила ее лицо.

– Тогда мне еще не надоело. В самом деле это очень увлекательно! – Сияющий взгляд ее вновь устремился вниз, на город.

– Да, очень увлекательно, – согласился Оливер.

Так же увлекательно, как понимать, что женщина, ради которой он затеял этот полет, женщина, после двух недель с которой он едва… не потерял себя, сверкает, как настоящий бриллиант. И какое это наслаждение следить за тем, как она раскрывается перед ним. Продолжительные связи всегда казались Оливеру скучными, но интрига с Дианой увлекала и захватывала, словно приключенческий роман: чем дальше, тем сильнее.

В воздухе они провели около часа. Оливер показывал Диане лондонские достопримечательности, а она смеялась и крепче сжимала его руку всякий раз, как корзина колыхалась под порывами ветра. Наконец шар опустился. Оливер перешагнул через высокий борт корзины и, подхватив Диану, перенес ее на площадку.

– Это было здорово! – признала она, оглядываясь на шар и поправляя шляпку.

– Согласен. Я вот подумал: может, нанять воздушный шар для Хейбери-Парка? Интересно будет посмотреть на свои владения сверху.

Оливер предложил ей руку, и Диана охотно взяла его под локоть.

– Ты правда никогда раньше не летал на шаре? – спросил она, бросив на него полный сомнения взгляд.

– Никогда.

– Тогда как это тебе в голову пришло?

Оливер пожал плечами.

– Прочел в газете, что на этой неделе в Воксхолл-Гарденз будут катания на воздушном шаре, и подумал, что тебе это понравится.

– Ну что ж. Спасибо. Мне понравилось.

– Всегда пожа…

– Это особенно мило, учитывая, что от принудительных суток с тобой я ожидала гораздо худшего.

Оливер стер с лица улыбку. На какое-то время он забыл, что между ними идет война, но Диана, как видно, об этом забывать не собиралась.

– Снова за свое? Или надеешься, что я устану слушать колкости и отпущу тебя подобру-поздорову?

– А это сработает? – поинтересовалась она, склонив голову набок, и посмотрела на него прищурившись.

– Нет. Впрочем, могу предложить тебе выбор: пройдемся по магазинам или поедем кататься в Гайд-Парк?

– Ну вот, теперь я разочарована. У тебя закончились оригинальные идеи?

Господи, когда же Диана успокоится?!

– Ладно, тогда… как насчет обеда в «Уайтсе»?

На этот раз она изумленно заморгала.

– Ты шутишь?!

– Нисколько. Ты же владелица клуба. Не хочешь взглянуть, как обстоят дела у конкурента?

– Не отказалась бы, но, к сожалению, в «Уайтс», как и в другие аристократические мужские клубы, женщинам вход запрещен. А я не хочу выглядеть как поборница женских прав. Это отпугивает мужчин. Зарабатывать себе на жизнь так, как хочу, – одно дело, а лезть, куда не звали, чтобы меня вышвырнули оттуда, – совсем другое.

– Доверься мне.

– Извини, но я тебе не верю.

Оливер помог ей подняться на сиденье фаэтона и, обойдя экипаж, сам взобрался и сел рядом.

– Учитывая, что ты моя еще на… четырнадцать часов, особого выбора у тебя нет. – Придвинувшись к ней ближе, он взялся за вожжи. – Надо было выбрать магазины!

– Тогда выбираю магазины!

– Поздно. – Оливер бросил на нее задорный взгляд. – Обещаю, тебя не выгонят.

– А если выгонят, десять тысяч фунтов не возвращаю, а ты еще приплатишь мне десять тысяч!

«Это развлечение может дорого мне обойтись», – подумал Оливер. Однако отказываться не собирался. В конце концов, он был азартным игроком, а в наше время не так часто встретишь по-настоящему волнующие ставки.