Выбор - Николас Спаркс

Она выложила в кастрюлю пасту, распаковала цыплячьи грудки и принялась жарить их в оливковом масле, одновременно сожалея, что не в силах приготовить ничего более изысканного. Габи добавила перца и прочих специй, но в конце процесса блюдо выглядело таким же скучным, как и в начале. Ну и ладно. Она включила духовку, подлила немного бульона к грудкам и поставила все внутрь, надеясь, что жидкость не позволит мясу пересушиться.

Поднявшись в спальню, Габи достала вещи из шкафа и отправилась в душ. Стоять под горячей водой было настоящим наслаждением. Она побрила ноги, приказывая себе не спешить, чтобы не порезаться, вымыла голову и наконец вышла из ванной.

На кровати лежали новые джинсы и вышитая бисером блузка с глубоким вырезом. Габи тщательно подбирала наряд на сегодняшний вечер, не желая показаться ни чересчур чопорной, ни небрежной. И решила, что джинсы — идеальный вариант. Она оделась, застегнула новые сандалии и надела длинные серьги. Встав перед большим зеркалом, Габи повертелась. Собственный облик ей нравился.

Поскольку времени оставалось немного, она расставила в гостиной несколько подсвечников и уже наносила последние штрихи, когда в дверь постучали. Габи выпрямилась и попыталась успокоиться, а потом пошла открывать.

Как только щелкнул замок, Молли подошла к Тревису, и тот почесал ей за ухом. Он чувствовал, что не в силах развернуться и уйти. И заговорить — тоже. Он молча уставился на Габи, стараясь совладать с бурей эмоций, поднявшейся в душе.

Габи улыбнулась очевидному замешательству соседа.

— Заходи, — пригласила она. — Я уже почти все приготовила.

Тревис последовал за ней в гостиную, стараясь не пялиться на Габи во все глаза.

— Как раз собиралась открыть вино. Хочешь?

— Конечно.

Габи пошла на кухню за открывалкой; Тревис шагнул к ней:

— Позволь…

— Конечно. Я обычно только крошу пробку. Терпеть не могу, когда кусочки плавают в бокале.

Габи достала из буфета два бокала и поставила их на стол. Тревис изучал ярлычок, изображая повышенный интерес и пытаясь успокоиться.

— Никогда прежде его не пробовал. Хорошее вино?

— Понятия не имею.

— Значит, оба попробуем. — Он протянул ей наполненный бокал, пытаясь разгадать выражение ее лица.

— Я не знала, что именно ты захочешь на ужин, — сказала Габи, — а потом вспомнила, что ты любишь птицу. Впрочем, должна тебя предупредить, до шеф-повара мне далеко.

— Уверен, все, что ты приготовишь, будет вкусно. Я не настолько придирчив.

— Без особых изысков, да?

— Да.

— Ты голоден? — Она улыбнулась. — Тогда подожди две минутки, я разогрею…

Тревис подумал, а потом облокотился на стол.

— Может быть, немного подождем? Я бы сначала хотел насладиться вином.

Габи кивнула.

— Давай посидим на веранде.

— С удовольствием.

Они устроились в креслах-качалках, которые Габи поставила около двери. Она отхлебнула вина, радуясь тому, что оно успокаивает ей нервы.

— Отсюда хороший вид, — произнес Тревис, энергично раскачиваясь взад-вперед. — Почти такой же, как у меня.

Габи засмеялась и ощутила небольшое облегчение.

— К сожалению, я еще не научилась наслаждаться им также, как ты.

— Такое под силу немногим. В наши дни это что-то вроде забытого искусства, даже на Юге. Наблюдать за тем как течет река, — все равно что нюхать розы.

— Должно быть, это возможно только в провинции, — предположила Габи.

Тревис с интересом взглянул на нее.

— Скажи честно, тебе нравится жить в Бофоре? — спросил он.

— Есть свои плюсы.

— Говорят, у тебя ужасные соседи.

— Я пока знакома только с одним.

— И?..

— У него привычка задавать некорректные вопросы. Тревис ухмыльнулся. Ему нравилось, что Габи подыгрывает.

— Да, мне нравится тут жить, — продолжала она. — Приятно, что практически куда угодно можно добраться за несколько минут. Здесь красиво. И наверное, я начинаю получать удовольствие от размеренной жизни.

— Ты говоришь так, как будто Саванна — мегаполис вроде Нью-Йорка или Парижа.

— Нет. — Габи посмотрела на Тревиса. — Но она, во всяком случае, ближе к Нью-Йорку, чем Бофор. Ты когда-нибудь был в Нью-Йорке?

— Один день, и мне хватило.

— Ха-ха. Если хочешь пошутить, придумай что-нибудь пооригинальнее.

— Неохота стараться.

— Ну конечно, ты ведь не любишь напрягаться.

— И ты уже успела в этом убедиться, да? — Тревис откинулся на спинку кресла. Олицетворение покоя. — Скажи откровенно, ты не собираешься отсюда уезжать?

Габи отхлебнула вина, прежде чем ответить.

— Вряд ли, — сказала она. — Но есть… По-моему, Саванна — прекрасное место. Один из самых красивых городов на Юге. Там прекрасные скверы, буквально в каждом квартале, а старые дома просто потрясающие. Когда я была маленькая, то воображала, что живу в одном из них. Я долго мечтала об этом…

Тревис молчал, ожидая продолжения. Габи пожала плечами.

— Но с возрастом я начала понимать, что это скорее мамина мечта, чем моя. Она всегда хотела жить в старинном доме и буквально изводила папу, как только нечто подобное выставляли на продажу. Папа хорошо зарабатывал, конечно, но его всегда раздражало то, что он не может позволить себе по-настоящему роскошный дом. Со временем мне это наскучило. — Она помолчала. — Во всяком случае, мне хотелось чего-то другого. В итоге я поступила в колледж, потом в фельдшерскую школу, затем встретила Кевина. И вот я здесь.

Было слышно, как Моби яростно лает вдалеке и скребет когтями по стволу дерева. Взглянув на огромный дуб неподалеку от изгороди, Тревис заметил белку. Моби, хоть его и не было видно, наверняка описывал круги под деревом. Должно быть, белка каким-то чудом вывернулась из пасти. Увидев, что Габи повернулась на звук, Тревис указал бокалом в сторону пса:

— Обожает охотиться на белок. По-моему, это цель его жизни.

— Да, многие собаки любят охотиться.

— А Молли?

— Нет. Хозяйка с ней строга. Эту проблему мы решили, прежде чем она успела выйти из-под контроля.

— Вижу, — с шутливой серьезностью отозвался Тревис.

Закат разворачивался над водой во всей своей красе. Через час река должна была окраситься золотом, а сейчас вода сделалась темной, таинственной. Тревис видел, как над растущими вдоль берега кипарисами парит скопа. Мимо медленно проплыла моторка, нагруженная рыбачьими снастями. Лодку вел старик — судя по всему, годившийся Тревису в дедушки. Он помахал рукой, и Тревис ответил тем же, а потом снова отхлебнул вина.