Адъютанты удачи - Валерия Вербинина

Услышанное оказалось для Анжелики таким сюрпризом, что на мгновение она даже утратила дар речи. Ну да, молодой офицер был невежлив, но ведь он устал, насквозь промок и к тому же питал непреодолимое отвращение к любым позам.

– Вы убили моего Максима, так убейте же и меня тоже! – продолжала Анжелика в том же духе.

– Насколько я слышал, ваш Максим уже идет на поправку, – отозвался Алексей хладнокровно. – Лично я ничего не имею против него, пусть только не попадается у меня на дороге.

– Вы лжете! – вспылила Анжелика. – Я знаю, что вы действуете заодно, вы и этот проклятый Видок! Именно он натравил вас на моего Максима!

– Сударыня, – ответил Каверин, – вы же сами там были. Разве, по-вашему, я первый затеял ссору?

Анжелика призадумалась, глядя на него исподлобья, и наконец нехотя призналась:

– Нет. Но вы нарочно толкнули Максима, зная, что при его вспыльчивости он непременно вызовет вас на дуэль.

– Ваши слова не делают графу чести. Глуп тот, кого легко спровоцировать, и вдвойне глуп тот, кто дерется на дуэли из-за каждого толчка.

Глаза Анжелики метали молнии, но ни одна из них не задела Алексея. А если и задела, то виду он не показал.

– Ах так? – вскрикнула мадемуазель де Вильбуа. – Вы мерзавец, сударь!

Каверин только плечами пожал.

– Как говорит месье Видок, «все люди мерзавцы, каждый в меру своих способностей». Я могу еще что-то сделать для вас? Нет? Тогда прощайте.

Он тщательно прикрыл за собой дверь и спустился к своим помощникам.

– Дело осложняется, – сказал он им. – За нами хвост.

Жозеф и Филипп переглянулись.

– Хвост?

– Ну да, эта полоумная девица де Шеврана. Наверняка она здесь не просто так.

– Что будем делать? – спросил Жозеф, любым словам предпочитавший действия.

– Пока ничего. Постарайтесь не выпускать ее из виду, мало ли что она затевает.

За окнами по-прежнему хлестал дождь, молнии чертили во тьме белые зигзаги. Алексей удалился в комнату, отведенную ему для ночлега. Филипп остался возле лошадей в конюшне, Жозеф был где-то в доме.

Офицер размышлял. Что бы Анжелика де Вильбуа ни делала здесь, он не должен был дать ей возможности проследовать за ним в Рим. Алексей не сомневался, что он, как никогда, близок к раскрытию тайны загадочной шкатулки, а если в ней действительно содержится ключ к несметным сокровищам, он не имел права рисковать.

«Да, но как же мне от нее отвязаться? Вот в чем вопрос!»

Алексей достал карту Европы, которую захватил с собой в дорогу, и задумался. После Лиона он намеревался ехать в Рим через Гренобль, Турин и Флоренцию. Можно было также добраться до Марселя и морем плыть до Чивитавеккья, откуда по суше рукой подать до Рима.

Каверин сложил карту и вздохнул. Хорошо бы не только отвязаться от Анжелики, но и, пожалуй, узнать у нее кое-что. Например, кто поведал Максиму о шкатулке и вообще что конкретно им известно.

В дверь кто-то тихонько поскребся. Алексей решился. Он поспешно дунул на свечу, скользнул в угол и крикнул:

– Войдите!

Дверь приотворилась, и на пороге возник женский силуэт.

– Месье Каверин, это Анжелика. Я пришла извиниться за свое поведение.

Невидимый офицер лишь улыбнулся.

– Вы здесь? – несмело спросила мадемуазель де Вильбуа, вглядываясь в темноту.

– Свеча погасла, – подал Алексей голос из темноты.

– Я хочу сказать, – продолжала молодая женщина, – вы поступили благородно, вытащив меня из перевернувшейся кареты, и…

– Нет, – возразил Каверин, – благородство тут ни при чем. Я поступил так потому…

– Почему?

– Ну, вы же сами знаете.

– Я?

– Да. Поэтому я и хотел убить Максима.

– Но почему? – капризно повторил женский голос.

За окном зарокотал гром, и мужской голос произнес:

– Ну, разве вам все надо объяснять?

Снаружи по-прежнему лил дождь.